Канатоходец

Спросите меня, о чем же я сожалею, спросите, зачем я отдал свой мир мечте. Одни так спешат, бегут по ночной аллее; другие идут, давая воде утечь. Таким, как я был, таким, как я стал отныне, надменная жизнь стремится подсыпать яд. В любом городке мое люди знают имя, но в каждом из них и сказка совсем своя. И в каждой из них теряются части пазла, крошится мозаика, с чужих исчезая уст. Никто бы не смог (нет, я не стал зазнаваться) понять этот миг тяжелым канатом чувств. Опять говорить, и знать, что бумага словно кривое стекло, испорченный телефон; у вас над душой всегда тяготеет слово, и истина рвется, врезаясь в бумажный фон. Спросите меня, какое на ощупь небо, как птицы летают, как ткут свои облака. И я не скажу, смолчу, будто там я не был, как будто забыл, как было… наверняка. И солнце взойдет, в своем превосходном свете, прям как в первый раз, такое б зарисовать. Ани отбыла — я долго искал ответы, Но лишь научился так здорово их давать. Спросите меня, а впрочем, вопрос предвидим, его задают повторно, опять, еще: «Когда ты сошел, что чувствовал ты, что видел?» И я отвечал, что все еще не Сошел.