Испорченное отражение

- Сайтама-сенсей, с этого дня я буду повторять каждое ваше действие, постараюсь перенять повадки и привычки. Я давно понял, что физическая тренировка бесполезна. Следует взяться за своё мышление. И вот, я готов! – Генос стоял напротив Сайтамы, вытянувшись по стойке "смирно". Сенсей, коим его называл киборг, лежал на полу с ложкой во рту и стаканчиком йогурта в руках. Сейчас раннее утро, Сайтама завтракал. Вернее, делал это до того, как его прервал Генос со своим заявлением. Слова киборга неслабо удивили его – Сайтама и так побаивался неистового желания Геноса стать сильнее. Блондин мог внимательно наблюдать за парнем, внимать его советам (выдуманным лишь бы неугомонный Генос поскорее отстал), конспектировать жизнь сенсея, но копировать каждое его действие – здесь киборг превзошёл самого себя. Сайтама не понимал, зачем ему это надо. Хоть Генос и объяснил свою позицию, парню понятнее не стало. Разве киборг сможет стать лучше таким образом? Очевидно, что нет. Тактика "чтобы стать кем-то, нужно думать как этот кто-то" здесь не сработает, и это было очевидно. Но Генос считал иначе. И Сайтама не собирался его переубеждать. Это всё равно бесполезная трата времени. Но и промолчать Сайтама не смог. Поэтому, убрав ложку в сторону, парень спросил, не спуская глаз с киборга: - Ты к чему это, Генос? - Я уже всё объяснил, сенсей, – коротко ответил блондин. Сайтама нахмурился. - Нет, это я слышал. Просто не понимаю, что тебе это даст? Отжимания, приседания и бег… Я рассказал всё, что делал. И никакое специальное мышление за моим ростом не стояло. Разве что желание, но его и у тебя хоть отбавляй. - И всё же, разрешите мне попробовать, сенсей! – продолжал стоять на своём Генос. Сайтама сдался. Как он и ожидал, говорить было бесполезно, действовать тоже. Киборг платил за своё проживание здесь и парню просто невыгодно от него избавляться. Ассоциация героев пока не приносила определенного дохода. Да и на какое вознаграждение стоит рассчитывать герою С-класса? Генос присел обратно за стол, принявшись наблюдать за Сайтамой. Секунду просидев неподвижно, он сменил позу. Теперь, лёжа на боку, он продолжал неотрывно наблюдать за сенсеем. Сайтама фыркнул. "Он серьёзно?" – почесав затылок и доев йогурт, парень повернулся на другой бок, включая телевизор и больше не желая видеть перед своим лицом застывшие глаза. С момента, как Генос пообещал повторять за Сайтамой каждое его действие, всё пошло наперекосяк. Парень уже привык, что за порядком в доме следил киборг. Помытая посуда, туалет и ванная, относительный порядок в комнате – всё это вмиг исчезло, так как теперь всё свободное время блондин только и делал, что лежал и преимущественно бездельничал – повторял за своим сенсеем, как и обещал. Сайтаме даже самому пришлось взяться за тряпку. Как же давно он этого не делал? И ведь парень не был грязнулей – мусор имел свойство накапливаться и от этого никуда не денешься. Поэтому, чтобы не спотыкаться каждый раз о пустую коробку из-под рамена или не недоумевать, куда же подевались все кружки, хозяин квартиры стал чаще за ней следить. Генос тоже подключился, но перекинуть на него все обязанности не получилось. Как только Сайтама брал двухдневный перерыв, киборг также прекращал всю деятельность. Это немного злило, но Сайтама считал, что блондин поступал справедливо. Он держал своё слово. Вот только такая преданность сказанному не сильно радовала парня. Он-то надеялся, что Генос довольно быстро сломается. Несмотря на механическое тело, разум ещё жил. Киборг имел довольной яркий темперамент, не любил бездействие, стремился превзойти собственные возможности. Искал силы рьяно и безрассудно, благо теперь он не был обременён ненадёжным человеческим телом. Но Сайтама всё изменил, заставив Геноса по-другому взглянуть на мир. Он подарил веру в людей, являясь живым примером непобедимого героя. Блондин хотел стать таким же. Но Генос ведь не человек? Не на восемьдесят и даже не на десять процентов, но живого в нём оказалось больше, чем в том же Сайтаме. Поэтому киборг и не сдавался, продолжая упорно двигаться к своей цели. Она у него была – эта цель, пусть и слегка детская (стать сильнейшим), но она смогла заполнить всё его сознание, подарила причину продолжать бороться и не сдаваться. Сайтама видел всю эту жизнь в куске металла и завидовал. Сам парень давно растерял весь запал, перестал радоваться тому, что происходило вокруг, попрощался со всеми чувствами и эмоциями. В его случае безграничная сила и мощь пошла явно не на пользу. Она опустошила душу, практически искоренив человеческое в парне. Порой Сайтама удивлялся, как ещё не переметнулся на сторону монстров, терроризирующих города. Но ответ на этот простой вопрос никогда не заставлял себя долго ждать: Сайтама всегда был на стороне добра, с самого детства. Поэтому ему было так сложно наблюдать за Геносом. Парень смутно понимал его действия. Сайтама не слушал историю киборга, но смог уловить, что она не из самых светлых. И всё же непонимания до последнего момента не возникало, хоть они и были слишком разные. Но именно противоположности и притягивались. Только так Сайтама мог объяснить нахождение Геноса здесь. Киборг же на эту тему не рассуждал. Очередное различие, на которое Сайтама уже закрыл глаза – всё равно такому существу, как Генос, долго не продержаться, несмотря ни на какое желание. Характер киборга являлся непреодолимой стеной на пути к желанному. Генос не переставал копировать сенсея. Киборг читал мангу, спал до полудня (или делал вид), даже завёл свой кактус, который стал поливать с утра на пару с Сайтамой. Но с каждым днём движения Геноса производились через силу. Становилось отчётливо видно, что блондин прилагал немало усилий, чтобы заставить себя провести ещё один день в шкуре сенсея. Повседневная рутина угнетала его. Киборгу даже стало казаться, что он начал чувствовать физическое негодование, которого у него попросту не могло быть. Но оно было, и Генос не знал, что с этим делать. Можно было забыть про свою глупую идею, но киборг не собирался сдаваться так легко. Осложнившаяся обстановка не щадила – Генос не знал, сколько ещё он сможет протянуть. Единственным спасением блондина стала геройская ассоциация. Героев S-класса тревожили редко, но Генос был рад и этому. К тому же довольно часто отсутствовал Сайтама – героям С-класса надлежало выполнять недельную норму, чтобы не расстаться со своим местом. И парень запрещал киборгу появляться вместе с ним на этих заданиях. "Не хватало ещё, чтобы все лавры достались герою S-класса! Мне самому нужно зарабатывать популярность". Киборг не возражал. Он только рад отпустить сенсея и провести несколько часов в одиночестве, наедине с собственными чувствами и эмоциями, которые так и требовали выхода. В один день Сайтама встал раньше обычного, стараясь передвигаться по комнате как можно тише, чтобы ненароком не разбудить Геноса, выходя на балкон. Киборг не спал, он просто отключался на определённое время. Блондин всё просчитал, не подозревая, что сенсей мог встать раньше. На улице гулял прохладный ветерок. Сайтама, в одной футболке и шортах, еле доходящих до колен, опёрся о перила, устремив взгляд на восходящее солнце. Темнота всё ещё нависала над персиковым небом, а яркое светило только показало свои лучи. Сайтама сощурился, глядя в сторону горизонта – тишина и одиночество. Кто бы мог подумать, что он когда-то будет скучать по ним? Сайтама никогда не поверил, если бы судьба не свела его с Геносом. На самом деле парню нравился киборг: сильный и мощный, постоянно в движении, вызывает восторг у окружающих… Вот только больно уж он приставучий. И угораздило же его связаться именно с Сайтамой? Такого внимания ему никогда не было нужно. По крайней мере, так парень считал до этого момента. Теперь Сайтама стал замечать: присутствие Геноса сильно разнообразило его жизнь. Стало не так скучно. Тогда, может быть, иметь киборга в друзьях не такая уж и плохая идея? К тому же и избавиться от него всё равно не представлялось возможным. У Сайтамы не было выбора изначально, когда как он всё пытался найти иные пути. Зачем? От нечего делать. А может ему просто нравилось так вести себя с Геносом: непринуждённо, честно. Врать киборгу не было причин, исключая отдельные случаи. Сайтама зевнул. Он не выспался. И всё ради того, чтобы насладиться некогда противно колющим сердце одиночеством. Но это того стоило. Теперь парень готов вновь наблюдать за тем, как каждое его действие находит отражение в действиях блондина. Да и отношение к киборгу слегка изменилось. Сайтама вспомнил, что на момент своей кибернизации Геносу было не больше пятнадцати лет. И вряд ли он сильно изменился спустя четыре года скитаний. Блондин всё ещё мальчишка, в отличие от того же Сайтамы, которому уже исполнилось четверть века. Ему довелось стать чьим-то примером для подражания и избавиться от этого ему вряд ли удастся. Дверь на балкон со скрипом распахнулась. Сайтама непроизвольно вздрогнул – он уже знал, кто находился за его спиной. Генос молчал, а сенсей боялся обернуться. "Нет, нет, нет, развернись и уходи, Генос, развернись и уходи!" – повторял про себя Сайтама. Но, как и ожидалось, киборг не услышал его молитв. Вместо того чтобы покинуть балкон, Генос потоптался на месте несколько секунд, после чего, шагнув вперёд, вытянул руки, цепляясь ими за перила, заключая сенсея между собой и железными прутьями. Светлая голова прислонилась к сведённым сзади лопаткам, кисти сжались, железные пальцы оставили вмятины на перилах. Сайтама нервно сглотнул. С Геносом что-то не то, он вёл себя страннее обычного, что было не к добру. - Сенсей, – голос киборга задрожал. Сайтама удивился ещё больше. Такое возможно? Но слух его не обманывал. Вскоре дрожь перешла из голоса в тело, заставляя блондина трястись. Он сильнее сжал перила, пытаясь взять себя в руки, но всё тщетно – дрожь не унять, а вмятины не убрать. Это не ускользнуло от глаз Сайтамы. Он ещё обязательно припомнит это Геносу. - Сенсей, у меня ничего не выходит, – наконец смог произнести Генос. Сайтама вздохнул с облегчением. Он уже было подумал, что произошло что-то серьёзное. Развернувшись, парень взглянул на киборга. Тот не поднимал лица, смиренно стоя на месте и продолжая дёргать головой. Если бы он был человеком, то наверняка бы заплакал, если бы не сдерживал себя из последних сил, то закричал. Эмоции, всё это время державшиеся под замком обязательств, заполнили его до краёв. Им нужен был выход, и чем скорее, тем лучше. Блондин больше не мог сдерживаться. За слишком тяжёлую задачку он взялся в этот раз. С ней, как и со многими другими, киборгу справиться оказалось не под силу. Сайтама коснулся его лица – холодное, другого он и не ожидал. Приподняв его, парень заглянул в янтарные глаза, ярко контрастировавшими с тёмными белками. Генос никак не хотел фокусировать на нём взгляд, стараясь увести его куда-то в сторону. Но Сайтама следовал за ним, пытаясь заставить киборга взглянуть на него и послушать. - Эй, Генос, ты чего раскис? Сам же должен был понимать, что эта идея изначально не блистала гениальностью? - Я просто слишком слаб, – будто не слыша слов сенсея, продолжал говорить киборг. Сайтаму раздражало такое поведение сожителя. Когда в нём успело появиться столько сопливости? - До чего ты себя довёл! – начал возмущаться Сайтама, хмурясь. – Весь трясёшься, сам на себя не похож. Когда ты в последний раз появлялся на улице, выполняя задания ассоциации героев? - Уже неделю, как тихо, – проговорил Генос. – Вы и сами прекрасно знаете, что никакая серьёзная опасность давно не угрожает. Монстры стали нас побаиваться, и всё благодаря вашим стараниям, сенсей. - Да-да, – перебил его Сайтама. – И тут я только оплошал. Но ты бы мог проявить инициативу, разве нет? - Нет, – невозмутимо ответил киборг. – Вы же её не проявляете? - Хватит всё приравнивать ко мне! Я не идеал, это ты уже давно должен был понять. - Ничего подобного! – эта беседа благотворно влияла на Геноса. Да и Сайтаме нравилось повышать голос. Он, как и киборг, давно не выплёскивал свои эмоции наружу. Генос замолчал. Его пристальный взгляд упёрся в глаза Сайтамы. Казалось, киборг начал анализировать его, пытаясь что-то распознать. Выпытывал взглядом то, что пока и самому сенсею неизвестно. Блондин подался вперёд, в последнюю секунду останавливаясь, колеблясь. Сайтама весь напрягся. Он не успел ничего произнести, как Генос, склонившись к его лицу, коснулся губ. Сайтама застыл в исступлении. С каждым разом киборг удивлял его всё больше и больше. Но сейчас Генос перешёл все границы. Сайтама отстранил от себя блондина. Тот, с удивлением в глазах, непонимающе взглянул на сенсея. Киборг искренне не понимал, что он сделал не так. - Сенсей? – спросил Генос. Он по-прежнему не отнимал рук от перил, не позволяя парню уйти прочь с его глаз. И хоть он мог без труда вырваться, Сайтама почему-то не спешил это делать, продолжая с недоумением глядеть на не менее удивлённого Геноса. - Ты чего, Генос? – только и смог вымолвить парень. Киборг не медлил с ответом. - Но вы же сами этого хотели? - Я?! С чего ты?.. – не успел договорить Сайтама, как заметил, что глаза блондина неестественно светились. "Вот оно значит как, – догадался парень. – Он анализировал меня… И как только Геносу удалось предугадать те действия, о которых я ещё не успел подумать? Или я всё-таки думал об этом?" – Сайтама не мог вспомнить собственные мысли. Всё произошло слишком быстро. Парень даже не понял, о чём успел подумать в тот момент, когда киборг на мгновенье замолк, начиная вглядываться в его бесстрастное лицо. Но за Сайтаму говорило его тело: учащённое дыхание, чуть приоткрытые губы, полное отсутствие сопротивления действиям киборга. В редких случаях Сайтама вёл настолько спокойно себя с ним. Сейчас он определённо чувствовал себя иначе. И разглядеть это Геносу удалось гораздо раньше своего сенсея. Сайтама недовольно фыркнул, отворачиваясь от киборга. Ему не понравилось, что с ним так поступили. Не дали дойти до собственных желаний умом и сердцем. И что теперь прикажете делать Сайтаме? Первый шаг сделан и преимущество укрепилось явно не за ним. Генос покорно дожидался дальнейших действий со стороны сенсея, но по его расстроенному лицу уже можно было понять, что блондин откровенно не знал, какую именно ошибку он допустил, отчего теперь и мучился. "Слишком юный, горячий, и даже не имеющий сердца как такового, отказывающийся пользоваться мозгом. Что с ним не так?" – думал Сайтама, искоса поглядывая на Геноса. Киборг был на пределе – это видел сенсей, об этом говорил и он сам. Неудивительно, что Генос пошёл на такой поступок: ему нужно было переключиться, и как можно скорее, пока его энергия не нашла другой, более разрушительный выход. Только съехавшего с катушек киборга на долю города Z не хватало. К тому же и доля вины Сайтамы в случившемся также присутствует. Какую-никакую, а ответственность за Геноса он всё-таки нёс. Сайтама сам согласился стать его учителем, несмотря на всё нежелание. И отвечать за поступки ученика также придётся ему. За все его поступки. - Извините меня, сенсей, – произнёс Генос, прерывая размышления Сайтамы. – Это было опрометчивое решение, мне стоило сдержаться. - Нет, Генос. – Киборг поднял голову, глядя на Сайтаму. – Ты и так достаточно сдерживался всё это время. Да на тебя жалко смотреть! – Сайтама улыбнулся той улыбкой, которая редко озаряла его лицо. Киборг любил её – это означало, что сенсей действительно в хорошем расположении духа. Но после того, что было – блондин не знал, что думать. - Сенсей? - Молчи, – заткнул его Сайтама. – Я не знаю, что творю, а твои слова только сбивают меня, заставляя думать, – парень покраснел, опуская взгляд, но всё равно пытаясь держаться непринуждённо в обществе киборга. Теперь улыбка появилась и на лице Геноса. Склонившись к уху сенсея и поцеловав его, он прошептал: - Можно, сенсей? Один раз, и впредь я обещаю не вести себя так глупо. - Только если ты удалишь этот эпизод из своей памяти, – отозвался Сайтама, усмехаясь. Но киборг больше не слушал его. Блондин уже прижал парня к себе, наконец отрывая руки от перил. Холодные металлические пальцы забрались под футболку, холодя своим прикосновением. Сайтама только сильнее прижался к Геносу. В отличие от рук, грудь у него была куда теплее, что неудивительно: Сайтама прекрасно помнил, какой зверь скрывался под железными латами. Генос склонился к губам сенсея во второй раз. Теперь Сайтама ответил. Поцелуй получился странный: парень не был особо опытен в подобных делах, да и в движении языка киборга чувствовалась явная механика. Но ни одного, ни другого это не расстроило. Сайтама почему-то был уверен, что они успеют это исправить. Генос, по всей видимости, решил точно также, раз не подумал отрываться от чужих губ, чуть ли не кусая их, желая большего. Сайтама старался утихомирить разошедшегося киборга, но быстро понял, что сделать это ему не удастся. Вцепившись в плечи Геноса, Сайтама, сжав их, слегка помял металл. Блондин не обратил на это никакого внимания, спустившись с губ на подбородок и ниже, к кадыку. Сайтама прикусил губу, сдерживая рвущийся наружу стон, а также ослабляя хватку. Покалечить и так вечно пребывающего в ремонте Геноса никак не входило в его планы. Да и сам киборг старался не перегибать палку, хоть и сдерживаться было весьма сложно. Теперь пальцы скользнули ниже, по позвоночнику, минуя поясницу и забираясь под шорты. Нижнего белья на Сайтаме не было – он только проснулся, наспех сбрасывая ночную рубашку и натягивая на себя первое, что попалось под руку, прежде чем выйти на балкон. Как только Генос стал раздвигать ягодицы, проникая глубже, Сайтама забеспокоился. Здравый смысл, который, казалось, и не присутствовал вовсе, вторил остановиться. Но стоило ли? Генос, словно верный пёс, и не подумает сделать ничего плохого. К тому же остановить его, не разобрав на винтики, теперь вряд ли получится. Киборг слишком долго сдерживался, всё это время играя чужую роль, будучи испорченным отражением. Настал момент быть собой, не сдерживаясь и не скрывая никаких желаний и эмоций. Сайтама и раньше замечал, что чрезмерная увлечённость Геноса его персоной имела неоднозначный характер. Сейчас же, видя, с какой страстью он впивался в его кожу, с какой жадностью припадал к губам, но при этом не забывал о своём сенсее, останавливаясь, когда баланс между жестокостью машины и неконтролируемым желанием человека нарушался, Сайтаме всё стало ясно. В таком случае и собственную симпатию скрывать было бесполезно. Парень не прогнал Геноса, когда тот появился у него на пороге с мешком туго набитым личными вещами не из-за платы за квартиру, не отделался от вечно досаждающего своим поведением прилежного ученика, который, как ни посмотри, действительно чему-то смог научиться за столь короткий промежуток времени, что они провели вместе, не из-за жалости. С самой их первой встречи парень уже отметил для себя киборга. Блондин ему понравился, и не было смысла отрицать это. Да и весьма лояльное отношение к нему об этом говорило (он же не прихлопнул Геноса как назойливую муху?). Почему же теперь, когда всё и так было ясно, он должен вести себя как-то иначе? Сайтама не понимал, почему и решил прекратить всё это. Когда-то парень должен был вспомнить, что такое быть человеком, со всеми его слабостями, пусть и в столь интимном вопросе. Сайтама поднял лицо Геноса за подбородок, недолго любуясь механическими глазами, после чего, проведя рукой по светлым волосам, заводя их назад, сам коснулся чужих губ. Руку не убрал, вцепившись в волосы, не позволяя киборгу отстраниться. Вторая рука так и осталась на плече, еле сжимая его. Генос, той рукой, что не мяла ягодиц парня, провёл по торсу, спускаясь ниже и закидывая ногу себе на бедро, упираясь в пах. Сайтама охнул, резво запрокидывая вторую ногу и, оказавшись выше киборга, более страстно впился в губы, заставляя его запрокинуть голову назад. Блондин отвечал также страстно, ненасытно срывая стоны с губ сенсея. Вот пальцы вновь скользнули к туго сжатому колечку мышц, проталкиваясь внутрь. Сайтама зашипел – пальцы проходили медленно, с трудом, а Генос всё норовил задать высокий темп, желая доставить сенсею удовольствие как можно скорее. Парень редко когда выплёскивал свои истинные эмоции наружу. Зачастую можно было созерцать одно недовольство и то по отношению к киборгу. Блондин хотел ему помочь. Самому же Геносу и этой близости было более чем достаточно. Генос принялся растягивать Сайтаму. Добравшись до простаты, он заставил парня прогнуться в спине. Металл на плече покорёжился сильнее. Генос спустился с губ на шею, впиваясь в неё зубами. Сайтама начал двигать бёдрами, прося киборга работать рукой быстрее. Блондин слушался его немых указаний, прижимая парня к перилам (Геносу повезло, что те были высокие). Спустившись с шеи к ключицам, киборг одним ловким движением руки стянул мешающуюся футболку, аккуратно опуская её на пол, после чего, проведя ладонью по отлично сложенному телу, лишний раз убеждаясь в его идеальности, спустившись к бугорку, выпиравшему из штанов, с новой силой ухватился за бедро, не позволяя ногам сенсея сползти вниз. Генос, склонившись к его груди и тяжело дыша, продолжал работать пальцами, то увеличивая темп, во время чего Сайтама начинал захлёбываться собственными, еле уловимыми чутким слухом киборга стонами, то наоборот, замедлял его, позволяя Сайтаме почувствовать все сгибы, болты, металлические пластины и прочее, чем мог похвастаться Генос, заставляя требовать большего. И сенсей требовал. Не словами, а как и до этого одним языком тела, который блондин, на удивление, понимал. Это смущало, но не больше нескольких секунд. Потом Сайтама вновь уходил с головой в пока что ещё странные, но определённо приятные ощущения, возрождающие его, пробуждающие то тепло жизни, которое давно рассеялось в равнодушном сердце. Сейчас оно трепетало, совершая удар за ударом, в такт вздохам Геноса. Киборг также испытывал чувства. Они были присущи ему всегда, несмотря ни на какой сверхпрочный металлический скелет и отсутствие живого сердца. Мозг функционировал и именно он позволял ему чувствовать, ощущать, познавать радости, печаль, наслаждение. Генос никогда не чувствовал себя большим человеком, чем в эти минуты близости с Сайтамой. Шорты давно жали парню. Наконец оторвавшись от светлых волос, Сайтама спустился к своему паху, пробираясь под ненавистную ткань и, обхватывая возбуждённую плоть рукой, принявшись дрочить себе, снимая остатки скопившегося напряжения. Сайтама уверенно работал рукой – ему не в первой – проводя ею по всей длине ствола, опускаясь к яичкам. Парень почувствовал прохладу – это подключился Генос, сильнее наклоняя сенсея и касаясь освободившейся рукой набухшей головки члена. Сайтама что-то томно прохрипел, скорее всего имя Геноса, но тот проигнорировал это, слегка надавливая на головку, затем проводя пальцами по уздечке и, обхватывая ствол, принявшись быстро двигать рукой, моментально доводя парня до разрядки. Не прошло и минуты, как Сайтама кончил, пачкая как себя, так и киборга. Обессилено свалившись на грудь блондина, Сайтама, заключив его в слабые объятья, постарался вернуть безнадёжно сбитое дыхание. Генос, также прижав к себе сенсея, уткнулся носом в его плечо, прикрывая глаза. Тишина, солнце лениво выползало на небосвод, наполняя его тёплыми красками, согревающими лучше любого пледа сырой и промозглой осенью. Генос еле заметно улыбнулся, обращаясь лицом к свету. Начинался новый день, продолжалась старая жизнь. - Простите меня, сенсей. – Сайтама, выдернутый из сладкой дремоты, что обволакивала его, с неким непониманием на лице взглянул на светлую макушку. - Не извиняйся, – раздалось в ответ. На лице Сайтамы также засияла слабая улыбка. – Было бы за что. - За своё неподобающее поведение и глупость, – пояснил киборг. – Мне стоило быть умнее. Копирование всех ваших действий провальная идея, нужно было понять это изначально. - Ах, ты об этом, – рассмеялся Сайтама. Генос, не понимая причину этого смеха, оторвался от парня, уставившись ему в глаза. Сайтама, успокоившись, но не без смеха в глазах глядя на блондина, неожиданно притих. Он уже хотел было что-то сказать, но осёкся, видя по выражению лица Геноса, что его случившееся нисколечко не смутило. Для киборга это оказалось нормальным. "Ты удивительный человек, Генос!" – только и сказал про себя Сайтама, оборачиваясь к восходу. Блондин, по-прежнему не отрывая взгляда от своего сенсея, ждал его пояснений. Сайтаме его пытливый взгляд быстро начал мешать. - Скажи спасибо, что на окраине города Z давным-давно никто не живёт, а то за такие поступки тебе бы пришлось расплачиваться. - За то, что я вас копировал? – это бесполезно. Сайтама давно махнул на него рукой. - Нет, Генос, не за это, хотя стоило бы, – киборг принялся вспоминать, что он успел сделать не так. Но Сайтама, потрепав по светлым волосам, сбивая с мыслительного процесса, упёрся в его лоб своим, вновь прикрывая глаза. Генос, так ничего толком и не поняв, решил оставить эту загадку на потом.

Конец.