Paint It Black

Суть проблемы (стоит заметить, довольно весомых размеров проблемы, которой Сайтама и Генос не придают должного значения) заключается в том, что Генос все еще слаб. Сайтама может в одиночку справиться со всеми Маечниками сразу, превратив каждого из них в зловонный труп. А вот Генос нет. Поэтому сейчас он находится в подземном бункере, а Стальной рыцарь разбирает его по кусочкам. Генос ненавидит его, кричит, пока может, пытается вырваться, пока не отрубается моторика, проклинает словами и взглядом, пока на лицо его не опускается плотная ткань. Тацумаки настороженно вертится поблизости. Пусть она и захватила Геноса без особых проблем, но тогда он был один, без Лысой Тьмы. И ей следует волноваться. Хоть Тацумаки и первая в классе S, но ее сила и сила Сайтамы, как небо и земля, что только доказывает полное и безоговорочное поражение Бласта, который занимал это место до нее. Пока Сайтама позволял ей уходить невредимой после их стычек, но Тацумаки всегда знала, что с тех пор как она вступила в ряды героев класса S, она живет на одолженное время. — Надеюсь, это место хорошо спрятано не только на словах, ты, старый уродливый ублюдок, — говорит Тацумаки, — если он может найти нас, то самое время писать завещание. Бофой, высокомерный ублюдок, в отличие от Тацумаки, почти не обеспокоен. — Я потратил годы, строя этот бункер с оглядкой на силу Сайтамы. Он не найдет нас. Проходит день, наступает ночь, затем приходит утро следующего дня, а затем заканчивается и он. Бофой самодовольно ухмыляется. Тацумаки мало-помалу расслабляется. Тем временем, никому не известный доктор Стенч звонит Сайтаме, обеспокоенный тем, что Генос не явился на плановый техосмотр, и с спрашивает, собирается ли тот вообще его проходить. — А? Его нет, — говорит Сайтама. — Я не видел Геноса с тех пор, как он пошел к тебе, док. Он слышит удивленный выдох доктора на другом конце линии. — Он не приходил ко мне и не вернулся к тебе. Следует ли нам предположить, что он отправился куда-то еще? — Спрашивает доктор Стенч, что-то ожесточенно набирая на клавиатуре. Пластик дешевого мобильника Сайтамы скрипит от слишком сильной хватки. — Да. Давайте предположим. Вера Бофоя в то, что Сайтама не способен найти его бункер, не так уж и слепа. Но и небеспристрастна. Да, конечно, можно заглушить GPS-сигнал Геноса, удалить все признаки его присутствия с видеоносителей, а сигнал его энергетического сердца замаскировать, но, благодаря ненавязчивым допросам (Сайтама) и паре минут копания в интернете (Стенч), довольно легко выявить, что большая группа рабочих была направлена достаточно далеко, чтобы построить крупное подземное здание на деньги Бофоя. В целом, Сайтама недолюбливает героев как вид. Но особенно он не любит высокомерных героев. Тайный вход в бункер… так и остался тайной. Сайтама даже не стал напрягать себя его поисками, просто начал бить по земле, пока одиночные дыры не превратились в проход. Этажом ниже Бофой активировал защиту, которую Сайтама прорвал, как Тузик грелку. Тацумаки ждет, зависнув над останками Геноса. Если ей повезет, то она сможет воспользоваться ими и выиграть себе денек-другой. Ей не везет. Она — как и Бофой — заняты тем, что наблюдают за единственным входом в лабораторию, но они не знают, что дверь — это не единственный путь. Сайтама прорывается внутрь через стену позади Тацумаки и остаточным импульсом от удара сносит ей всю верхнюю часть тела. — Ох. Прости, — говорит Сайтама ее упавшему трупу. — Не заметил. — Не убивай меня, — молит Бофой. Его колени трясутся, а между ног расплывается пятно мочи. — Пожалуйста, я сделаю все, что угодно. — Все, что угодно, говоришь? — лениво переспрашивает Сайтама. Он поднимает ткань, скрывающую такой знакомый профиль Геноса, но его глаза закрыты, а лицо неподвижно. — Генос еще жив? — Да, — отвечает Бофой. — Я могу собрать его вновь. Могу сделать сильнее. Сильнее, чем любой другой киборг! Просто пообещай, что не будешь убивать меня. — Не буду, а пока просто присядь. Док, ты в норме? — зовет Сайтама. Доктор Стенч проходит через дыру в стене, кашляя пылью и стряхивая грязь с лабораторного халата. Он спотыкается о тело Тацумаки и крупно вздрагивает при взгляде на нее. — Д-да, Сайтама. Я в порядке. Я просто начну, ладно? — Ага. А я задам этому мудаку пару вопросов, — говорит Сайтама, тыча пальцем в сторону послушно сидящего Бофоя. Бофой бледнеет, когда Сайтама приближается, тяня за собой еще один стул. — Итак, — говорит Сайтама, садясь. — Кстати о «любом другом киборге», у меня есть пара вопросов об одном особенном киборге.

***

Генос просыпается на своем футоне под звуки беседы Сайтамы и доктора Стенча за чашечкой чая. Он оглядывается вокруг и видит смутно знакомую женщину, что сидит с ними; ее опущенное лицо частично скрыто черными волосами. — Учитель? Доктор Стенч? Я случайно уснул? Который час? Он садится, замечает новые пластины на руках и груди. Доктор Стенч немедленно подходит ближе, помогая ему встать. — Как ты себя чувствуешь, Генос? — Чувствую слабость, как будто спал слишком долго. Кто это? — Это Фубуки, — говорит Сайтама. — Сестра Тацумаки. Или, стоит сказать, бывшая сестра Тацумаки. Воспоминания приходят разом все. Он шел в лабораторию доктора, когда Тацумаки загнала его в угол, впечатала в пару стен, и впихнула в усовершенствованный фургон, который доставил их в тайный бункер Бофоя. — Чувак, — говорит Сайтама. — Расслабься. — Но, учитель!.. Сайтама крайне серьезно смотрит на своего ученика. — Я сказал, расслабься. Ошеломленный Генос роняет лишенные сил руки на колени. — Хорошо. — Выпей чаю, Генос, — говорит учитель, наполняя очередную чашку. Генос присоединяется к ним, и он, Сайтама и доктор Стенч говорят о последних подвижках Ассоциации Героев. Похоже, эти строят новый Центральный штаб в городе М, поскольку предыдущий на днях был уничтожен. — Это далековато, — замечает Генос. Город А был совсем рядом, а вот город М находится почти на самой границе метрополии*. — Хм, возможно, это из-за меня, — говорит Сайтама, почесывая шею. — Учитывая, что я сделал с предыдущим. Беседа продолжается. Местная бейсбольная команда играет весьма неплохо, во всяком случае, лучше, чем в прошлом году. В понедельник состоится распродажа лука, которую непременно посетит Сайтама. Ближайший магазин переезжает поближе к центру города, что весьма прискорбно, и только финальная распродажа и скидки в честь открытия могут примирить их с действительностью. Фубуки, наконец, отрывает взгляд от своей кружки с холодным чаем и говорит: — Ты убил мою сестру. — Ага, случайно, — отвечает Сайтама. — То есть, ты не хотел убивать ее? — недоверчиво спрашивает Фубуки, как будто не может поверить, что на самом деле задает подобный вопрос. — Ну, нет, я собирался убить ее, но специально, а не случайно, — уточняет Сайтама. Генос хочет спросить о подробностях причины убийства Тацумаки, но уже после ухода Фубуки. Было бы, конечно, совершенно бессердечно задавать подобные вопросы в ее присутствии. Фубуки вздыхает и трет переносицу. — Я ухожу. Спасибо за чай, — говорит она. — На здоровье. И мне не жаль, что меня не мучает совесть по поводу убийства твоей сестры. Она была редкой сволочью. Фубуки лишь мрачно посмеивается. — Ты не знаешь и половины. Я расскажу всем, что Демон-Киборг неприкосновенен, и, надеюсь, мы больше никогда не увидимся вновь. — Ага, пока, — говорит Сайтама, маша ей на прощание. И только когда за ней захлопывается дверь, до него доходит. — Погодь, а кто такой Демон-Киборг? Генос улыбается беспомощно нежно и чуточку влюбленно.

***

Ночью, после того, как доктор Стенч ушел, ужин был съеден, а зубы почищены, они расположились каждый на своем футоне, Сайтама обращается к Геносу. — Хей, ты же в курсе, что я никогда бы не позволил им забрать тебя, а? — спрашивает Сайтама. — Думаю, нет. Похищение — это преступление, и не важно, кто совершил его. — Нет, я это к тому, что не позволил бы им забрать тебя, потому что ты мой ученик. Генос пялится. После пары неудачных попыток совладать со своим голосом, он, наконец, находит нужные слова: — Для меня всегда было честью быть вашим учеником. Сайтама фыркает и треплет его по голове. — Я имел в виду… Сайтама ложится так, чтобы они оказались лицом к лицу, опирается на локоть, чтобы возвышаться над Геносом. Его взгляд остр, а глаза сверкают в свете ламп. — Я имел в виду, что ты принадлежишь мне, — говорит он. — Если они опять потянутся к тебе своими ручонками, то я отсеку их. А затем порублю их на охуенно маленькие кусочки, ибо что мое, то мое, понимаешь? Если бы Генос нуждался в воздухе, то у него бы перехватило дыхание. Если бы у него было сердце, оно бы пропустило удар. Если бы у него была кожа, то по его рукам побежали бы мурашки. Ничего подобного с Геносом не происходит. Но у него есть руки, у него есть губы, так что он просто вовлекает Сайтаму в поцелуй. — Я понимаю, учитель. ________________________________________________ * Метрополию можно было перевести как столицу и не париться, но я все же подозреваю, что в данном случае речь идет именно о Метрополии, т.е. о государстве по отношению к своим колониям.