Battle

I will battle for the sun 'Cause I have stared down the barrel of a gun No fun you are a cheap and nasty fake And I am the bones you couldn't break Placebo — Battle for the sun*

В пустой комнате только вы — ты и он. А ещё задание — общее, но вы, к великому сожалению, не напарники. Не в этот раз. Он кажется несколько удивлённым и растерянными, но это не мешает ему уверенно сжимать пистолет в пальцах. Ты, в общем, не испытываешь по этому поводу никаких чувств. — Локи, — обманчиво-мягко и бархатисто звучит его голос. — Давай решим всё спокойно. Я заберу документы и уйду. Ты только направляешь оружие ему в грудь. Молча, яростно сверкнув глухими, мёртвыми глазами. — Нет? Ну ладно. Он убирает пистолет с предохранителя. Щелчок непомерно громкий. В твоём сознании он производит эффект тикающей бомбы. Вот-вот рванёт, если не обезвредить. Все ваши препятствия — общая нерешительность да длинный стол. Лучшие из лучших, как для организаций-работодателей и друг для друга. Забавно, правда? Он скажет, что нет, а ты готов расхохотаться от стечения обстоятельств. Стычка ваших глаз страшнее, чем нацеленные друг на друга дула пистолетов. Ты так любил целовать его шею когда-то… А сейчас с неменьшим удовольствием пустишь из неё ярко-алый фонтан липкой крови. Так, чтоб залила это стол, противный густой ковёр, его белоснежную футболку и эти документы. Чтоб они взорвались в руках у начальства. Его глаза — цвет тёмного, насыщенного шоколада, разбавленный лёгкой, тёплой золотинкой. И эмоции. Ты любишь его эмоции — у него они яркие, рвущиеся наружу, как стая диких птиц из клеток. У тебя эмоций нет вообще. Даже когда ты стреляешь ему в грудь, твои глаза всё так же пусты и холодны, как драгоценные камни. Вроде изумрудов на твоих запонках. Ты обходишь стол, не опуская пистолета. — Мёртв, — сухо констатируешь ты пустоте, глядя в его остекленевшие, теперь такие же пустые, как и твои глаза. Контрольный в голову и последний поцелуй, сорванный с неостывших губ его трупа. Ты подхватываешь документы. Ты только что убил своего любовника, а тебе ни горячо, ни холодно. — Прости, Тони, — дежурно. — Работа такая. «…My killer, my lover…**» — проноситься в голове строчка какой-то песни и ты ухмыляешься. Не зря ты — лучший из лучших. Сильнейший из всех. Как выяснилось — даже сильнее несгибаемого Энтони Старка, по прозвищу «Железный Человек». Ты прикрываешь дверь и спускаешься к чёрному входу. Ты уже знаешь, что через несколько минут кабинет будет девственно-чист.