Шальная карта

Желтая вспышка выплюнула светловолосого шиноби, который, схватившись за раненное плечо, перевернулся в воздухе, слыша, как где-то рядом, со свистом разрезая воздух, летит и появившееся вместе с ним лезвие. Стоило тому вонзиться в траву, как из новой вспышки появился проворный враг, и новый удар заставил Наруто кубарем прокатиться по земле, поднимая клубы пыли. Откашлявшись и поднявшись, Узумаки в кожаном фиолетовом плаще устремил взгляд на неприятеля, гордо взирающего на него с расстояния в пять метров. На лице Минато как всегда была беззаботная улыбка. А в глазах горели голубые наивные искорки. Наруто вздохнул, оглядываясь по сторонам, и понимая, что знает, куда враг их переместил. Это было историческое место, в котором некогда сошлись в бою легендарные Первый Хокаге и Учиха Мадара. Сейчас двое юных оппонентов находились недалеко от места, где вниз с ревом срывался целый массив воды. По бокам от водопада возвышались величественные каменные изваяния шиноби прошлого, стоящие друг напротив друга со сложенными печатями концентрации. Забавно, именно с этой позы, как учили в Академии, начинался честный поединок. Это была своего рода дань уважения противнику, принятие его как равного. В действительности же всё происходило иначе, и на примере их только что начавшегося боя это было хорошо видно. Узумаки оценил расстояние до обрыва, прикидывая, каковы его шансы сбросить врага вниз, где из водопада продолжалась река. Ему и самому стоило быть осторожным. Учитывать окружающую среду во время поединка, как научил его опыт, также жизненно необходимо для победы. Молодой Намикадзе подбросил кунай в воздух, где клинок с одним главным и двумя дополнительными лезвиями по бокам красиво перевернулся, и поймал его рукой. Такая показушность перед тем, кто и сам обладал достаточно ловкими руками, чтобы творить невероятные трюки с картами, вызвала в голове бывшего джинчурики голоса, настойчиво требующие поставить этого выскочку на место. «Выпендрежник!» «Ну, наш черед удивлять». «Пусть он похож на того, по образу кого был создан, это не отец. Я прикончу этого парня. И сделаю это быстро!» — Неплохо, — ухмыльнулся Джокер, утирая разбитую во время падения губу. — И правда быстрый как молния. — А ты меня разочаровал, Наруто-кун. Орочимару-сама рассказывал, что в свое время у господина Данзо были на тебя большие планы, — парень вновь подбросил кунай. — Еще и минуты не прошло, а я уже успел тебе накостылять. Кажется, так поступают отцы, когда детишки плохо себя ведут? Узумаки вздрогнул. Юмор у его собеседника был своеобразный. «Отцы?» «Да кем себя возомнил этот тип из пробирки?!» «Я с удовольствием перережу ему глотку, пусть подавится своими смешками, когда будет захлебываться кровью!» — Ты быстрый, но невнимательный, — промолвил шиноби, сверкнув фиолетовыми глазами. Едва уловимое движение, и из рукава кожаного плаща в руку, которой юноша только что вытирал кровь, упала карта. — Я знал, что меня будут ждать сюрпризы. И подготовился к этому. — Так значит, подставиться под удар и было твоим планом? – поинтересовался юный Намикадзе, в последний раз подбросив свое оружие и поймав его за кончик лезвия. – Ты особо не увлекайся, а то все закончится быстрее, чем хотелось бы даже мне. С этими словами он метнул оружие вперед, сложив несколько печатей. — Множественный теневой кунай! Дикий Танец Бога Грома! – Наруто и моргнуть не успел, как облако летящего в него холодного оружия заискрилось желтыми молниями. Это его противник, быстро перемещаясь в пространстве от одного клинка к другому, решал, откуда ему напасть. Впрочем, он был столь быстр, что со стороны могло бы показаться, что Минато напал бы со многих точек сразу. — Теперь мой черед, — усмехнулся Наруто, глядя на карту в руке. — Давно я никому не показывал фокусы. Этот я только что придумал благодаря тебе. Щелкнув пальцем, бывший джинчурики отправил карту в полет. Подлетев вверх, она несколько раз перевернулась в воздухе и опала на траву, где уже никого не было. Наруто и след простыл. Желтый смерч из молний пронесся по тому месту, где он только что стоял. И когда опасность миновала, Узумаки вновь появился, вспыхнув при этом не так ярко, как хозяин скопированной техники, фиолетовым цветом благодаря тому, что именно в этот оттенок молнию окрасил плащ. — Так вот как она работает, — пробормотал он, покрутив в руке карту и глядя на Минато, который вновь появился уже с другой стороны. Дыхание Намикадзе было учащенным. Похоже, он слегка переоценил свои силы, решив, что убьет Наруто с первого же удара. Но недооценить Джокера было большой ошибкой. — Ты… Скопировал мою технику! И вдобавок ко всему смог сразу ею воспользоваться… Это нечестно! – возмутилась юная копия Четвертого Хокаге, тыкнув в Наруто пальцем. — Кто сказал, что я за честность в бою. Такова природа техники Мито Узумаки, первого дзюцу, которое я выучил. Когда ты использовал против меня Полет Бога Грома, чтобы перенести сюда, я заранее приготовился к запечатыванию техники в эту карту. Так что ты сам себя подставил, приятель, — отозвался бывший джинчурики. Холодное выражение лица Джокера изменилось, и на его устах мелькнула коварная улыбка. Ему доставило искреннее удовольствие то разочарование, которое эмоциональный клон Минато даже не пытался скрыть. «А это хорошо работает», — заметил Наруто. В его голове созрел новый гениальный план. «Выведу его из себя, тогда преимущество в бою будет на моей стороне!» — Знаешь, я не знал своего отца. Но, уверен, если бы Орочимару воскресил его, пользы от него было бы больше, — обратился он к своему собеседнику с издевкой, заставив его бросить негодующий взгляд на «сына». — Ты даже не представляешь, на что я способен! – усилием воли Минато взял себя в руки. Кажется, план Джокера потерпел неудачу. Намикадзе вновь вооружился кунаем и метнул его прямо в своего неприятеля. Наруто в последний миг собрался уклониться, иначе оружие вонзилось бы в его лоб, но враг запланировал более сложную атаку. Кунай еще не успел долететь до цели, как вдруг Минато вновь переместился к своему клинку, внезапно появившись прямо перед Джокером и, развернувшись в воздухе, наградил его ударом ноги, отправляя в полет назад. Затем светловолосый юноша в белом плаще вновь кинул оружие вслед врагу и опять растворился во вспышке. Его противник, продолжающий лететь назад, не ожидавший второго удара вслед за первым, едва успел подставить руки, по которым Минато режущим ударом прочертил длинную, но неглубокую царапину. Потом удар коленом в живот отправил Джокера еще на несколько метров назад, а кунай снова устремился ему вслед. «Он использует свою скорость как преимущество, не дает мне возможности отбиться!» — пронеслось в его голове. «Нет, его план заключается в другом», — резко перебил Джокера его же голос, и он услышал приближающийся рев срывающейся в пропасть воды. Он осознал, что противник оттесняет его к обрыву. Нырнув рукой во внутренний карман плаща, Наруто достал карту и, выкинув ее назад, сложил печать концентрации. — Стихия Земли: Каменная стена! В следующий миг прямо за ним появился барьер из камня, в который Наруто врезался спиной, остановив свой полёт. Он сполз по стене вниз как раз вовремя, поскольку Минато вновь появился из пространственной техники, готовя своему неприятелю новый подарок в руке. — Расенган! – воскликнул юноша, поразив каменную стену вращающейся голубой сферой, от удара которой та мгновенно была разнесена на мелкие камешки. Впрочем, противник не ожидал такого поворота событий, поэтому пролетел еще несколько метров по инерции и остановился только у обрыва. Наруто, успев подняться и вооружиться новой картой с запечатанной в ней техникой, понял, что это самый удобный момент для атаки. — Стихия Ветра: Великая воздушная буря! – заполнив легкие воздухом, заряженным чакрой, он вызвал мощный ураган, не оставляя неприятелю шанса удержаться на месте. Минато в последний миг вонзил кунай в землю, что дало ему еще несколько секунд. Потом под силой дующего ему навстречу ветра его ноги оторвало от земли. А мгновение спустя кунай вырвало из земли, и светловолосый шиноби вместе со своим оружием полетел в пропасть. Наруто вздохнул, медленно подойдя к обрыву. Падение с такой высоты в воду вряд ли могло бы убить неприятеля. Но он приложил все силы к тому, чтобы того хотя бы разок мощно ударило о скалы на противоположной стороне ущелья над рекой. Устремив взгляд вниз, он вздрогнул, увидев то, чего никак не ожидал увидеть. Сидя на взбаламученной поверхности реки, Минато, целый и невредимый, обрастал покровом из оранжево-красной чакры. Тело его начало меняться, утрачивая человеческие черты, и вскоре над Долиной Завершения раздался знакомый рёв, который мог принадлежать только тому, что Джокер оставил в далеком прошлом: Девятихвостому Лису.

***

Существо с единственным глазом вновь исчезло в пространственной воронке, оставляя двух шиноби на величественном мосту, ведущем к величественному замку Страны Железа, ныне почти пустовавшей обители самураев. — Верни меня обратно, — произнесла Микото холодно, сверля взглядом красных глаз человека в черном плаще. Впрочем, видневшееся вдалеке Древо, устремляющееся своей верхушкой в сами поднебесья, говорило о том, что они были не так далеко от места, где разворачивалась самая крупная за историю шиноби битва. — Ну уж нет. Я ведь не хочу вновь остаться без твоего шарингана, — отозвался противник, скидывая капюшон и представая перед противницей в своем истинном облике. Девушка увидела бледное лицо, обезображенное жутким шрамом вокруг глаза, который как будто держали открытыми восемь металлических скоб прямо в плоти. Этот человек был абсолютно лысым, и прямо в его голову, в те места, где им по природе своей быть не положено, были имплантированы дополнительные глазные яблоки с красной радужкой и тремя томоэ вокруг зрачков. Самым ужасным было то, что глаза эти шевелились, являясь живыми элементами тела злодея. Из-под рукава плаща, когда Шин открыл ей свое лицо, показалась его единственная (левая) рука, также пестреющая множеством пересаженных в нее глаз, некогда принадлежавших клану Учиха. Микото вздрогнула, ибо очень живо в ее памяти вспыхнули сцены ее прошлой встречи со злодеем. Она вновь увидела мрачный коридор Резиденции Хокаге, тела АНБУ, распятые скальпелями на стене, разбитое окно и силуэт на фоне вспыхивающих в темном небе молний. — Я тоже помню нашу первую встречу, — ухмыльнулся тот, поняв, о чем она думает. — Тогда Данзо поручил мне убить Третьего Хокаге. Ты появилась там в столь неудачный момент, став свидетелем произошедшего. Он помешал мне прикончить тебя, поскольку считал тебя слишком ценной… Теперь нам никто не помешает! «Тогда мне на выручку пришел Какаши-сенсей. И тогда же появился Данзо, после чего этот человек сразу исчез», — вспомнила брюнетка. В тот день, когда погиб Хирузен Сарутоби, человек в плаще упомянул о том, что новые шаринганы позволяют ему эволюционировать. Кажется, он был повернут на идее становления более сильным. Впрочем, это объясняло все трансформации, произошедшие с его телом. — Как тебя зовут? – произнесла она. — Меня зовут Шин Учиха. И я – будущее клана Учиха! – представился тот и вновь повторил фразу, которую изрек годы назад. — Скорее, его прошлое, судя по тому, сколько глаз мертвецов ты пересадил в свое тело, — заметила Учиха, верно предположив, откуда сколько шаринганов взялось у ее давнего неприятеля. – Ты прав, никто нам не помешает. Мы уже заставили Данзо заплатить за содеянное. Теперь я отомщу за смерть Третьего Хокаге! В глазах противника крутанулся шаринган, обретая новую форму, шара и выходящих из него трех изогнутых линий. — Месть... Саске тоже одержим ею, — пробормотал Шин. — И именно этот путь привел его к нам. Вы все наступаете на одни и те же грабли. А я выбираю свой собственный путь, учась на ошибках прошлого. Так почему же ты считаешь меня лучше себя? — Ты ничего не знаешь о Саске! – воскликнула Микото неожиданно резко для самой себя. Конечно, она не знала наверняка, насколько Шин осведомлен о жизни Учихи. То, что он был тайным слугой Данзо, повышало вероятность, что ему были известны почти все детали прошлого как Саске, так и ее собственного. Но Микото верила в то, что тот Саске, которого она помнила как часть команды Какаши, еще был жив. А то, что злодей лишний раз очернял имя Саске тем, что свело Учиху на ложный путь, возмущало ее, заставляя сердце биться чаще. Лицо врага исказила жутковатая улыбка. — Он дорог тебе, несмотря на всё, что успел сделать? Кто же ты, раз так заботишься о нем? Неужели его сестра? – холодный невозмутимый тон оппонента сменился на издевательский. — Стихия Молнии: Двойная грозовая пантера! – девушка молниеносно сложила печати и выставила руки перед собой. Из ее ладоней, заискрившихся голубыми молниями, вырвалось два разряда, которые, обретая черты двух крупных кошек, понеслись во врага. Шин среагировал достаточно быстро, чтобы успеть придумать план спасения. Он отскочил назад, выставив перед собой единственную руку. Из рукава его плаща вылетело множество заряженных чакрой скальпелей, которые повтыкались в пол, образовав собою сеть, соединенную едва видимыми голубоватыми нитями. Пантеры, несущиеся по мосту, не смогли преодолеть это препятствие, и, едва шагнув в сеть из чакры, растворились, яростно вспыхнув потерявшими форму молниями. Злодей вновь приземлился. В глазах его сверкнул Мангеке шаринган, и скальпели вернулись к нему, соединившись друг с другом и образовав вторую руку. Девушка решительно бросилась вперед, вооружившись двумя кунаями. Бросив оружие вперед, она сложила печати, заставив оба снаряда пропитаться электричеством и соединиться меж собой искрящейся молниями нитью. — Стихия Молнии: Цепная реакция! На этот раз Шин не стал отступать, а наоборот ринулся вперед. Ловко перемахнув через нить из молний, которая могла парализовать его своей силой тока, он прыгнул навстречу Учихе, замахнувшись искусственной рукой. Та отпрянула назад, вновь вооружись кунаями и принимая позицию для обороны. Еле устояв под мощным ударом руки из скальпелей, Микото все же смогла остановить врага, едва не дотянувшегося до ее лица. Пальцы-лезвия сверкнули в опасной близости от ее глаз, и тогда Учиха наградила неприятеля пинком в живот, заставив его отъехать на ногах на два метра назад. В глазах врага вновь сверкнул Мангеке, и его рука вновь обратилась в облако скальпелей, которые, закручиваясь в воздухе, приняли форму огромного сюрикена, подчиняющегося воле хозяина. Тот направил оружие в сторону Учихи, собираясь разрезать ее пополам. Проявив чудеса гибкости, та отклонилась назад, устояв на ногах и вместе с тем пропуская свистящий черный сюрикен над собой. Выпрямившись и думая, что угроза осталась позади, Микото оглянулась лишь тогда, когда свист, с которым лезвия разрезали воздух, вновь стал громче: оружие возвращалось, собираясь атаковать ее со спины. — От моего оружия не убежишь, оно всё равно настигнет тебя рано или поздно, — послышался смешок Шина. «Так вот какова сила его глаз? Он управляет объектами на расстоянии», — пронеслось в ее голове. Понимая, что вновь увернуться она уже не успеет, Микото с молниеносной скоростью сложила печати, чтобы применить одну из своих техник. — Стихия Молнии: Электрический вальс, — промолвила она, заставляя дугу из электрических разрядов загородить ее от сюрикена. Врезавшись в барьер, тот распался на множество скальпелей, подброшенных в воздух силой электричества. Уверенная в том, что оружие потеряло форму, взаимосвязь между его элементами разрушена, и опасность осталась позади, Микото развернулась к врагу, который стоял и наблюдал за ее действиями с насмешкой. — Похоже, ты ничего не поняла, — сообщил он, взглянув на нее с наигранной жалостью. В следующий момент лезвия вместо того, чтобы попадать на мост, вновь завращались в воздухе и полетели к ней, заходя с боку. «Что? Снова?!» — подумала она, но было уже поздно. Даже шаринган Учихи не в силах был ей помочь. Неведомая сила снесла ее вбок, припечатав к колонне, возвышающейся сбоку от моста, а скальпели, пронзая кожу и одежду, пригвоздили ее к ней. Атакуй ее скальпели все разом, Микото не смогла бы оправиться от такого удара, но Шин не собирался убивать ее так просто. Поэтому, следуя его воле, они пронзили ее запястья, вызвав при этом адскую боль, а в остальных местах повтыкались по периметру ее тела, кое-где оставив незначительные порезы и прибив одежду так, что девушка не могла вырваться. — Глупая девчонка, — вздохнул Шин, подходя к ней и вставая напротив. Он смерил ее презрительным взглядом. – Ты еще слишком юна, чтобы тягаться со мной в силе. Он поднял руку и потянулся к ее глазам. При этом шаринганы на его руке все как один уставились на девушку, пойманную в ловушку. — Вот и всё, твои глаза помогут мне эволюционировать. В глазах Микото крутанулся шаринган, но Шина это не остановило. Тогда ее шаринган сменил форму, превратившись в восьмиконечную красную звезду на черном фоне. — Мангеке… Как я и предполагал, ты очень ценный экземпляр. Бесполезно, гендзюцу на мне не сработает. Столько шаринганов обеспечивает мне полный иммунитет к гендзюцу, — процедил он, продолжая тянуться пальцами левой руки к ее глазам. Внезапно Шин замер. По щекам Микото скатились кровавые слезы. — Это не просто гендзцу. Это кошмар, становящийся явью, — сказала она, уже с полной уверенностью того, что их поединок окончен. «Кошмар, становящийся явью? Никогда не слышал о такой технике… Но я еще могу спастись», — подумал тот, решив призвать на помощь белое существо, которое могло телепортировать его прочь, на безопасное место, и вспоминая о возможности использовать Изанаги. Но Учиха предусмотрела все варианты. Когда белое существо с единственным глазом материзовалось на плече хозяина, его рука, переставшая подчиняться его воле, схватила его и сдавила со всей силы. «Что? Моим телом управляют?» Вспомнив, какую иллюзию, превратившуюся в реальность, она приготовила Саю, Микото отмела этот вариант. Ее противник не заслуживал быть сожженным в лучах солнца. Мысль о том, что даже Джокер не придумал бы ничего столь жестокого, посетила ее в самый последний момент. Ничего не понимающий враг понял, что находится в иллюзорном мире, по тому, что всё вокруг стало каким-то смазанным и незначительным. Сейчас его волновали изменения, происходящие с его собственным телом. Первым делом Шин посмотрел на собственную руку. И когда он сделал это, то вздрогнул от того, что еще никогда не испытывал: ужаса. Вместо зрачков на шаринганах в его руке виднелись маленькие иероглифы, такие же, как на взрывных печатях, которыми пользуются шиноби. Шин оглушительно громко закричал, когда шаринганы на его теле начали лопаться один за другим. Он всегда был убийцей, охотником, преследующим свою добычу, а сейчас стал жертвой. И кого? Юной темноволосой девчонки, глаза которой уже почти внес в свою коллекцию? Страшная боль, усиливающаяся с каждым разом, как лопалось очередное глазное яблоко, заставила псевдо-Учиху потерять дар речи. Он выкрикивал что-то нечленораздельное, отступая назад. Когда шиноби уперся в противоположную колонну спиной, Микото увидела, как самыми последними лопаются его настоящие глаза. А в следующий миг сработала последняя взрывная печать, которая была вытатуирована в иллюзии на его затылке. Голова злодея взорвалась, будто арбуз, в который бандиты-дети запихнули петарду, орошая всё вокруг красными брызгами. Тело рухнуло вперед, извергая на поверхность моста кровь, растекавшуюся во все большую лужу. — Хотел мощь моих глаз – подавись ею, — прошептала Микото, чувствуя, что лишилась почти всех сил, но зная, что пора выбираться.