Куда зовет тебя сердце. "Сны в лавандовом поле"

- Юный человек покинул нас, - спокойно сообщил Глорфиндел эту новость своему лорду. Элронд сидел на скамье в мраморной беседке у причала и задумчиво вглядывался в морскую даль, к горизонту окрашенную рассветными лучами. Одежды его сейчас были просты, легкий светлый сюртук трепал поднявшийся морской ветер. В руках он вертел небольшую раковину, найденную где-то неподалеку. На какие-то неуловимые мгновенья на лице повелителя Имладриса появилось светлое мечтательное сияние , а с сильных плеч спала усталость. Возможно, мысли о Западе освещали его утомительную жизнь. - Жаль, я бы не желал такого, хотя и предвидел, что подобное должно случиться. – тихо проговорил владыка, не отрывая взгляда от созерцания моря. - Едва ли мы могли удержать его, - пожал плечами эльфийский князь. - Конечно, - кивнул Элронд, - однако его присутствие было бы сейчас очень полезно. – добавил он с ноткой сожаления в голосе. - У нее глаза сияли рядом с ним, - грустно заметил Глорфиндел, - жаль, он не понял, где нужен сейчас на самом деле. А она никогда не станет просить что-то для себя… - Кровь нолдор, - усмехнулся владыка, - как же знакома эта гордость и упрямство…Однако где сейчас Аннорис? - Недавно ее видели у конюшен, но мне не известно, куда она собиралась отправиться…-задумчиво промолвил эльф, вглядываясь в красивый танец чаек, кружащих над неспокойными морскими волнами. - Думаю, я знаю, куда, - произнес Элронд, подавляя тяжелый вздох. Он поднялся со своего места, оставив ракушку лежать на мраморном сидении и прошелся вперед к возвышающейся над морским берегом балюстрадой, облокотившись на перила, эльф взглянул вниз, на белый песок, омываемый пенными волнами. Глорфиндел пошел следом за лордом, остановившись в паре шагов от него. - Отправиться ли мне следом? – поинтересовался эльф, изучая узор на обшлаге своего рукава, с которым играл ветер. - Нет, останься. Я отправлюсь сам. – качнул головой Элронд, переводя взгляд на собеседника. – Мне есть, что сказать, мой князь. - Да, владыка, - улыбнувшись кивнул Глорфиндел, следуя за лордом ко входу во дворец. *** …..Прошу тебя, запомни это правило, Аннорис. Это очень важно, - повторял мягкий голос темноволосого эльфа, стоящего рядом, - если мы позволим тьме стать сильнее нас, наш род погибнет. Жалости достойны лишь те, кто сохранил в себе свет. Они же – эльф указал на тела орков, которых воины стаскивали к общему костру, разносившему по округе омерзительный запах, - никогда не имели в себе ничего доброго и светлого, они порождения тьмы, и им не нужна твоя жалость. Они воспользуются твоим великодушием, как слабостью, чтобы вонзить нож в спину. Ты поняла меня, дитя? – спросил король, держа деву за плечи и глядя ей в глаза. - Да, отец, я больше не допущу такого, - твердо произнесла она, выдерживая взгляд мужчины. Эльф улыбнулся, погладив ее по щеке, и подтолкнул в сторону дороги, ведущей к лагерю. - Я очень надеюсь, Аннорис. Теперь тебе стоит пойти отдохнуть. Скажи Элронду, что я бы хотел, чтобы он лично осмотрел твою рану. - Это же царапина! – вспыхнула принцесса. Однако мгновенно замолчала, наткнувшись на взгляд короля. - В рану мог попасть яд, эти твари часто смазывают им свои ятаганы. – устало пояснил Эрейнион. – Иди скорее, - добавил он, кивая дочери. Дева легко вскочила на лошадь, объезжая суетящихся вокруг эльфов. Краем глаза она заметила, что за ней поспешили двое воинов, которым было приказано доставить ее в лагерь. - И что же случилось? – воскликнула леди Динрис, завидев дочь, подъезжающую к шатрам в сопровождении эльфов. - Ничего, - пожала плечами Аннорис, тут же поморщившись от вспыхнувшей боли. – небольшой отряд орков помешал нам вовремя доехать до лагеря. Кроме меня никто не пострадал. - Как так получилось, что ты пострадала? – хмурясь спросила королева, помогая дочери спуститься с лошади. - Это расплата за ошибку. Больше я ее не допущу. - За какую ошибку? – спросил Элронд, выходящий из соседнего шатра с небольшой походной сумкой, где всегда носил скляночки и баночки с мазями и целебными зельями. В детстве Аннорис всегда мечтала иметь такую, однако талантливого целителя из нее не получилось. - Во мне слишком много жалости, - голос принцессы на мгновенье дрогнул от неприязни к самой себе, - мне стало жаль орка, который умолял меня пощадить его, оставить ему жизнь. Я опустила меч и… - Он воспользовался этим, чтобы ранить тебя, - закончил за нее эльф, понимающе кивая и подталкивая ее к одному из шатров, куда следом зашла и мать. - Да, - подтвердила дева, помогая снять с себя наручи и нагрудник, - если бы не отец, эта тварь отрезала бы мне руку…Ох, - вырвалось у нее, когда она взглянула на себя в небольшое зеркало на походном столе: весь рукав ее рубахи потемнел от крови. - Все не так страшно, - ободряюще улыбнулся Элронд, - главное, чтобы не было яда. – после некоторой тишины, нарушаемой лишь мерной резкой и разматыванием бинтов, эльф добавил, - Ты совершила глупый поступок, Аннорис. В иной ситуации все могло бы кончиться плачевно. Постарайся побороть в себе чувство жалости, если хочешь сражаться наравне со всеми. - Не понимаю, зачем это ей? – качая головой произнесла Динрис, из кресла наблюдавшая за перевязкой. – Зачем пытаться утратить сострадание, которое в ней так чутко развито. Не лучше ли просто отказаться от меча? - Нет, мама, - категорично заявила принцесса. - Если она чувствует стремление к этому, мы не в силах помешать, - пожал плечами Элронд, заканчивая с обработкой раны. - И все же нельзя забывать, что там, где нет милосердия появляется жестокость, а это страшный яд для любой души. - серьезно произнесла королева, внимательно глядя в лицо дочери. - Я помню об этом, мама. - Никогда этого не забывай…. *** Айвелин приоткрыла глаза. Над ней сквозь вздымающиеся к небу вершины ущелья проглядывало яркое теплое солнце. Вокруг стоял приятный успокаивающий аромат лаванды, в синевато-лиловом поле, которой она утопала, забываясь, что находится рядом со склепом. Ей здесь было хорошо, ничто не тревожило ее, не беспокоило, не давило грудь. - Удивительное место ты выбрала для сна. – раздался рядом голос, услышать который она никак не ожидала. Айвелин даже вздрогнула от удивления: нисколько не изменился ни тембр, ни тон этого голоса, который только что она слышала во сне, лишь все меньше беззаботности слышалось в нем с бесконечно проходящими веками. - Это вышло случайно, - ответила девушка, не поднимаясь со своего уютного места. - Да, здесь прекрасная атмосфера, хотя и немного грустная, - ответил ей гость. - Вы бываете здесь? - Конечно. Каждый раз, когда приезжаю проведать Кирдана. - Зачем вы здесь? - Хотел поговорить с тобой, мой друг. - О чем же? – спросила девушка, поднимаясь из своего убежища и встречаясь взглядом с Элрондом, сидящем неподалеку в совершенно простых одеждах, не теряя величия, он вел себя не так как всегда, как-то по-домашнему спокойно, словно отдыхая от титула владыки. Как будто уловив мысли девушки, эльф улыбнулся, пояснив: - Не я здесь правитель, - произнес онзадумчиво. Взгляд его скользнул по каменным воротам в глубине ущелья. Трудно было однозначно истолковать фразу владыки, имел ли он в виду Кирдана или же Короля. - Я все больше понимаю, что мне очень плохо без них, - прошептала девушка, глядя на одинокие скорбные статуи у врат. – Я осталась здесь одна, снова… - она замолчала, чувствуя, что от боли внутри перехватило дыхание, - он был прав… Эльф слушал ее внимательно, не перебивая и не отрывая взгляда от ее беспокойного уставшего лица. - Они стремились сделать все, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты не знала горя. Однако им не удалось победить злой рок, выпавший на твою долю, - грустно пояснил он. – Когда все это случилось…много лет назад, мы думали, что потеряем тебя навсегда. Твой дух был ранен, так сильно ранен, что погибал. Представляешь ли ты, что значит для нас утратить все силы феа? – с болью и тяжкой тоской вопросил он, затем невесело усмехнувшись опустил голову с тяжелым вздохом и кивнул, - ты лучше всех можешь это представить, Аннорис. И тогда…и сейчас. Ныне ты держишься лучше, чем прежде, однако я чувствую, что старая рана твоя снова закровоточила, подпитываемая новыми страданиями. Но есть что-то, что сдерживает тебя от прежней гибели, - он снова поднял на нее взгляд пронзительных серых глаз, - но мне не совсем ясно, что именно… - Я и сама не могу дать вам ответ на этот вопрос, владыка, - пожав плечами, произнесла она, спокойно выдерживая его взгляд. – То состояние, в котором я словно бы застряла, мучает меня еще сильнее. Нет пути ни к излечению, ни к гибели… Это забирает у меня еще больше сил…А теперь я снова осталась одна, - Айвелин опустила голову, изучая сине-сиреневые цветы примятой лаванды, чувствуя на себе тяжелый взгляд эльфийского владыки. - Ты не одна, мой друг, - грустно улыбнулся эльф, - поверь мне. - Спасибо, владыка, - попыталась она улыбнуться в ответ, - только теперь мне больно не только от потери Нэи, но и…- девушка снова судорожно вздохнула, понимая, что не может произнести болезненную фразу. – Я все ярче помню их, их образы не тускнеют, а лишь становятся все понятнее и знакомее и боль потери скоро станет совсем невыносима. - Эта боль понятна, никто из нас не может полностью защититься от нее. – прошептал эльф, на мгновенье уходя в свои мрачные мысли. - Увижу ли я их когда-нибудь? – с тоской спросила Айвелин, сминая в руках длинный обшлаг рукава платья. - Конечно, - кивнул Элронд, снова оглядываясь на красивые врата усыпальницы, - только слишком много времени пройдет, слишком много даже для нас. - Как они погибли? Почему я не помню этого? – задала Айвелин давно мучавший ее вопрос, подсаживаясь немного ближе к грозному владыке, который сейчас куда больше располагал к себе, нежели обычно. - Мы не сообщали тебе о том, что случилось с королем, ибо когда тебя нашли Барад-дур пал, там же и погиб наш Гил-Галад, - по голосу эльфа девушка поняла, что вспоминать подобные события ему тяжело. Несмотря на присущее ему хладнокровие, сейчас она могла легко уловить искреннюю боль и горе, которую он испытывал, - в битве, предрешившей исход долгой и тяжелой для нашего народа войны. Ты была слишком плоха, чтобы наносить тебе новый удар этим известием. - Это все произошло, когда…когда…- Айвелин почувствовала, что задыхается от нахлынувших в одно мгновенье воспоминаний, мучавших ее уже долгое время: огонь, смерть, кровь и боль стали ее вечными спутниками бесконечных раздумий и снов. Она понимала, что не может ни заплакать, ни успокоиться, как же устала она от этого. На своем плече девушка почувствовала теплую мягкую руку эльфа, он опустился на колени рядом с ней, пытаясь облегчить душевную боль. – Мне все страшнее понимать, что все это не сон, - прошептала Айвелин, поднимая глаза, наполненные слезами на владыку, - Снова я показываю слабость, но Валар известно, как же мне плохо. - Мне больно от того, что никто из нас не может тебе помочь, мой друг, - произнес Элронд, крепче сжимая хрупкое плечо девушки, -и не стоит стыдиться собственных страданий, они отнюдь не слабость, а сила. - Что же было дальше? – спросила Айвелин, стараясь унять слезы и не желая продолжать начавшуюся тему. - Мы пытались спасти тебя, ибо ты просто начала таять на глазах, - начал эльф, устремляя взгляд в даль и невольно понизив голос, словно повествовать ему становится все больнее, - исчез огонь в глазах, румянец с лица, голос стал неживым…нам удалось полностью исцелить тело. Однако ничего нельзя было поделать с духом. Тебя ожидала участь страшнее обычной смерти, и это было неизбежно. – эльф с тоской взглянул на девушку, продолжив, - тебя спасла твоя мать. Динрис пожертвовала своей силой духа, дабы сохранить твое феа, ибо не мыслила своего существования без тебя. Ей все удалось…но тем мы и отличаемся от смертных, что живем, черпая бесконечную энергию из собственной души, иначе бы тела наши увядали так же быстро, как и тела людей. Мортано подорвал все твои силы… - Я умерла? – едва слышно спросила Айвелин, понимая, что звучит это очень странно. - И да, и нет, - произнес Элронд, поправляя девушке растрепавшиеся волосы, которые теперь падали на лицо, - ты умирала до тех пор, пока тебе не помогла Динрис. Однако чтобы спасти тебя, нужно было дать отдохновение твоей душе. Твоя мать была майа, она знала способ исцелить тебя, хотя он и был бесконечно горек для всех нас… - Вы убили меня? - Не делай поспешных выводов, Аннорис, - грустно усмехнулся Элронд, - никогда никто не посмел бы лишить тебя жизни. Вернув силы твоему духу, твоя мать умоляла Мандоса не забирать у тебя жизнь, ибо хотела дать тебе еще один шанс побыть в этом мире, но и оставлять тебя здесь Феантури не могли. Ирмо забрал тебя в Лориэн, что находится в Благословенном краю, там в забвении тебе предстояло провести столько времени, сколько потребуется, дабы успокоиться….