A Christmas Carol Berlin Style - Рождественская песнь по-берлински

Три дня назад... - Нет! Я же сказал - не сегодня! - раздраженно огрызнулся я. - Но мы же с Вами договаривались на сегодняшний вечер. Герр Каулитц, Вы нам очень нужны, - взывал женский голос на другом конце. - Вы так хорошо нам все оформили в прошлом году, что даже не знаем, как справиться без Вас. - Я же не единственный дизайнер в городе. Если будет возможность, то я сам Вам перезвоню через пару дней! - отрезал я. Я сбросил вызов, не попрощавшись, и швырнул сотовый на свой рабочий стол. Я сидел минут пять и смотрел на аппарат, словно на бомбу замедленного действия, не зная, когда телефон взорвется очередным звонком. Но догадывался, что не пройдет и пары минут, как еще один обезумевший клиент начнет домогаться до меня со своим нытьем. Чтобы отсрочить неизбежное, я решил сам занять линию. Так и так нужно было позвонить в офис доктора Шварца и подтвердить сегодняшнюю запись на прием. Я схватил телефон, чтобы успеть набрать номер до того, как он снова задребезжит. - Приемная доктора Шварца, - милый голос девушки раздался в трубке. Боже, ну хоть кто-то не требует сегодня от меня невыполнимого. - Добрый день. Меня зовут Билл Каулитц. Я звоню подтвердить, что приду сегодня на прием в три часа. - Хорошо, Герр Каулитц. Я пометила для доктора Шварца, что Вы подойдете. - Спасибо. - С наступающими Вас праздниками! - также мило сказала девушка. - И Вас, - коротко и безэмоционально ответил я. Совершенно не было никакого праздничного настроения. В конце концов, Рождество просто еще один день на календаре. Я поднял трубку стационарного телефона и рявкнул одно единственное слово: - Чаю! Через пару минут в кабинет просеменила моя секретарша - Брунхильда, худая, но при этом грудастая блондинка. И кто только в наши дни так детей называет? Господи, даже имя секретарши меня раздражает. Брунхильда услужливо поставила чай передо мной вместе с тарелочкой печенья и, заглядывая мне в глаза, спросила: - Вам еще что-нибудь нужно? Как всегда глазки строит и сует свои сиськи мне под нос. Нет, я, конечно, не гей. Я - би. Но все же. В рабочей обстановке?! Неужели по мне еще не понятно, что я ею не интересуюсь, по крайней мере, потому, что я не свободен. И все об этом знают. Тем более моя секретарша, которая работает со мной второй год. - Нет, - резко ответил я. Брунхильда, наконец, соизволила убрать свою грудь из-под моего носа и покинуть кабинет. Я сделал глоток чаю и обжег язык. Блядь! Я недовольно плюхнул чашку обратно на блюдечко, от чего чай немного расплескался. Неужели нельзя было правильно подать сраный чай?! Неужели все сегодня должно быть через жопу?! Со вздохом я откинулся в кожаном кресле, и глаза невольно зацепились за открытое на мониторе компьютера письмо от Лудо. И именно так и только так он соизволил сообщить мне за полторы недели до Рождества, что он, как и в прошлом году, снова не приедет на праздники. Даже не мог позвонить. Уже неделю не звонил, а вот теперь еще и "радостное" письмо прислал. В этом году Австрия никак не сможет пережить праздники без Лудо Лехнера. Иначе, наверное, произойдет конец света. А я ему звонить не собираюсь. Обойдется. Я сделал еще одну попытку попить чаю. Слава богу, что он уже успел подостыть. Я откусил печенье, но это было, словно я засунул себе в рот горсть песка. Сухая и безвкусная гадость. Аппетит в последнее время ни к черту. Только я успел позабыть про сотовый, как он снова зазвонил, точнее завибрировал. Звук я на нем отключил еще пару недель назад, иначе бы трубка давно оказалась под колесами какой-нибудь проезжающей мимо машины, запущенная прямо через окно с высоты десятого этажа. - Да... - громко выдохнул я в аппарат. - Герр Каулитц, это Виктория Прайер. Вы, наверняка, меня узнали, - сама любезность. - Нет. Господи, как же хочется ее послать куда подальше! Без десяти три я выбросил бычок в окно и припарковал свой Мерседес рядом с клиникой психотерапевта доктора Шварца. Вибрацию на сотовом я тоже выключил, как только вышел из своего кабинета. Мне нужно было хоть немного прийти в себя. Иначе добрый доктор Шварц посмотрит на меня и, сразу же, поняв как все плохо, упечет в психушку на праздники. С другой стороны, какая разница? Я же их все равно не отмечаю. Я поставил машину на сигнализацию, прошел к входной двери клиники и зашел внутрь. Интерьер был светлый, уютный, не похожий на больницу. Явно доктор Шварц позаботился о том, чтобы его пациенты сразу со входа в учреждение начинали хоть немного расслабляться. Сообщив на ресепшн, что я пришел, мне было велено посидеть и подождать пару минут, пока врач заканчивал с предыдущим пациентом. Так я и сделал. А что еще было делать? Не открывать же дверь в кабинет ногой. Я сидел, склонившись над своими начищенными до блеска черными ботинками от Yves Saint Laurent и, не моргая, пялился на них. - Герр Каулитц, доктор Шварц готов Вас сейчас принять, - раздался звонкий голос девушки с ресепшн. Я с некоторой опаской прошел в кабинет, где уже в дверях меня встречал врач. Он был в возрасте - седоватый, но не очень старый, может лет шестидесяти, и на полголовы ниже меня ростом. - Добрый день, - поприветствовал он меня таким тоном, что я только от этого сразу начал чувствовать себя немного комфортней. - Добрый день, доктор Шварц, - кивнул я ему в ответ. - Зовите меня просто Бернхард. - Хорошо. - Присаживайтесь, - указал он рукой на неопределенное место внутри кабинета. - Куда? - В комнате кроме кресла, стоящего за рабочим столом, которое явно принадлежало врачу, был небольшой диван и еще два мягких кресла, стоявших под углом девяносто градусов друг к другу. - Куда Вам будет удобней. Я выбрал одно из кресел. Доктор Шварц... Бернхард сел в другое и повернулся немного в мою сторону. У психотерапевта я был впервые в жизни. Так что мне все это было как-то непривычно и немного неудобно рассказывать про свои проблемы и переживания постороннему человеку. Я не знал с чего начать. Думаю, доктор сам подскажет мне своими наводящими вопросами. Он положил ногу на ногу и обхватил колени сомкнутыми в замок руками. Я почувствовал, как у меня во рту пересохло. - Скажите, как Вам удобней, чтобы я к Вам обращался? - спросил он. Не раздумывая, я ответил: - Билл. И, пожалуйста, если это, конечно, уместно, обращайтесь ко мне на "ты". - Все эти реверансы и "Герры Каулитцы" и бесконечные "Вы" звенели у меня в голове круглыми сутками. Хотелось, чтобы было все просто, как когда-то раньше. В том времени, которое я уже, кажется, не помнил. - Билл, сегодня у нас с тобой будет ознакомительная беседа. Ты мне расскажешь о том, что тебя беспокоит, и мы вместе подумаем, как решить стоящую перед нами задачу. Хорошо? Нет, реально, от интонации этого человека становилось так хорошо на душе, что уже в тот момент я не хотел покидать этого кабинета. - Хорошо. - Тогда я тебя слушаю. - С чего мне лучше начать? - С чего сам решишь. С того, как тебе кажется правильным. - Доктор Шварц поерзал в кресле и, сменив позу, сказал: - Пойми, Билл, в этом кабинете ты не можешь сделать неправильно, здесь нет ошибок. Я подался вперед и облокотился предплечьями о колени, снова рассматривая мои ботинки. С чего начать? - Мне очень плохо в последнее время. - Ага. Расскажи, что ты подразумеваешь под этим словом "плохо", - доктор Шварц, так же как я, облокотился о колени. - Меня все раздражает, бесит, я бы даже сказал. Я на всех срываюсь, всем недоволен. - Положив ладонь себе на грудь, я добавил: - Ничего не радует. Наверное, я устал. - Я потер лицо ладонями. - Такое в жизни бывает. Это нормально, - успокаивал меня Бернхард. Но для меня это было ненормально. Даже когда я жил в скучном Лойтше, где в школе меня третировали одноклассники и, если бы не Том, прибили бы еще за долго до того, как я успел ее окончить, я не чувствовал себя так отвратительно. И все три года, что я прожил в Берлине... - Для меня это непривычно. - А как ты себя обычно чувствуешь? - Нормальным я для себя считаю то, когда я радуюсь работе, чувствую себя уверенным в себе, обеспеченным, энергичным, полным энтузиазма, востребованным клиентами. - Билл, ты сказал "востребованным клиентами". Как ты считаешь? Это твоя единственная потребность в общении? Берни задел за живое. - Нет. У меня есть молодой человек. - Как его зовут? - Лудо, - вопросительно ответил я, будто спрашивая доктора какая ему до этого разница. - И как бы ты описал твои отношения с Лудо? Я сидел, глядя на свои сплетенные пальцы, подвешенные над пропастью между моих колен. Я не знал что ответить. Я как-то сам не задавался этим вопросом. Не думал о том, что я чувствую. - Никак, - выдал я через минуту. - То есть? - Просто, если подумать, то они как бы и не существуют. Лудо уже второй год постоянно разъезжает по командировкам по Европе, бывает дома несколько дней в месяц. Вот, к примеру, в этому году, также как и в прошлом, он даже не приедет на праздники. Хотя мог бы. - Твои ощущения по этому поводу... - подталкивал меня к разговору Бернхард. - Если убрать из жизни всю мишуру вроде работы, убрать звонки клиентов, то в моей жизни ничего нет и никого. Пустота. Вакуум. Знаете, это как будто я задержал дыхание, чтобы мне не думалось обо всем негативе в личной жизни. Кажется, что если я не буду дышать, то все пройдет само собой. Если я не буду замечать проблемы, то их как будто бы и не существует. Так кажется не так больно, что близкому человеку нет до тебя дела. Понимаете о чем я? - Да, - кивнул Бернхард. - Даже когда Лудо приезжает, все как-то не так, как было раньше, когда мы веселились, общались, ходили куда-то вместе - в ресторан, в клуб или просто прогуляться. В магазин за продуктами ездили, в конце концов. А сейчас я даже не знаю о чем с ним говорить. Наверное, и он не знает. Он мне раньше звонил каждый день, а потом все реже и реже, теперь вот уже неделями от него могу не слышать. Кажется, что если бы он не приезжал вовсе, ничего бы не изменилось. Меня понесло. Дамбу прорвало и то, что накопилось за ней, бурным потоком вырвалось наружу. Я выпалил все это на одном дыхании. - Я всегда один: утром, когда просыпаюсь, вечером, когда я ложусь спать, в выходные тоже. Мне даже не хочется выходить на улицу, я практически перестал это делать. Я только в машину запрыгиваю и езжу по работе и все. Улица на меня давит. Все вокруг враждебное. Кажется, как будто люди косятся на меня, замечая, что я одинокий лузер, и мне не с кем провести время, что я никому не нужен. Я не вижу вокруг ничего. Все серое, безликое, я не замечаю красоты в окружающих меня вещах, хотя раньше такого со мной не было. Не чувствую, что скоро праздники. Я будто пробегаю мимо всего внутри какого-то темного туннеля. Я закончил и поднял взгляд на Бернхарда. - Билл, а ты не пробовал побеседовать с твоим молодым человеком, серьезно поговорить, о том, что тебя не устраивает в ваших отношениях и какими бы ты хотел их видеть? - А когда? - усмехнулся я. - Его же никогда не бывает. - Ну, ты же сказал, что он приезжает хотя бы на несколько дней в месяц. - Да, но... - выдохнул я и откинулся к спинке кресла. - Так не хочется омрачать разборками то короткое время, что у нас есть вдвоем, - сказал я, глядя в потолок. Но я не сказал, что боюсь все разрушить и остаться совсем один, даже без виртуального Лудо. - Я тебя могу понять. Но ты же сам сказал, что вам поговорить не о чем. А тут тебе хорошая тема для обсуждения. - Берни вздохнул. - Моя рекомендация тебе, все же сделать над собой усилие и обсудить то, что тебя беспокоит с Лудо при следующей возможности. Потому что иначе ты просто заталкиваешь проблемы еще глубже в себя, и они сказываются на твоем настроении, самочувствии. И, вероятно, что кроме простой усталости и стресса, на тебя давит еще и эта ситуация. Давит изнутри и будет продолжать давить, пока ты не взорвешься. Это я тебе могу гарантировать. - Также я бы тебе рекомендовал взять отпуск, отдохнуть от работы, уехать из города. И лучше бы даже ты это сделал без Лудо, чтобы тебе разобраться в том, как ты себя ощущаешь без него в новой обстановке. - Угу, - только промычал я. Мне было страшно. Страшно заводить с Лудо разговор, после которого мы, скорее всего, расстанемся. Я это чувствовал. Ведь нас, действительно, больше ничего не связывало, кроме квартиры, в которой мы жили вместе. "Нет, и там я живу один," - поправил я себя. - Мы с тобой договоримся следующим образом... - доктор Шварц что-то накарябал на бумажке, прикрепленной к его планшету. - Вот тебе, отдашь на ресепшн, чтобы Анна тебя записала на после Нового года. К тому моменту, даже если ты не поговоришь с Лудо, подумай об этом основательно и скажешь мне, что решил. Хорошо? - он очень убедительно посмотрел на меня, приподняв брови. - Ладно, - тихо сказал я и взял протянутую мне бумажку. - И еще... - доктор встал с места и, обойдя свой стол, сел за него. Я тоже встал с места и пересел на стул, стоящий перед письменным столом. Берни порылся в ящике и достал оттуда стопку маленьких бумажек. Он что-то написал на одной и протянул мне. - Я тебе выписал препарат. Он успокоительный. Но не очень сильный - без рецепта. Думаю, этого нам с тобой пока будет достаточно. На следующем приеме расскажешь мне про эффект. - Хорошо, - я взял и эту бумажку. - Тогда до следующего раза, - Бернхард вежливо улыбнулся и проводил меня к выходу из кабинета. - Хорошего дня! - сказал он мне. - С наступающими праздниками! - И Вас тоже с праздниками! - ответил я и даже как-то немного поверил в свою искренность.