Кошмары в ночи

      Уилл видит, как Ганнибал собирается на место преступления и порывается его остановить… Что-то должно произойти. Он уже видел это все. Коричневое кашемировое пальто, неизменный клетчатый костюм-тройка, начищенные до блеска туфли и сдержанная улыбка на лице. Ганнибал оборачивается и говорит, чтобы Уилл сегодня остался дома, и что Ганнибал будет поздно, задержится у своего доктора Дю Морье. Точь-в-точь, как в том страшном сне. Уиллу становится дурно, он бледнеет, и говорит, что Ганнибал никуда не пойдет, что Джек может справиться и без него, что Уиллу нужна его помощь дома. Но тот его обрывает — «Я должен идти, сам знаешь, если не будет еще и меня, Джек придет в ярость. Разговор окончен.» Уилл не может успокоиться все это время, ближе к часу ночи он срывается, берет машину и, вдавливая педаль газа до упора, мчит к дому Дю Морье, чей адрес был на одной из визиток на столе у Ганнибала. Он успевает впритык, чтоб не дать свершиться непоправимому. Он врывается в дом в тот момент, когда сбежавший пациент Балтиморской клиники, крадясь за спинами ничего не подозревающих докторов, спокойно распивающих вино, направляет ствол пистолета в голову Лектера. Один точный выстрел Уилла, и он падает замертво. Ганнибал и Беделия отделались легким испугом, а Уиллу кажется, что внутри него что-то оборвалось. Его волнами захлестывала паника — ведь сбылся один из его самых страшных снов. Уилл уже искренне ненавидит ночь. Кошмары преследуют его по пятам. С каждым разом становясь все хуже, все кровожаднее и беспощаднее. Он выматывает себя, умудряясь бодрствовать почти полные сутки, заливая в себя литры кофе, изматывая себя на лекциях и местах преступлений, и позволяет себе всего лишь на пару часов провалиться в сон. Он не хочет видеть вновь искалеченное, бездыханное тело Ганнибала. Пусть даже во сне. За последний месяц ему не раз чудилось, что любой из этих кошмаров вот-вот сбудется. И каждый раз, когда он наяву слышит знакомые слова, видит обстановку, что была в его снах, его охватывает паника. Он каждый раз боится не успеть, боится найти мертвого Ганнибала. Уилл боится спать. Ему снятся кошмары. Каждую ночь умирает Ганнибал — его убивает преступник, его покидают все силы на электрическом стуле, разрывает вендиго и занимает его место. А Уилл ничего не может с этим сделать. Он плачет, не в силах сказать и слова, когда Ганнибал умирает у него на руках в очередном кошмаре. Он не может сделать ни шага, когда мужчина захлебывается собственной кровью. Тело не слушается, оно словно ватное. А по щекам бегут слезы. Ганнибал не отходит от Уилла ни на шаг. Он переживает за него, не понимает, что с ним происходит. Он уговаривает его отдохнуть и немного поспать. Он клянется, что с ним все будет в порядке, что он никуда не уйдет. Он будет здесь, он будет рядом. На самом деле, Ганнибал не знает, что делать… Уилл весь в поту, в прилипшей к телу футболке, мокрых прядей на лбу, резко подскакивает на кровати после очередного кошмара. Долго не может прийти в себя. Но стоит только повернуть голову, и он видит, что с соседней половины на него обеспокоенно смотрит Ганнибал. Уилл рвано хватает воздух, осознавая, что вот она — реальность, и его отпускает. А затем он вновь хватает ртом воздух, бессвязно бормоча что-то Ганнибалу, пока тот заставляет его забыть об этих кошмарах. Он стаскивает с него мокрую от пота футболку, покрывает невесомыми поцелуями все тело, жарко шепча на ухо, доказывая, что он здесь, что он жив, что реален, и никогда не оставит его одного. И Уилл верит ему, верит, когда губы Ганнибала накрывают выступ на ключице, когда он задевает зубами сосок, когда проводит языком дорожку ниже пупка, стаскивая со своего мальчика последнюю деталь одежды. Уилл хочет, чтобы время остановилось, когда он бедрами подается навстречу толчкам Ганнибала, когда тот жадно сцеловывает с его губ каждый жаркий стон, когда тот переворачивается на спину, увлекая за собой Уилла, когда его пальцы впиваются в ягодицы. Уилл хочет оставить в памяти каждый момент, когда Ганнибал смотрит на него янтарными глазами, как он стонет, как выкрикивает его имя и кончает, позже притягивая Уилла к себе для самого долгого и нежного поцелуя, который так необходим сейчас Уиллу. И тогда, прижавшись к любимому человеку, сплетя пальцы рук воедино, Уилл, наконец, забывая свои страхи, засыпает под тихое пение Ганнибала, ласково перебирающего мягкие курчавые волосы, и все кошмары отступают.