Hurt

Прим. автора: Дорогие читатели! Огромное спасибо всем, кто так невероятно долго ждал возвращения моего вдохновения! Они не знают, сколько времени лежат вот так, крепко обнявшись – минут пять, десять, полчаса? Рэй постепенно перестает шмыгать носом и заливать теплое плечо Кайло своими слезами, но все еще не пытается отодвинуться от него, замерев и боясь лишний раз вздрогнуть, чтобы не разрушить момент. То, что она ощущает, невозможно передать словами. Сложно даже понять, чьи именно это эмоции, ее или Кайло? Или их обоих? Хотя не так уж это и важно. Главное – ощущение переполняющего счастья, которое разливается по телам, как теплая вода по сосудам. Мужчина силится вспомнить, когда в последний раз чувствовал хотя бы что-то относительно похожее, и никак не может. В голову приходят какие-то очень далекие воспоминания о детстве, но они такие размытые, что увидеть четкую «картинку» невозможно. И слышит, что и Рэй не может. У нее были очаровательные всплески простых мимолетных радостей вроде наесться до отвала двумя пайками сразу или найти что-то интересное на старом кладбище кораблей, но это ни в какое сравнение не идет с тем, что они испытывают сейчас. Неужели так бывает? «Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя»,- то ли слышит, то ли чувствует Кайло и смеется, ласково поглаживая затылок Рэй. Она ведь даже не подозревает, как отчетливо звучат ее собственные чувства где-то у него внутри. Может, она даже не понимает, что это вообще такое. Мужчина проводит по ее спине широкой ладонью, натягивая на худое девичье тело одеяло, и продолжает негромко смеяться, ощущая ее недоумение. - Я люблю тебя,- звучит его голос, окончательно разрушая мирную тишину. Ему почему-то нравится произносить это вслух, хотя в этом теперь нет никакой нужды. И Рэй это неожиданно смущает, так что она молчит, прижимаясь своим ухом к его шее. - Я подумал о том, как сильно мы похожи, еще в тот день на Старкиллере… А ты заметила это только сейчас,- продолжает говорить мужчина, и его голос то и дело звенит от смеха, хотя нет ничего забавного в том, о чем он говорит. Рэй чувствует острый укол совести за то, что так долго оставалась слепа к, казалось бы, очевидным чувствам Кайло, заставляя его мучиться в одиночестве, и крепче утыкается в его плечо. Ей стыдно за то, что она подозревала магистра во всех грехах земных и была к нему так несправедлива, в то время как он всего лишь хотел поделиться с ней этим поразительным чувством. Как тщательно он оберегал ее, боясь торопить события, и искренне верил, что когда-нибудь она заметит. Пойми она это чуть раньше, им обоим удалось бы избежать столько дурацких недоразумений и боли, которую они так старательно друг другу причиняли. Но ущемленная гордость Рэй не дает ей возможности просто и прямо извиниться. - Ты хоть представляешь, как я была тогда напугана, Вейдер тебя подери?- тихо бурчит она ему в плечо, когда все внутри нее хочет попросить прощения. Следом она чувствует поцелуй на своем затылке. - Да,- коротко отвечает он, и Рэй окатывает волна его сожаления.- Мы оба сделали много всего, чего не следовало. Но все так, как должно быть. Теперь едва слышно смеется девушка, и ее тело легко подрагивает в руках Кайло. Потом она чуть двигается, чтобы размять затекшие ноги, и страдальчески охает – хоть и не крепкая, но саднящая боль у бедер дает о себе знать, и в голову Рэй тут же врывается ураган мыслей всполошившегося рыцаря. «Ей больно?!», «О-о-ох, еще как больно!», «Но я же…», «Придурок! Как бешеный вуки взял и…» Тихий смех Рэй превращается в хохот, в то время как лицо Кайло приобретает насыщенный бордовый цвет. - У этой Связи определенно есть свои минусы,- смущенно отзывается магистр, бережно переворачивая Рэй на спину и мягко поглаживая ее бедро,- Если тебе станет легче, ты можешь меня пнуть. - Не станет. У меня как раз от движения ногами все и болит,- ехидно замечает девушка и тут же заливается громким смехом, видя искренние мучения на лице Кайло.- О, да брось. Я не развалюсь от такой ерунды! Похоже, он все-таки думает, что развалится, потому что торопливо лезет в прикроватную тумбочку, нашептывая о какой-то лечебной мази. Это кажется Рэй и забавным, и милым, и чуточку раздражающим (потому что кто тут леди Рэн, в конце концов?!), так что она тут же тянет магистра обратно в постель и целует его, обнимая за шею. Первые пару секунд растерявшийся Кайло еще думает о мази, а потом без возражений залезает обратно под одеяло. «Кто бы мог подумать, что вот такой нехитрый прием может тебя надолго обезвредить»,- весело думает Рэй, разглаживая черные завитки волос мужчины и попутно восхищаясь тем, какая же у него удивительная шевелюра. «Ненадолго, не надейся. Надолго нужно что-то посущественнее»,- мысленно отвечает Кайло в тон ей и целует в ямочку у ключицы, смыкая большие теплые ладони на ее талии. Они молчат, продолжая погружаться в чувства и ощущения друг друга, и Рэй постепенно заглядывает куда глубже, чем думала, что могла. Ей как маленькому ребенку интересно узнать Кайло гораздо лучше, потому что даже на поверхности она увидела столько всего, о чем даже не подозревала. Сознание леди Рэн скользит где-то внутри «грудной клетки» рыцаря – так девушка в шутку называет это очень большое и глубокое пространство, где, будто в потайной шкатулке, прячется так много его чувств. «Какой же он чистый»,- первое, о чем думает Рэй, разглядывая «изнанку» Кайло. Его любовь настолько искренняя, что ей даже не верится, что он, магистр рыцарей Рэн, может такой обладать. Разве не должен был он поддаться силе Темной Стороны? Погрузиться в пучину своих желаний, превратить свою любовь в извращенное чувство обладания и принудить ее, Рэй, принадлежать ему? О да, он едва не сломал ее, это чистая правда, но теперь она видела всю глубину его чувства и озадаченно понимала, что не может винить его за его поступки. Кайло просто не мог добровольно заставить ее страдать. Было тут что-то еще, какая-то неизвестная ей тайна, которую ей предстояло раскрыть, потому что даже при всем желании она не могла найти внутри рыцаря червоточины. Даже тот железный комок одиночества и внутренней злости не был способен затемнить его истинную сущность. Он был чист, как прозрачный сосуд, наполненный родниковой водой. А ведь она, эта самая червоточина, просто должна была в нем быть и терзать магистра, как огромный нарыв. Он был правой рукой Сноука! Он без зазрения совести убил всех учеников Люка, жителей Туанула, своего собственного отца, в конце концов! Не говоря уже о всех тех злодеяниях, о которых Рэй попросту не знала. Нет, все это не могло не оставить на рыцаре отпечатка, и его душа никак не могла оставаться такой чистой. Все то же любопытство снова взыграло в ней, и девушке захотелось проникнуть в ту часть Кайло, в которой он и хранил всю боль воспоминаний, но леди немедленно себя одернула. «Не лезь туда. Это не твое право. Не сейчас». И хотя она окончательно запуталась, Рэй была тверда в своем решении: пусть она любит Кайло, каждый человек имеет право оставлять что-то сокровенное только для себя самого, и его болезненные воспоминания определенно были частью этого «чего-то». Кстати… так она все-таки его любит? Прежде, чем эта мысль успела ее огорошить, девушка вдруг почувствовала, что ладони мужчины мягко и капельку требовательно сжимаются вокруг ее плеч. Вынырнув из глубины его ощущений и с невыразимым смущением покосившись на Кайло, Рэй внезапно натолкнулась на такой же стесненный взгляд, как будто магистр занимался тем же, что и она. Рэн весь покраснел до корней волос, вызывая у девушки маленький смешок. - Ты… потрясающая. И зарылся носом в ее растрепанные вьющиеся волосы, чтобы не дать ей повода опять над ним похихикать. Но Рэй, кажется, вообще ничего не поняла, удивленно погладив его по торсу и чувствуя, как расслабляются под ее пальцами его мышцы. - То есть? - Ты ничего не почувствовала? Теперь изумленным звучал голос Кайло, и Рэй на минуту отклонилась от него, чтобы увидеть его озадаченное лицо. Магистр все еще выглядел слегка красным, и в этот раз вместо смеха он вызывал у девушки прилив необычайной нежности: повинуясь порыву, она приблизилась к нему и ласково поцеловала в этот его крупный с горбинкой нос, сейчас вызывавший у нее самые мягкие и теплые чувства. Румяный и горячий от стыда Кайло начинал здорово напоминать провинившегося перед любимой учительницей мальчишку. - А что я должна была почувствовать? - Ну, я был… я был внутри тебя,- несмело пробормотал рыцарь и, завидев ехидный взгляд Рэй, собирающей сказать что-то вроде «О да, уж это то я почувствовала», тут же добавил,- Ментально! Понимаешь? А ты ничего не почувствовала. Должно быть, он сравнивал это с Пыткой Разума, которая действительно сводила с ума от боли, но ведь Связь между ними наверняка не имела с этим вообще ничего общего. Теперь они как будто вдвоем делили огромное пространство, наполненное чем-то вроде их собственного существа, самой их сути, которая была открыта для каждого из них. Рэй могла заглянуть внутрь Кайло, а он внутрь нее, и их сознание этому не противилось – оно, похоже, даже не считало нужным дать хозяину знать, что кто-то другой вторгается в его мысли чувства. Хотя «вторгается» - неправильное слово. Впускает. Добровольно и даже с охотой. Кайло наверняка пришел к тем же самым заключениям, потому что постепенно его смущение прошло, как и волнение. Рэй же было страшно интересно, что такого он нашел внутри нее, раз его глаза так заблестели?