Любовь или дружба ?

POV Марк Сам же решил поставить все на места, а сейчас даже не знаю с чего начать разговор. Очень умно, ничего не скажешь. Вроде бы всё решил, но слова не идут. Да и что говорить: «Вот понимаешь, влюбился я в тебя?! Обещаю холить и лелеять, дары любви преподносить, не обижать и вообще быть самым хорошим и преданным уебаном, только не посылай меня, иначе мне не жить». Идеально, не правда ли? Вот и подумал, что такой идиот нахрен никому не нужен. Лишь краем глаза взглянул на Чжинёна, понимаю, что зря я это сделал. Ведь держался, как мог. Кажется, скоро здравый смысл скажет мне: «Прощай!» и, послав всё, кинется к этому ребенку. Волнуется, вот и я волнуюсь, хотя чего уж кота за хвост тянуть. − Всё в порядке? Ты, не заболел? У тебя щёки красные, как пара спелых помидоров, и ты, кажется, вспотел, − пристально рассматривая, незаметно приблизился к нему. − Нет, я в порядке. Ты хотел поговорить, - ответил он и сглотнул. Его руки издергали все нитки на штанах. Чжинён никак не мог успокоиться, над верхней губой появилась испарина. − Нервничаешь? – спросил я, как ни в чем не бывало, пытаясь придти в себя. Чёрт, малыш, что же ты со мной делаешь? Не смотри на меня таким взглядом, будто я тебя обидел. Не закусывай губы так, что я готов сейчас же запрокинуть твою голову и впиться в тебя отчаянным, но таким долгожданным поцелуем. − Нет, немного… Хён, о чем ты хотел поговори… - он не успевает договорить, ибо мне срывает башню от его полного обиды взгляда и враждебного настроя. Не этого я хотел, не такого ждал. Да и как выразить то, что внутри. Признаться, просто сказать несколько слов и ждать своего приговора тоже не смогу. Прости. Мозг нормального, здравомыслящего человека окончательно отключился. Один поцелуй, всего лишь поцелуй. Мне, правда, большего не надо. Прежде, чем увижу презрение в твоих глазах, я должен ощутить твои губы своими. − Чжинён, - прошептал я. Он вздрогнул и посмотрел на меня. - Понимаю, что сейчас ты можешь меня послать, а перед этим возможно и по лицу проедешься, но я больше не могу сдерживаться, - и с этими словами приник к его губам. Сначала очень нежно, почти невесомо поцеловал в слегка приоткрытые губы, не агрессивно и не напористо, словно прикосновение лепестков роз. Я уже не мог остановиться и провёл языком по его губам, прося раскрыться, и когда он чуть приоткрыл ротик со стоном вошел внутрь. Его губы были мягкими и сладкими. Захватив губами его верхнюю губу и несколько раз слегка прикусив её, целуя, проделал то же самое и с нижней. Немного удивленно, но без сопротивления, скорее прислушиваясь к своим ощущениям, Чжиён начал отвечать, схватил меня за волосы и притянул ближе. Его прикусывания доставляли легкую, но такую сладкую боль. Руки малыша гладили мою спину, плавно спускаясь на бёдра, он словно дразнил меня этим. Как только его ладони оказались на внутренней стороне бедра, я прогнулся в спине, разорвав поцелуй. Боже, что же я наделал? Что же сейчас будет? Идиот! Не поднимая головы, я ждал своего приговора. Чжинён молчал, и мне было нечего сказать. Боясь, что немного опоздал со своими признаниями, я усмехнулся. − Я… - не зная с чего начать, произнес Чжинён. − Чай, кофе, сок или чего покрепче? – спросил и уставился на него вопросительным взглядом. Придурок! Нет, глобальный идиот. Вот это я выбрал просто идеальный момент для подобных реплик. У меня появилось желание провалиться сквозь землю… − Хён, ты просто нечто, - заржал Чжинён. − Я… - не зная, что сказать просто смотрел на него. А что тут скажешь, если это уже случилось. Просто смотрю, как моё чудо улыбается и совсем не пытается накостылять мне за всё хорошее. Я бы на его месте ударил, хотя бы для профилактики, пару раз. Но у меня всё ещё есть надежда на то, что всё обойдётся тихо, мирно и без кровопролития. - Ты даже не можешь себе представить, как я измучился из-за того, что мы совсем перестали общаться, - он тяжело вздохнул и, собравшись с мыслями, снова заговорил, - Я не знал как быть, чем тебе помочь. Я думал, ты начал меня презирать из-за того, что понял мои чувства. Я ведь даже сам не осознавал, что со мной происходит. − Прости, я не хотел тебя обидеть, - ответил я. Молодец, и это всё, что ты смог сказать, после его признания. Аплодисменты мне, - то есть я просто… как это сказать-то… забудь, то есть не забудь, забей… да блин. Люблю, в общем, вот… то есть люблю я тебя, вот и не знал, как признаться… теперь можешь бить, - я подставил щеку, чтобы ему было удобнее. Ну, придурок я, особенно когда влюблён. Котелок совсем не варит. Может после этого, всё утрясется, хоть нормально думать начну. Затем я почувствовал его теплые руки на своей шее. Мое дыхание тут же участилось, а внизу живота стало тяжело. Не давая времени придти в себя, он начал целовать в губы. Входя во вкус поцелуя, мы медленно то покусывали, то посасывали их, пока наши языки играли друг с другом. Но затем Чжинён отстранился, посмотрев мне в глаза, будто убеждаясь, что я его не оттолкну. Меня трясло от возбуждения и желания засадить в него свой член. Я стянул с него футболку и, кинув ее за спину, прильнул к его шее, лаская ее языком, немного посасывая тонкую кожу. Он медленно опустился на колени, целуя каждый миллиметр моей кожи. Медленно, словно дразня, начал расстегивать ширинку моих штанов. Я затрепетал от предвкушения, все моё тело горело в агонии. Несколько секунд и вот моя пульсирующая плоть, была уже в крепкой большой ладони малыша. Плавно двигая по ней рукой, Чжинён поцелуями спускался по торсу. В моей голове помутнело, мысли разбежались в разные стороны. Воздуха в легких не хватало, сердце выпрыгивало из груди. Часто дыша, я начал с силой толкаться в его кулак. Он спустился ещё ниже и начал медленно, мучительно медленно, полизывать головку моей плоти. Чжинён провел кончиком языка по уздечке, а руками массировал мои яички и начал постепенно вбирать член в свой горячий и мокрый рот. Оказывается мое чудо не такое уж и наивное, как я думал раньше. Я откинул голову назад и прикрыл глаза от удовольствия. Сжимая его волосы на затылке, с силой надавил на него, теряя терпение. Он не совсем уверенно, но постепенно начал водить головой, подстраиваясь под мои движения. Это было неописуемо, так хорошо, что я готов был кончить сразу в его сладкий ротик. Чжинён обхватил рукой мою плоть у основания, продолжая свои движения головой. Я сильнее сжал зубы, когда почувствовал, что уже на подходе. Готов был взорваться, но меня жестоко обломали. Он вынул член изо рта, и я застонал от разочарования, но тут же был прижат лицом к стене. В позе, вашу ж мать, рака?! Я охренел! Он начал резкими движениями избавляться от своих штанов, чтобы засадить в меня свой член. Я тяжело дышал, облизывая сухие губы, но от мягких поглаживаний, разомлел и расслабился. Как говориться: один раз, не пидорас или как там. Господи, что только в голову не лезет, когда тут такое творится. Я хотел его, и не мог ничего с этим поделать. Из коридора послышался шум и возня около двери. До меня только сейчас начало доходить, что мы тут не одни и что за стенкой остальные. Застыв, не зная, что делать и как быть, мы рывком поднимаемся и начинаем искать свою одежду. Во время поиска, чуть было не треснулись лбами. Чжинён, усмехаясь, натягивает на себя футболку. - Есть там кто? Нахрена вообще дверь запирать? – негодовал Ёнджэ, дёргая за ручку двери. – Да, блин, у кого теперь эти ключи искать, надо хёна позвать, - минуту постояв и ругая тех, кто умудрился запереть дверь, Ёнджэ пошёл к выходу. Я даже не заметил, что на время задержал дыхание. Шумно выдохнув, я взглянул на Чжинёна: он озорно улыбался и смотрел мне прямо в глаза. Медленно приближаясь к двери, тихо произнёс: - Хён, это ведь ещё только начало, - и весело подмигнув, быстро вышел за дверь.