Я буду с тобой

Ухожу из гостиной, оставив тебя и ошарашенных друзей в недоумении. Захожу в спальню, громко хлопнув дверью, и раздраженно плюхаюсь на кровать. Слышу робкие шаги — это ты пошел следом за мной. Тихий скрип и ты стоишь возле кровати. — Прости меня… — шепотом произносишь ты. — За что? Ты ни в чем не виноват. — Это я толкнул тебя на этот путь. — Мне это нравится. — Даже вчера, когда я…? — начинаешь ты неуверенно. — Да. — мое утверждение шокирует тебя, — Давай я тебе расскажу, что я чувствую, а ты просто представь… — нежно шепчу тебе на ухо, вставая позади.

***

Наконец мы дома. Ты быстро срываешь с нас верхнюю одежду и бросаешь ее, обувь тоже теряется где-то в прихожей. С силой тащишь меня в спальню, мои ноги заплетаются, и я еле успеваю за тобой. Резко кидаешь меня на кровать. Я смотрю на тебе с недоверием, ты никогда не был таким со мной, ты не просто рассержен, ты зол, в твоих глазах плещется злость и море ревности. В этом конечно же вовсе не виноваты те глупые крашеные девицы, что липли ко мне. Ты нетерпеливо срываешь с меня всю одежду, но медленно снимаешь свою, как бы давая полюбоваться твоим телом, также медленно наклоняешься ко мне и целуешь. Глубоко, жадно и даже грубо. Это отличается от привычного тебя, но мне нравится. Я начинаю заводиться. Ты разрываешь поцелуй и переходишь к мочке уха, покусывая ее, дальше следуешь поцелуями по скуле. Я потихоньку плавлюсь от твоих ласк, но вдруг чувствую холод железа. Смотрю на тебя, на твоем лице ухмылка, а на моих запястьях наручники. Это начинает меня пугать. Твоя ухмылка превращается в маньячную улыбку, и ты выпускаешь своего зверя, что долго прятался глубоко внутри. Ты снова целуешь меня, но уже без доли нежности, больно, кусая до крови мои губы. Дальше медленно покусываниями спускаешься ниже. Шея, грудь, живот. Мне кажется, что завтра я буду весь в синяках. Но вот ты смягчаешься и спускаешься вниз живота, покрываешь его поцелуями-укусами. Я снова расслабляюсь, начинаю получать удовольствие, и хочется, чтобы ты опустился ниже. Но твои губы следуют мимо, по внешней стороне бедра. Ты понимаешь, чего я хочу, но специально не касаешься моего члена. Видя, что я разомлел, ты резко разводишь мои ноги, целуешь внутреннюю сторону бедра. Я ничего не понимаю, не знаю чего ждать от тебя в следующую секунду. Неожиданно для меня ты приставляешь головку своего члена к моему анусу. Я в шоке смотрю на тебя, в твоих глазах непонятный собственнический блеск, желание пометить свое. На моих глазах выступают слезы, когда ты резко входишь в меня, даешь совсем немного времени привыкнуть и начинаешь быстро двигаться. Наручники натерли мне руки, больно, еще больше боли скопилось в пояснице, меня как будто разрывает на части. Эта боль невыносима. Но больнее всего на сердце, ты его растоптал, уничтожил часть меня. Я уже не вижу твоего лица из-за застилающей пелены слез, кричу от боли, прошу остановиться. Ты, наконец-то услышав мои мольбы, останавливаешься и смотришь на меня, не веря в увиденное. В твоих глазах застывают слезы, когда до тебя доходит, что ты только что натворил. Через пару секунд ты начинаешь покрывать мое лицо поцелуями и повторять: «Прости меня, прости… Я не знаю, что на меня нашло». Твои извинения искренние, я вижу и понимаю, что сам виноват, когда позволил тем девицам лезть ко мне, зная, что ты у меня жуткий собственник и ревнуешь к каждому встречному. Я через острую боль закидываю свои, все еще в наручниках, руки, пытаясь обнять тебя, покрываю ласковыми поцелуями твое лицо в ответ. Ты отстраняешься только потому, что нам не хватает воздуха, склоняешь голову и я чувствую твое горячее сбитое дыхание у себя на шее. От этого по моему телу проносится табун мурашек. Продолжаешь вести дорожку поцелуев дальше вниз, извиняясь, зализываешь ранее оставленные укусы. Мое тело выгибает от удовольствия, получаемого от твоих игривых покусываний моих сосков. Это просто невероятно. Я хочу тебя. Сейчас ты нежен как никогда. Слышу звук открываемой крышки и вскоре ощущаю твои холодные от смазки пальцы у своей дырочки. Ты ласково сначала обходишь ее, затем вводишь первый палец — ощущаю лишь дискомфорт. Со вторым пальцем приходит легкая боль. Я терплю пока ты разводишь пальцы в виде ножниц. Вскоре боль утихает, ты добавляешь третий палец и нащупываешь простату. Меня охватывает волна наслаждения, ты это видишь и медленно входишь в меня, давая привыкнуть. Я слегка двигаю бедрами, ты понимаешь меня и начинаешь двигаться. Как сквозь вату слышу звук расстегивающихся наручников, и теперь свободными руками крепко обнимаю тебя за шею. Видя мою отдачу, ты сильнее вколачиваешься в меня. Я на грани, но ты не даешь притронуться к себе, хочешь кончить вместе. Мои стоны становятся все громче, твои движения все быстрее. Издав последний самый громкий стон, я кончаю себе на живот, не прикасаясь, ты почувствовав мою узость, глубоко в меня. И мне нравится это теплое чувство. Твое «Я люблю тебя» ласкает мой слух, а губы сами расползаются в счастливой улыбке.

***

— Это все правда? То, что ты мне сейчас рассказал? — сидишь смущенный и покрасневший. Это так мило. — Да. Если бы мне было неприятно, то я б не делал этого. Не простил бы той боли, что ты мне причинил, не стонал бы под тобой как течная сучка, не шептал после о том, как сильно я люблю тебя, не плюнул на друзей, которые считают нас неадекватными. Мне все равно, что они там думают, сидя на диване в гостиной. Я буду с тобой несмотря ни на что. Я безумно люблю тебя.