Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

Здравствуйте, дорогие читатели! Прошу меня простить за продолжительное бездействие касательно моих работ, из-за серьезной болезни заниматься ими мне было очень тяжело, потому я можно сказать на время их "забросила". Сейчас стараюсь вернуться к прежнему ритму работы. Пока что трудно наверстывать упущенное, все меньше времени остается до экзаменов, потому первое время я буду выкладывать лишь одну главу в неделю. Также читая время от времени работы других авторов все больше убеждаюсь, что мне по сравнению с ними надо писать сценариии для сериалов (в плане затянутости сюжета). Я извиняюсь и за это, я ведь только учусь строить сюжет, пока выходит только так) И еще одна просьба, друзья, мне уже неоднократно говорили, что в тексте присутсвуют ошибки. Я знаю это, просто порой слишком увлекаюсь и не замечаю их. Мой друг, как и я, в этом году тотально занят, потому я называю его бетой чисто символически, как помощника в поиске вдохновения. Поэтому я ищу героя, готового мне помочь с поиском ошибок, если таковой найдется, я буду рада)) Спасибо за то,что читаете мою работу :) *** Аккуратно, легкими ловкими движениями, владыка Элронд достал из темной ниши картину, укрытую черным бархатом, усеянным столетней пылью, похоже, к этой вещи никто давно не прикасался. Рэвен стояла рядом с Митрандиром среди бессчетных композиций из статуй и картин, в знакомом ей уже зале, куда их привел владыка. Элронд поставил картину у колонны, она не была очень большой, но судя по торчащему из-под темной ткани багету, украшена была необычайно богато. Осторожно, словно боясь обжечься, эльф потянул за бархатное покрывало. Оно упало на пол, поднимая облака пыли, обнажив прекрасный портрет юноши, древнего, но вечно юного. Поражал его пронзительный живой взгляд зеленовато-синих глаз, они - такие глубокие, грустные и нежные. Его русые волосы были немного светлее, чем у самой Рэвен, был в них медовый отлив, что в сияющих бликах так чудно отразил художник. Юноша сидел на небольшом камне, у подножия скалы, уходящей в море. Он был одет, как эльф, но что-то отличало его от перворожденного, Рэвен не могла сказать, что именно. - Мы сохранили этот портрет. Он единственный остался. Когда-то он висел в галереях Митлонда. – Задумчиво произнес Элронд, вглядываясь в знакомую ему картину. - Разумеется, Кирдан не пожелал оставлять там память о нем, - кивнул Митрандир. - Это он? – шепотом спросила Рэвен, пораженно вглядываясь в портрет и понимая, что ей смутно знакомо это лицо. - Да, Тауртур, такой, каким он был когда-то. Тьма сильно исказила его. – Ответил ей волшебник. - Словно бы и не он вовсе, - произнесла она, качая головой. Вспомнился ненавистный образ темного мага, что так жестоко расправился с ее родными, холодно и скучающе он убивал, смеялся над чужой болью. Юноша же на портрете выглядел чутким и отзывчивым, с ясным светлым взором и доброй душой. - Многое случается в этом мире. А у каждого из нас есть свой темный зверь внутри, которого мы либо душим, либо вскармливаем пороками и злодеяниями. – мрачно произнес владыка Ривендейла. Он неспешно поднял с пола ткань и небрежно накинул ее на картину, скрывая от света улыбающееся лицо юноши. - Вы так и не ответили на мой вопрос, - напомнила Рэвен. – Зачем Мортано нужна я? Элронд переглянулся с Митрандиром, с тяжестью во взгляде он посмотрел на девушку перед ним и задумчиво прошел чуть вперед, поднявшись по ступеням и останавливаясь у скульптуры Динрис. Он долго смотрел на нее, хмурив брови, словно решая что-то для себя, а потом ответил, встретившись взглядом с зелеными глазами девушки. - Твоя судьба косвенно связана с рассказанной мною историей. Тебе покоя от темного майи не будет, пока ты жива. - Не представляю, как это все может быть связано, - пробормотала девушка, проходя мимо величественных каменных фигур. - Ну не все так легко понять, - пожимая плечами, ответил старый волшебник. - И что же мне делать? – неуверенно спросила Рэвен, внимательно глядя на друга. Митрандир некоторое время молчал, словно взвешивая для себя что-то. Затем он ответил, спокойно, но с твердостью в голосе. - Тебе надо оставаться в безопасном месте. Там, где ты будешь для него недосягаема. Эти слова девушке очень не понравились. Выйдя из лабиринта статуй, она остановилась перед магом и спросила, прищурив глаза: - Ты не хочешь ли сказать, что мне теперь здесь жить остаться надо? - Не совсем, - отозвался Митрандир, поглядывая на замершего у колонны владыку. Элронд его взгляд заметил и произнес: - Будь все иначе, ты бы просто могла изменить имя и жить там, где тебе хочется. - Но? – вздохнула девушка, готовясь услышать новые неприятные подробности своей участи. - Но он находит тебя, легко, словно чувствует твое присутствие. Мортано прошел все те места, где ты побывала с тех пор, как покинула Лихолесье. Я не могу найти в твоей феа никаких следов темной магии, никаких чар, однако должно быть что-то, что привязало тебя к нему. – Задумчиво пояснил он, изучающе разглядывая девушку. - Это невозможно. Ведь он нашел меня и тогда, в первый раз…-прошептала Рэвен, чувствуя, как ее пробирает дрожь отвращения, лишь от мысли, что она связана с этим существом. - Тогда он тебя искал, - пояснил Митрандир, - ему удалось воспользоваться одним из палантиров, которые мы считали утраченными. Однако он не может использовать его постоянно, да и найти тебя ему было непросто. Сейчас что-то другое позволяет ему узнавать, где ты. - Так снимите это с меня! – с отвращением воскликнула Рэвен, передернув плечами, словно хотела стряхнуть с себя невидимую грязь. - Я попытаюсь сделать это, - серьезно произнес Элронд, - однако я не могу обещать тебе ничего. Такая магия мне мало знакома. - Я буду вам очень благодарна, - тихо пробормотала она, пытаясь унять дрожь. Владыка кивнул и сказал напоследок: - Я буду ждать тебя завтра после обеда в своем кабинете. Постарайся хорошо отдохнуть к этому времени: то, что мне придется сделать, может забрать много сил. Сейчас же, я должен с тобой попрощаться, меня и Митрандира ждут советники. Эльф склонил голову, легко улыбнувшись на прощание, и прошел к выходу из зала, за ним, похлопав девушку по плечу, ушел и Митрандир. Рэвен осталась одна в огромном зале. В задумчивости она присела на ступень, ведущую к величественному постаменту. Все части композиции здесь, кроме двух фигур, знакомых уже девушке статуй, были прикрыты темной материей, однако она была не такой пыльной, как на картине, оставшейся одиноко стоять на полу. Рэвен задумчиво вглядывалась в черты каменной майи, возвышающейся над ней, в величавый облик эльфийского воина с копьем в руке и короной на благородном челе. Они были так великолепны в своей искусности изображения деталей, что казалось настоящий ветер вздымает прекрасные каменные волосы девы, и трепет вышитую полосу герба у наконечника копья воина. Их лица светлые, немного печальные застыли, но оставалась иллюзия движения в них. Если бы не вечное их бездействие, в своем каменном обличие, они бы слишком сильно напоминали живых существ. Что-то в них тронуло Рэвен, что-то поднялось в ее душе при виде этих светлых ликов, боль и печаль, которые сменялись непонятным светлым чувством, названия которому девушка дать не могла. - «Гил-Галад, светлый государь, Последний всеэльфийский царь, Хотел навеки превозмочь Нависшую над миром ночь. Сиял, как солнце, щит в ночи, Ломались черные мечи, А светлый меч меж черных скал Разящей молнией сверкал. И царь сумел развеять ночь – Развеять, но не превозмочь, - И закатилась навсегда За край небес его звезда.» (*) Прозвучал в тишине мягкий бархатный голос, хорошо знакомый Рэвен. Девушка вскинула от неожиданности голову и встретилась взглядом со светлыми лазурными глазами эльфа. - Глорфиндел! – Радостно воскликнула она, вскакивая со ступенек. Рэвен подбежала к златовласому воину, крепко обнимая его. Древний эльда удивленно охнул, не ожидая такого приветствия, однако лицо его озарила счастливая улыбка, и он прижал девушку к себе, тихо посмеиваясь. - И куда подевались все твои манеры. Эльфы так не здороваются, - весело заметил он, отстраняясь и приглашая Рэвен вернуться на ее прежнее место, присев рядом. - Ну я же не эльф! – улыбнулась девушка, кладя голову на плечо воина и вдыхая его волшебный аромат древности и величия. – О Силы! От тебя так чудесно пахнет свободой! Глорфиндел засмеялся, поглаживая ее по голове, расправляя кудри, он произнес: - Свободой? Разве здесь ею не веет? Поверь, свобода – это не всегда простор полей и непроглядность лесов. - Сейчас именно этого мне не хватает, - нахмурившись ответила девушка, играясь с затейливой бахромой на кушаке одеяний эльфа, которого, похоже, это забавляло. - Так почему бы нам не прогуляться по лесам Имладриса? Эта долина прекрасна, а ты не видела и половины ее красоты. Мы можем позвать Элохира и Элладана, они всегда славились как искусные охотники. Рэвен оживилась, подняв голову с плеча эльфа. Она ответила: - Да, это было бы замечательно! – затем девушка снова обняла своего друга. – Глорфиндел, как же я по тебе скучала! *Дж. Р.Р. Толкин. Властелин колец, Братство Кольца, глава XI. (перевод Муравьева)