***
Мо шипел, плевался, и если бы мог, матерился. Но строгий взгляд жены, мол, не смей разлагать морально нашу молодежь! не позволял в голос Волшебному языку высказывать свое недовольство миром. Ибо, этот несносный, эгоистичный, мерзкий, трусливый гад слинял! Позволил спуститься другу на чердак, захлопнул дверь и, перепрыгнув на соседнюю крышу, исчез в переплетении улиц! Куда он улепетнул, он не объяснил, когда вернется, тоже не сказал... А что им теперь делать? Переживать? ... А Больнорук между тем широкими прыжками опять несся к дворцу. Ему просто необходимо было снова увидеться с Огневкой. У него появилась Идея... Девушка сидела в одиночестве в тронном зале. Она сидела, словно сломанная кукла - голова лежит на груди, кисти рук безжизненно свисают с подлокотников. - Огневка, - тихо позвал Больнорук девушку. Она кое-как, медленно подняла голову, глянула сквозь него, по щеке прокатилась одинокая слеза, - я думаю, если убить Темного, чары падут. Рискнуть? Глаза девушки вспыхнули ужасом. "Ни в коем случае!!!" - Почему? - девушка опустила глаза к рукояти ножа Больнорука, - ты умрешь вместе с ним? Ресницы порхнули вверх-вниз, соглашаясь с Больноруком. Тот разъяренно зашипел. Ну ведь должен же быть хоть какой-то шанс снять ошейник с девушки! Огневка снова указала взглядом на нож, потом чуть приподняла голову, мучительно выгнула шею. По острой ключице заструилась капля крови. Больнорук поддался на эмоции, вышел из тени, бережно стер алую каплю. Девушка указала взглядом на нее. - Кровь? - взмах ресниц. Потом едва слышный рык, словно у какого-то дикого зверя, - чья-то кровь может помочь тебе? - снова взмах ресниц, легкая улыбка. "Какой он догадливый!". Неожиданно дверь резко распахнулась и в зал решительной, быстрой походкой вошел Темный Владыка. Спрятаться Больнорук уже не успевал...Глава двадцать пятая
9 января 2016 г., 18:54
Больнорук устроился на крыше, наблюдая за поднимающимся Солнцем. Мо тоже выбрался через чердак к другу и коснулся его плеча:
- Ты же передумал... Искать смерти? Ты... Загорелся?
- Я сказал, я потух. Зажечься я не могу, - но лицо Больнорука осталось спокойным, наоборот, он усмехнулся, - когда Эмми сказала, что я не смогу расстегнуть водяной ошейник, она немного просчиталась. Я не позволю себе погибнуть до тех пор, пока не сниму его. Я упрямый. До глупости.
- Ага, а еще эгоистичный, - шутливо откликнулся Мо. Больнорук фыркнул и кивнул.
- Злой, подлый, трусливый... Короче, сборник пороков. Я сниму ошейник с Огневки.
- Почему ты... Так относишься к ней?
Больнорук вздохнул и снова глянул на Солнце. По всему его телу прокатилась дрожь. Серые глаза казались прозрачными, как родниковая вода. Мо молча ждал ответа. Наконец, Больнорук шевельнулся и указал рукой на Солнце
- Видишь? Его иногда закрывают тучи, но ты не ругаешься за это на него. А если оно погаснет, разве не сделаешь ты все, что бы спасти его? Огневка стала моим Солнцем. Она обжигает, но без нее - никуда. Я не знаю, почему это происходит со мной, но она словно притягивает меня...
Он встряхнулся, резко встал, полностью обернулся к Мо, показывая, что хочет сменить тему для беседы.
- Аллерен... Тот, что вел наш цирк, где меня подбили, это он Темный Владыка?
- Да, - кивнул Волшебный язык, - Эмми сказала, что он необычайно хитер. Восседая на троне, как Темный владыка, он старательно гримируется. В цирке он появляется регулярно, и никто и заподозрить не может, что начальник немалелького, но не лучшего цирка, и Властелин Тьмы, как он называет себя - одно лицо. Аллерен дважды так избежал гибели - узнав о том, что его должны убить, он сбегал на гастроли со своим цирком, оставляя на троне загримированную "марионетку". Ее убивали, народу объявляли о гибели короля, и в тот момент, когда все уже начинали делить престол, из фонтана на площади появлялся "погибший", трубным гласом возвещая: "Я вернулся, дети мои!"
- Да, Эмми все просчитала... - закусывая губу, кивнул Больнорук. Неожиданно его лицо просветлело, - слу-у-ушай, а может, ты вычитаешь из книги Водяницу, и она заберет свое дурацкое колье?
- Не выйдет, - грустно мотнул головой Мо, - я пытался, но... Здесь чтение не работает. Ни у меня, ни у Мэгги. Мы бессильны.
Больнорук досадливо цокнул каблуком по черепице.
- Ладно, пошли в дом!