Когда у тебя нет личной жизни

      Печальный лунный свет озарял шпили великого города магов, отражаясь бликами в окнах. Ни огня больше, все словно умерло в одно мгновение с наступлением этой ночи. Самой желанной ночи всего года, ибо именно она его заканчивала. Позади оставались все проблемы, все несчастья и все ссоры, а впереди ждали новые. Но об этом ведь было совершенно не обязательно помнить?       На краю большой платформы, чуть ниже витающего в воздухе города, сидели двое. Гоблин с двумя кинжалами, топорщащимися из-под куртки, и отрекшийся в светящихся белых одеждах жреца. Они уже давно находились тут, просто смотря вниз, на Лес Хрустальной Песни. На то, как гуляющие там сатиры и древни вновь устраивают драку. Этих-то предпраздничная апатия не касалась.       - Может пойдем убьем кого-нибудь? – гоблин, уставший от долгого молчания, повернул голову к своему напарнику. – А то что сидеть без дела?       - Да нет, мне уже идти надо будет скоро, - возразил тот. – Да и кого мы сейчас найдем?       И то верно. Кажется, во всем Азероте остались только они. Даже в оживленном и кипящем жизнью обычно Даларане не было ни души. Роннин не изрекал умных речей на площади, в клоаке не шли бесконечные бои, порталы стояли пустые. И выглядело это до того тоскливо, что даже закаленные нервы этих двоих не выдержали пустоты и одиночества. Поэтому-то они сейчас сидели за пределами города.       - Ну можно хотя бы попытаться. На поле боя там…       - Издеваешься? До утра простоим в очереди, причем в очереди из нас двоих и состоящей.       Гоблин понуро опустил голову, признавая, что все правда. Никто не хочет сражаться перед самым праздником. Ну или почти никто. А даже если бы кто-то и был, его лекарю все равно в скором времени нужно будет уходить. Смысла идти одному как-то не было.       - Арена?       - Да там одни гладиаторы, ты что, - отмахнулся отрекшийся. – Нас просто убьют, размажут по стенке и натянут на колья. Мне-то может и ничего, но тебе зачем такие мучения?       - Да какие гладиаторы в двойке?       - Те, у которых нет личной жизни, вестимо. Только такие и остались.       - Ну мы же тоже остались, - попытался поспорить гоблин. – А у нас личная жизнь есть.       - Моя личная жизнь – это ты, - отрекшийся улыбнулся, придвигаясь чуть ближе. – А твоя, рискну предположить, это я. Так что неудивительно.       - Ты прав, но…       - Слава! – Прервал его громкий крик. – К столу иди, а то мать тебе яйца оторвет и вместо салата подаст!       - А вот и пора мне, - хмыкнул отрекшейся. – Ну, я постараюсь вернуться как можно быстрее. Можно будет альтов качнуть, все равно ни арен, ни БГ, ни ПП, нихуя.       - Твоя матушка вообще знает, какими словами выражается её Лизонька? – гоблин ехидничал, стараясь скрыть свою печаль. – Или Лизонька для неё все еще белая и пушистая?       - Лучше бы ей не знать, - хихикнул Слава. – Ладно, Костян, я приду как смогу. Не скучай. И Веселого Праздника Зимнего Покрова!       - Тебе того же, - вздохнул Костя, когда скайп пиликнул на прощание и отключился.       На экране растворялся в воздухе костлявый профиль отрекшегося, успевшего на прощание послать ему воздушный поцелуй. Да уж, вот и вся личная жизнь, мать перемать. Какие-то воздушные поцелуи в онлайн-игре, редкие беседы с вебкой и бесконечное зависание в скайпе, которое все умаляло свою длительность с приближающимися праздниками. Но он не жаловался. Этого было почти достаточно.       В конце концов кто еще, кроме Славы, может одним своим смехом вызывать рой мурашек по всему телу. Кто еще сможет так задорно орать трехэтажным матом на РБГ? Кто еще будет ни капли не уставая летать по всему Азероту, выполняя лоулевельные задания просто для изучения лора? И кто последний раз говорил, что у него шикарный голос? Вот именно, что не было больше во всем мире такого человека.       Костя улыбнулся, почесывая короткостриженную голову и охнул от удивления, когда что-то запрыгнуло ему на колени. При ближайшем рассмотрении это оказалась Гарона, не так давно заведенная им кошка, еще совсем котенок. Она смерила хозяина мудрым понимающим взглядом и, улегшись на его коленях, тихонько замурлыкала, требуя ласки.       - Встречать Новый Год с кошкой, до чего дожил, - вздохнул Костя, поглаживая мягкую шерстку. – Что, тоже думаешь, что я неудачник?       Гара так не думала, о чем и поспешила сообщить хозяину, потершись о его ладонь.       - Как думаешь, может я не прав? – продолжил свой монолог мужчина. – Может стоило поехать к нему? Мы ведь не виделись ни разу вживую, только по скайпу. А так ведь хочется…       Он замолчал, заставив Гарону прекратить мурлычить и удивленно поднять взгляд. Хозяин сидел с закрытыми глазами, сжимая подлокотник стула. Морщины на его лице стали видны слишком отчетливо, показывая, что Костя уже давно не Костя, а полноправный Константин. Ему бы пойти работать, вместо того, чтобы пилить стримы и паровозить Архи ХМ, но тогда будет куда меньше времени для общения со Славой. Ведь у того все еще славная пора учебы, одиннадцатый класс, как никак.       И по всем правилам пора бы уже ему задуматься о ЕГЭ, о вступительных, хоть о чем-нибудь. Но нет, сидит целыми днями в скайпе с ним. На учебу почти забил, зато прогресс в ПВП налицо. К тому же, Костя сразу ему сказал, что если что пойдет не так, если дома узнают о не совсем традиционной ориентации, если экзамены завалит, если… да если что угодно, то он может просто приехать сюда. Квартира есть, заработка на двоих хватит, да и просто приятно будет просыпаться по утрам не одному.       В ответ на это Слава обычно просто смеялся, но, кажется, запомнил. Волноваться насчёт чего-либо вообще перестал. Единственное, что угнетало их обоих – невозможность увидеться. Костя много раз шутливо отказывался от предложений приехать, ссылаясь на занятость и отсутствие возможности, но на самом деле он просто… боялся. Боялся не какой-то длани правосудия, которая загребет за совращение несовершеннолетних, боялся далеко уезжать. Ему была невыносима сама мысль оставить родную квартиру, в которой теперь жила еще и Гарона.       - Почему, Гара? – он глянул на поведшую ухом кошку. – Почему я такой трус?       Она мяукнула, как бы говоря, что для неё он останется самым смелым человеком на земле.       - А может быть съездить?       Очередной согласный мявк.       - Да, ты права, надо, - он чуть подтолкнул кошку с колен, вставая. – Давно уже надо! Небо мне на голову не упадет и ладно.       Глотнув для храбрости коньяка прямо из бутылки, которую пил на протяжении всего вечера, он поморщился. Да, то что нужно. План казался все более реальным, ведь в Новом Году как раз самое то бежать в аэропорт, или на вокзал, или придется ехать на машине, всего-то часов двенадцать, да и не пьян он почти. Почти. Недостаточно пьян, чтобы куда-либо врезаться.       - Я попрошу соседку за тобой присмотреть, - он потрепал Гарону по голове. – Не скучай, скоро вернусь.       Она опять мяукнула вслед закрывающейся двери, но Костя её уже не слышал. Он не взял с собой ничего, кроме денег, ключей и мобильника. Даже зарядку забыл, но, благо, все зарядки сейчас были идентичны. Да ничего больше было и не нужно, кроме старенькой Волги, стоящей во дворе, ни поезда, ни самолеты, даже от полета на мантикоре он бы отказался. Зима все-таки, уши отвалятся через час полета. Да и не важно все это. Полсуток и он увидит Славу, сможет его потрогать…       Костю разобрал нервный смех. Потрогать. Смешно звучит даже, хорошо никто мыслей читать не умеет. Словно в ответ на это, зазвонил телефон.       - Да?       - Костян, куда пропал? – это был Слава. – Че на скайп не отвечаешь?       - Я не пропал, а очень даже появился.       - В смысле?       С одной стороны, Косте очень не хотелось портить сюрприз, а с другой, почему бы и не сказать?       - Решил в гости съездить, - туманно пояснил он.       - К кому?       - К тебе.       В трубке повисло молчание, а затем Слава каким-то хрипловатым голосом переспросил:       - Ко мне?       - Что-то не так? – у Кости сердце на несколько секунд замерло. – Если что, ты скажи, я еще даже машину не завел.       - Нет, - уверенно отозвался Слава, придя видимо к какому-то умозаключению. – Нет, все нормально. Я буду ждать, приезжай. И если что о гостинице не парься, поживешь у меня.       - А родители как же?       - Думаю, они будут не против. Я просто как раз сегодня решил рассказать им о… нас.       - И?       - И ничего. Удивились, конечно, но не больше. А Лизка так вообще заржала на всю комнату, а потом пообещала, что если станет лесбиянкой, то обязательно тоже им скажет, - Слава чуть нервно рассмеялся. – Они уже просили меня показать им своего… избранника. Но я сказал, что ты вряд ли приедешь. А теперь вон какая радость.       - Еду выкупать невесту, - расслаблено захохотал Костя. – Самое время для знакомства с родителями. Ладно, не фырчи, - оборвал он недовольное пыхтение в трубке, - я буду завтра вечером, может чуть раньше. Позвоню, как в город въеду, встретишь меня где-нибудь.       - Встречу, - даже в голосе чувствовалась улыбка. – Ладно, тогда пойду отсыпаться. И… я люблю тебя.       - Я тебя тоже люблю.       Разговор был закончен. Мотор мерно заурчал, что-то затрещало. Стоило бы перед долгой дорогой заехать в гараж, может быть выспаться и протрезветь, но Косте было пофиг. Главное, что он ехал туда, где его ждут.