Ну я же лучше собаки
24 декабря 2015 г., 01:22
— Я дома. У нас есть что-нибудь из еды? Умираю с голода, — Нишикава вышел в прихожую встретить басиста.
— С возвращением, — Таканори дождался, пока любовник разденется и поцеловал его, — тебе повезло, я приготовил ужин.
— Мой спаситель, — Хитоки улыбнулся и еще раз поцеловал вокалиста.
Меньше чем через час басист уже домывал посуду, а Нишикава сидел за столом, задумчиво листая один из фотобуков Куроюме.
— Чего это тебя вдруг потянуло на наши фото? — Хитоки посмотрел на любовника через плечо.
— Даже не знаю… Кажется, я вам немного завидую, — вокалист перелистнул очередную тяжелую страницу и остановился на развороте с Киехару. Определенно, Мори был просто создан для камеры.
— Завидуешь? С чего вдруг? — басист выключил воду и, вытерев руки, сел рядом с любовником.
— Понимаешь, вы были вместе. Сначала втроем, потом вдвоем. Мне кажется легче переносить неудачи, когда ты не один. И, даже когда руки совсем опускаются, заставляешь себя работать, выкладываться на полную, чтобы не подвести товарищей. Я же приехал в Токио совсем один. — Таканори положил голову на плечо любовнику, — может, поэтому до сих пор так ненавижу быть один.
— Теперь ты не один, — Хитоки обнял Нишикаву и поцеловал в волосы. Вокалист тихонько усмехнулся.
— Да, Уи-чан всегда будет со мной. — Хитоки ласково провел по волосам любовника.
— Не говори так, я же с тобой, — Таканори взял любовника за руку и переплел их пальцы.
— Сегодня ты со мной, но кто знает, что будет завтра? Хитоки, за мою жизнь у меня было много мужчин, ну, и женщины тоже были, — басист крепче прижал к себе любовника, внимательно слушая его, — это не потому, что я помешан на сексе или что-то типа того. Хотя я знаю, есть разные мнения на мой счет. Да, мне нравится заниматься сексом, нет смысла это отрицать, — Нишикава усмехнулся, — знаешь, кажется, я просто слишком легко влюбляюсь: стоит кому-то всего лишь проявить немного участия, и я таю. Конечно, такие отношения не могут длиться долго, пелена влюбленности спадает, начинаешь видеть недостатки партнера, и все… И тогда все, что у меня остается, это Уи-чан, тут никакой лирики, она собака, я ее хозяин, она полностью от меня зависит, ну, и моя работа впридачу.
— Зачем ты говоришь мне все это? — басист нахмурился — Ты хочешь сказать, что когда эта твоя «пелена влюбленности» спадет, мы тоже расстанемся?
— Нет, дело не в этом, — Нишикава уткнулся в шею любовника и заговорил тише, — я просто очень боюсь. Я люблю тебя, правда, очень тебя люблю. Я никогда не чувствовал себя настолько… морально зависимым от другого человека, и мне страшно, что когда мы расстанемся, рухнет вся моя жизнь.
Хитоки мягко отстранил от себя любовника и заставил посмотреть себе в лицо.
— Почему ты заранее думаешь о том, что будет, когда мы расстанемся? Почему ты вообще думаешь, что мы расстанемся? Разве нам плохо вместе. Или… ты не уверен во мне? — Нишикава ничего не ответил и подвинул фотобук ближе к любовнику, указывая на фотографию.
— Почему вы расстались?
— Так и не скажешь, много причин было … Это совсем другое дело, все уже в прошлом, — басист закрыл книгу и отодвинул от себя, — и прошу, не переводи тему.
— Я и не перевожу. Ты был с ним счастлив? — Нишикава вопросительно посмотрел на любовника.
— Какое-то время — очень… Така, к чему этот вопрос? — басист ласково погладил Таканори по щеке, — Мои отношения с Кие — это одно, но мы с тобой — это совсем другое. Я люблю тебя, постарайся довериться мне. Прошу, мой хороший.
Нишикава чуть улыбнулся и прикрыл глаза, стараясь справиться с эмоциями. Хитоки продолжил мягко гладить любимого по лицу и волосам, пытаясь успокоить и отогнать дурные мысли. Вокалист открыл глаза и обнял своего басиста двумя руками.
— Забудь, что я тут наговорил. Поцелуешь меня еще?
