Prison

Несколько дней Джекс и Рэй гуляли по паркам, ходили в бары и кафе. Рэй рассказала ему очень много интересного о себе, в то время как Джекс рассказывал ей о клубе все больше и больше. — Слушай, — начала девушка, когда они сидели в парке у пруда, — не хочешь сегодня сгонять со мной на тусовку? — Почему бы и нет, — он пожал плечами. — Отлично, — Рэй захлопала в ладоши. — Тогда заедешь за мной сегодня в семь, окей? — Значит, эта твоя тусовка где-то за городом, да? — Ну-у, — протянула она, — увидишь. Джекс заехал за Рэй в семь, как и обещал. Но он не предполагал, что ее тусовка будет почти в двадцати километрах от города! — Куда мы вообще едем? — раздраженно спросил Джекс. Ему уже немного поднадоела эта поездка. — Увидишь, — послышался смех девушки. — И у того поворота выключи фары. И сверни туда. Джекс послушался ее — свернул на первом повороте, но фары не выключил. А что еще ему оставалось делать? Эта дорожка окружена деревьями, нет ни одного фонаря. Темно — хоть глаз выколи. — Фары выключи, дубина! — Рэй несильно стукнула Джекса по спине. — Или хочешь, чтоб полиция заметила? — Ох, не нравится мне все это, — вздохнул Джекс, но фары выключил. Спустя почти две минуты езды в темноте, оба одновременно заметили огонек между деревьями. Джекс добавил пару оборотов ручкой, увеличивая скорость, как они оказались на огромном пустыре, сплошь заполненном людьми. Многие танцевали, а некоторые сидели подальше от них, ближе к деревьям, на покрывалах и пили. Тут стояло несколько палаток, а чуть дальше, где была толпа народу, была сцена, где играла какая-то местная рок-группа. — Ставь байк и подтягивайся, — закричала Джексу девушка, убегая куда-то в толпу. Джекс оставил байк возле въезда и пошел в толпу. Ему, с одной стороны, нравилось здесь, но с другой — было как-то не по себе. Да, он любил такие вечеринки, но сейчас он тут никого не знал и поэтому чувствовал себя белой вороной. Поправив на плечах косуху, Джекс побрел искать Рэй. Он нашел ее спустя минут шесть-семь рядом с одной из палаток — там был небольшой стол для пикника и пару стульев, на одном из которых сидела Рэй. Рядом с ней сидели двое парней — один взрослый, лет так двадцать восемь — тридцать, а другой — молодой, наверняка такого же возраста как и Джекс. На столике стояла куча бутылок из-под пива и стаканов, валялись окурки и какая-то бумага. — Давай же, Рэй! — произнес парень постарше, по-дружески хлопнув девушку по плечу. Рэй тут же засмеялась, царапая чем-то по столу. Потом остановилась, будто разглядывая свою работу, и резко наклонилась, как показалось Джексу, что-то занюхивая с поверхности стола. — Рэй, ты чего?! — закричал Джекс, не понимая, что она творит. Девушка почти сразу же запрокинула голову назад, произнося что-то невнятное. Потом, похрустев суставами на пальцах, удивленно посмотрела на Джекса, приподняв одну бровь. Джекс заметил на кончике ее носа что-то темное. Что это? Явно не кровь. Тогда что? — Рэй, нос вытри, — произнес младший и взяв стакан пива со стола. — А-а, — протянула девушка, стирая указательным пальцем грязь с кончика носа, — спасибо. Джекс, ну ты чего стоишь? Присаживайся. — Джекс несмело присел, недоверчиво посматривая на этих двух парней. — Снафф будешь? — Что? — не понял он. — Табак нюхательный, — пробасил старший, отхлебывая пиво прямо из бутылки. — Пока нет, — Джекс отрицательно покачал головой. — Ну, как хочешь, — она пожала плечами. — Тогда, знакомься. Это Сэм, — она указала рукой на старшего, — а это Алан, — указала рукой на младшего. — Парни, знакомьтесь, — Джекс. Джекс пожал обоим руку. Что-то не нравились ему эти Алан и Сэм. Сам не зная зачем, Джекс стал разглядывать их. На Сэме была надета темная рубашка без рукавов, джинсовые шорты до колена, на шее висели пару цепей. На плечах, переходя на спину и грудь, красовались тату. В носу и губе блестели сережки, но что больше удивило Джекса, так это прическа Сэма. У него были выбриты виски, а оставшиеся волосы собраны в небольшой хвост. Алан значительно отличался от своего друга. Он был меньше Сэма, минимум, на голову. Он был одет в узкие джинсы и клетчатую рубашку. Волосы у него были длинные и прямые — челка закрывала половину лица. Джекс, сидя за столом, все время молчал, наблюдая за этими тремя. Они, поспорив на двадцать долларов, заставили Рэй выпить до дна бутылку пива, при этом держа ее только ртом. Джекс хотел было возразить, но Рэй оборвала его, сказав «Да не ссы», притянула новую бутылку к себе, открыла ее, обхватила горлышко губами и, запрокинув голову, начала жадно пить. Сэм и Алан подбадривали ее, крича «Давай же, Сэм! Ты сможешь!» и стуча кулаками по столу. Джекс, сам того не замечая, засмотрелся на то, как Рэй пила пиво. Засмотрелся на ее красивую шею. В голове сами по себе появились пошлые мысли, которые Джекс даже и не думал отгонять. Наконец Рэй поставила бутылку на стол, все также не дотрагиваясь до нее руками. Отпустив горлышко, она облизала губы и сказала: — Теперь я жду свои двадцать долларов, парни. Сэм, бурча что-то себе под нос, достал из кармана двадцатку и положил ее на стол. Девушка, довольно усмехнувшись, спрятала купюру себе в карман. — Ладно, вы тут сидите, мы пойдем прогуляемся, — произнес Алан и, встав из-за стола, потянул Сэма за собой. Тот заговорщицки подмигнул Рэй и поспешил за другом. Рэй пересела ближе к Джексу, потянув за собой две бутылки пива — одну для себя, другую для Джекса. Они уже выпили их, когда Джекс заметил, как Рэй достала из кармана маленький коробок. Пару минут крутила его в руках, потом как-то открыла и высыпала из него какой-то коричневый порошок на стол. Достала из кармана ту самую двадцатку, перемешала ею порошок и, свернув купюру в трубочку, спросила: — Точно не хочешь попробовать? Он безвредный, даже зависимость не вызывает. — Нет, — ответил Джекс. Девушка больше ничего ему не сказала. Она, наклонившись к столешнице и поднеся свернутую купюру к носу, с шумом вдохнула табак. Потом, сметя еле заметные остатки порошка со стола и спрятав двадцатку в карман, поудобнее села на стуле, закрыв глаза. Джекс надеялся до последнего, что с ней все хорошо, но надежда умерла, когда Рэй начала заваливаться ему на плечо. — Все в порядке? — зачем-то спросил он, тормоша девушку. Она начала вырубаться — конечно, все в порядке! — Да! Да! — она закивала головой, пытаясь подняться со стула. Ноги ее подгибались, но Джекс помог ей удержаться. Нетвердо держась на ногах, Рэй поплелась в сторону танцующей толпы. Он же решил остаться на своем месте и отсюда понаблюдать за девушкой. Не нравилось ему это. Не нравились ни тусовка, будь она проклята, ни табак, ни эти Сэм и Алан. Тут на глаза Джексу попалась Рэй, почти висящая на Сэме, который нагло лапал ее за зад. Когда они развернулись, став боком к Джексу, тот заметил, что Сэм еще и… лизал ей ухо. Черт возьми. Ну, это уже слишком. Поднявшись со своего места, он рванул к той парочке. Вырвав Рэй из объятий ничего не понимающего Сэма, Джекс повел девушку к тому столику. Усадив ее на стул, он присел рядом и стал пристально смотреть на нее. Рэй, устроившись поудобнее на стуле, снова достала ту злополучную коробочку. — Стоп. Хватит тебе этот дерьма, — произнес Джекс, сметая рукой со стола горку табака. — Ты… Ты что творишь?! — почти взвизгнула она, отталкивая свободной рукой Джекса подальше от себя. Она все-таки высыпала еще табака и, не мешая его, снюхала со стола, получив при этом подзатыльник от Джекса. Джекс вернулся на свое место и сложил руки на груди, почти что прожигая взглядом Рэй. Тут ему вспомнились ее слова о том, что этот табак безвреден. Ну-ну. Рэй, почти не мигая, тоже смотрела на него. Вдруг ее лицо изменилось, она закусила губу и, сложив руки на столе, уронила на них голову, то ли рыдая, то ли подергивая плечами в такт музыке. — Рэй, ты как? — Джексон наклонился к ней, положив руку на плечо. – Рэй? Ты в порядке? Она подняла голову, смотря в глаза Джексу. По ее лицу растеклась тушь и подводка. Рэй что-то неслышно шептала, часто и шумно дыша. — Ты, Джекс, — лепетала она, — ты… Лучше, чем все они. Джекс… Ты самый лучший. Я, Джекс, я… Люблю тебя, - и, обвив руками его шею, спрятала лицо у него на груди и зарыдала еще сильнее. — Ну, тише, — он успокаивающе гладил ее рукой по спине, — тише. Думаю, нам лучше уйти. И Джекс, придерживая за руки Рэй, поднялся со своего места. Они не прошли и трех метров, как Рэй отошла от него и, отступая назад, начала говорить: — Слушай, ты иди, а я… Мне надо отдохнуть. Голова что-то болит… Джекс, ты иди, — тут она споткнулась о свою же ногу и, не успев не за что схватиться, полетела в кусты. Джекс тут же полез поднимать ее. Таща Рэй к байку, Джекс думал о том, как все-таки ужасно алкоголь действует на девушек. Им дай только пива понюхать, а они уже пьянеют. Но в этом случае явно и табак сыграл свою роль, потому Рэй была вообще никакая. Боясь, что если он посадит девушку сзади, то она обязательно слетит с байка, Джексон усадил ее перед собой. Так ехать было не очень удобно, но иного выбора не было. Очевидно, ночной воздух отрезвляюще подействовал на Рэй. Она больше не заваливалась набок, а сидела прямо. Но, не доехав пару километров до Стоктона, она попросила остановиться. — Это срочно, Джекс, — просипела она. Как только Джексон остановился на обочине, Рэй помчалась к кустам. Хоть он и не смотрел на нее, но слышал, как ее выворачивало. Он бы и рад сейчас ей помочь, но не мог. Рэй подошла к нему минуты через две-три и обняла. Просто, без лишних слов взяла и обняла, уткнувшись носом куда-то между ключиц. Джекс одной рукой приобнял ее за талию, а вторую запустил в волосы. На улице было холодно, и Рэй казалась ему сейчас единственным теплым существом на планете. И эти ее карие глаза находились так близко и смотрели с такой нескрываемой нежностью, что он не выдержал. Он не устоял и, наклонив голову, поцеловал ее. Девушка отвечала ему, запустив руки ему под косуху, вычерчивая пальцами какие-то неведомы узоры. Он целовал Рэй долго, нежно, но настойчиво. Это был не первый поцелуй Джекса, но он готов был поклясться, что у него сносило от него крышу. — Больше никаких подобных балаганов, — прошептал он, разорвав поцелуй. — Не пущу. — Я бы больше обрадовалась, если бы ты сказал, что больше не пустишь меня в мою «тюрьму», — хмыкнула она. — Ну, сегодня я точно тебя никуда не пущу, — ответил парень, уткнувшись носом в макушку Рэй и вдыхая приятный запах ее шампуня. — Да неужели? — Да, - и, усадив ее на байк, повез в клуб. Ему было плевать на все. В клубе уже никого не было в это время, что, конечно, радовало Джекса — никто им не помешает. Бросив байк на парковке, они с трудом добрались до комнаты. Даже дверь в комнату за собой не закрыли — им было не до этого. Косуха Джекса и ветровка Рэй остались еще где-то возле бара, а, может, и на парковке. Стараясь не разрывать поцелуя, они стягивали друг с друга вещи. В то время как девушка стянула с себя белье, Джекс все еще стоял в джинсах. Но ему было плевать — он просто повалил девушку на кровать, продолжая покрывать ее шею поцелуями, изредка покусывая ее и оставляя тем самым темные отметины на ее коже. Так он ее метил. Она теперь принадлежит ему и только ему. Рэй, жадно принимая поцелуи, извивалась под Джексом. Когда же он потянулся к ее губам, намереваясь сорвать очередной поцелуй, она прикусила губу, игриво смотря ему в глаза. И он понял ее намек. Он резко вошел, и Рэй, выгибаясь под ним, закрыла глаза и томно застонала. Она не сдерживала себя. Ей было хорошо, очень хорошо. Он двигался быстро и жестко, рывками, входя до предела, а она, обвив его туловище ногами, хватала ртом воздух между поцелуями и царапала его спину. С тихих стонов она перешла на сдавленные крики, которые она глушила, уткнувшись в подушку и закусив ее зубами. — Не сдерживай себя. Кричи! — шептал Джекс, целуя ее в ухо и засасывая мочку. — Я хочу знать, что тебе хорошо. Расстояние между ними сошло на нет — они растворялись друг в друге. Пьянящая страсть витала в воздухе. От их горячих тел воздух в комнате становился тяжелым, влажным. В комнате было слишком жарко. Не спасали даже холодные простыни. Они быстрые. Они громкие. Они вместе. Рэй комкала под собой простыни, извивалась, постоянно повторяла имя Джекса, молила, чтобы он был быстрее, чтобы проникал глубже, и он слушался ее. — Не останавливайся, — шептала девушка, жадно глотая воздух. — Прошу, делай что угодно, только не останавливайся. — И не подумаю. Тут Рэй замолкла, и ее туловище до невозможности выгнулось, пальцы беспощадно терзали спину Джекса, оставляя на ней ярко-алые следы, а на лице застыл беззвучный стон. Мышцы девушки напрягались и сокращались, и вена отчетливо выступила на шее. Пара движений, и Джекс лежит рядом, вовремя успев вытащить. Он прижал Рэй к своей груди и гладил ее по волосам, нашептывая какие-то приятные слова на ухо. Она же, начав ерзать, повернула голову и поцеловала его, нагло смотря в глаза. — Спи, малыш, — полушепотом произнес Джекс, накрывая девушку одеялом. — А ты? — тихо спросила она, когда он встал с постели. — Я покурю. А ты спи.