***
Варкинуш ожидала в кафе в обговоренное время. Виновница встречи опаздывала на добрые полчаса, из-за чего девушка, то и дело, смотрела на экран телефона, ожидая СМС. Переполох возле входа между очередным гостем и официантом показался слишком подозрительным. Приглядевшись, Ольга увидела извиняющуюся Алису и официанта, что собирал остатки бокала, предназначенного ей же. - Прости. – Рэдклиф легко чмокнула в макушку подругу, стягивая с себя куртку. - Это куртка.. Оля не успела договорить, как на стол приземлился её заказ и меню для нового гостя. Встретившись взглядом с молодым официантом, Алиса натянуто улыбнулась, открывая книгу с блюдами на уровне лица. - А теперь я продолжу! – писательница, взяв бокал в руку, внимательно всмотрелась в лицо подруги. Девушка казалось постарела на несколько лет за ту ночь, что они не виделись. Усталость в глазах была настолько ощутимой, что Оля невольно пригубила шампанское с тяжелым вздохом. - Смотрю твоя ночка прошла лучше, чем моя? С усмешкой кивнув на выглядывающий из-за ворота фиолетовый отпечаток, художница сделала заказ. Едва смутившись от слов подруги, рыжеволосая бестия с вызовом посмотрела в агатовые глаза. - Что у тебя делает её куртка? – писательница заметила смятение на лице подруги, от чего брови поползли вверх. - Я случайно схватила её… Минута, которая повисла между ними, прерывалась лишь шумом голосов кафе. Взгляд Алисы метался по интерьеру, в то время, как Оля старалась поймать его, чтобы хоть немного понять, что творится с подругой. - Слушай, давай, я не буду допытывать, что произошло? Просто, расскажи мне. – художница на мгновение просветлела от услышанных слов, но потом снова стала мрачной, словно грозовая туча. - Если вкратце, то я хочу уволиться. Зеленые глаза распахнулись, став размером со среднюю с монету, а шампанское, которое успело попасть в рот, выплюнулось обратно в бокал. Закашлявшись, писательница встала из-за стола, попутно стряхивая, оказавшийся на штанах, напиток. Алиса с улыбкой наблюдала за подругой. Ей нравилось наблюдать за рыжеволосой. Задние мысли о прошедшем дне снова ворвались в сознание, от чего улыбка скоро исчезла. - Скажи, что ты пошутила. – Оля уселась обратно за стол, прикрывая лицо ладонями. - Нет, я серьезно. - Тогда рассказывай, что случилось! Просто так ты явно не приняла это решение! – девушка коротко взглянула на место, где должен быть порез. Скрытый под длинным рукавом кофты, он всё равно напоминал о себе тупой болью. Алиса нехотя рассказывала то, что услышала от Вернис. Подруга с участливым лицом слушала подругу, то и дело подливая себе напиток. Было видно на сколько произошедшее задело её. Когда речь зашла о случившемся после пробуждения, Ольга сидела с приоткрытым ртом, позабыв о том, что перед носом стоит блюдо, успевшее остыть. Когда рассказ закончился, девушки сидели некоторое время в тишине, изредка поглядывая друг на друга. Крутя в руках стакан с карамельным латте, художница поджав губы, посмотрела на сидящую напротив. Варкинуш явно о чем-то задумалась, прикусив губу, внимательно смотря на своё блюдо. Она походила на ученого, который вот-вот найдет отгадку на очередную тайну мира в каком-то куске мяса. - Оль, я запуталась. Девушка, рассеянно хлопая глазами, уставилась на брюнетку. Посидев некоторое время с задумчивым видом, коллега по работе указала рукой на выход. - Хочешь меня отпиздить? – посмеявшись над своими же словами, Алиса умолкла, видя серьезность в чужих глазах. Когда подруги оказались на улице, Варкинуш предложила прогуляться, дабы их никто не мог подслушать. Первое время они вновь держали молчание, словно общение было телепатическим. - Что ты чувствуешь к ней? Алиса от вопроса удивленно взглянула в зеленые глаза. На мгновение в них прочиталось смятение вперемешку с недопониманием, но когда взгляд прояснился, она отвернулась. - Не могу однозначно ответить на твой вопрос. - А ты попробуй. - Тебе бы в армию. Командиром отряда быть. – студентка толкнула подругу плечом, от чего напряженная атмосфера между ними чуть рассеялась. - А я, вообще-то, хотела пойти в кадетский корпус, к твоему сведению. – Оля с озорством в глазах стала изображать штурмовика с винтовкой. - Всё вперемешку. – Рэдклиф неожиданно остановила дурачество коллеги. Голос оказался отстраненным, от чего рыжеволосая быстро перевела на неё всё своё внимание. – Иногда хочется её придушить, а иногда погладить по голове за добрые слова. - Тогда, я тоже не знаю, что к ней испытываю. – рассмеявшись в голос, Варкинуш ощутила легкий подзатыльник от подруги. - Я тут тебе душу излить пытаюсь. - Прости, просто ты редко говоришь так серьезно. – девушка беззлобно пихнула подругу бедром. – С момента, как ты пришла к нам, ты вечно была в центре событий, заметила? Кивнув, Алиса с улыбкой вспомнила первую встречу с Олей. Прошло всего ничего, а создавалось ощущение, будто их дружба претерпела многие невзгоды. Оля мечтательно смотрела на ночное небо, пуская маленькие скопления пара изо рта. - Я всё-таки уволюсь. Бестия бессильно вздохнула. Как бы она не хотела, а отговаривать смысла не было. Как никак жизнь художницы – это её жизнь. - Делай, как пожелаешь. Если ты хотела поговорить об этом, то не жди, что я буду тебя отговаривать. – с усмешкой смотря на изумленное лицо подруги, Варкинуш расправила руки в стороны. - Почти удалось. - Правда? - Нет, конечно. Ты же даже не старалась. Они синхронно рассмеялись, взглянув друг на друга. - Что-то нежное и одновременно отвратное. Вот что я испытываю к ней сейчас. – Алиса вновь ошарашила подругу, начав тему слишком резко. - А с утра что было? – заглянув в лицо, что по-детски нахмурилось, писательница вздохнула. - Не понимаю до сих пор. – взяв паузу, Алиса стала жевать нижнюю губу, стараясь подобрать слова. – Наверно, из-за того, что не помнила ночные события, я была напугана. Когда она рассказала, у меня было ощущение, будто она что-то не рассказала. Оля слушала внимательно. Смотрела за каждым действием подруги. Старалась прочувствовать её внутреннее состояние через интонации. Алиса же рассказывала всё, что приходило на ум. Она была поглощена своими переживаниями настолько, что не заметила, как почти врезалась в столб. - Спасибо. – когда Оля остановила, дернув за рукав, брюнетка словно очнулась от сна. – Я не могу сказать, что люблю. Сама понимаешь, это было бы глупо. -А если учесть, что ты её убить иногда желаешь, вообще сумасшествие! – рассмеявшись, девушки свернули в соседний квартал. - Но она мне однозначно нравится. – закусив губу, словно озвучила неправильный ответ, она услышала облегченный вздох со стороны подруги. - Наконец, ты дошла до этой мысли! – рыжеволосая с визгом кинулась на шею подруги. – Но ты всё равно уволишься? - Я же сказала, – на тонких губах брюнетки появилась едва заметная улыбка. – да. - Ты меня сейчас бесишь, прям как Мари. В уголках глаз пролегли морщины от искреннего смеха, вырвавшегося из брюнетки. Лицо приятно обдувал последний теплый осенний ветерок. В голове вновь было спокойствие, которое исчезло, стоило только переступить порог офиса.***
В который раз Мария пожалела, что у неё импульсивный характер. Встреча с родителями оказалась сорвана отсутствием настроения и подначиваниями матери. Подъезжая к своему дому, девушка прокрутила недавнюю ссору. - Если бы ты не целовалась со всякими девушками на камеры, то твоего бы отца не выставили на посмешище! – прикрикнула женщина за столом, с укором смотря на свою дочь. - Если бы всё это зависело от меня, ты знаешь, я бы такого не допустила! - Но в итоге произошло то, что произошло. Этого уже не изменить. Скоро всё забудется, поэтому успокойтесь. – глава семьи Вернис говорил тихо и спокойно, но женщины не думали прислушиваться к его словам. - Ты всегда припоминала мне мои ошибки, а на свои даже внимания не обращаешь! – взгляд льдистых глаз был устремлен на женщину, что искала поддержки от мужа, смотря на него с тем же укором. - Не смей тыкать мне в моем же доме. – их голоса становились громче, от чего мужчина жевал мясной стейк с морщинами на лбу. - Если ты так хочешь, я больше не приду в этот дом, чтобы не тыкать тебе! Мария поднялась из-за стола очень скоро, круто разворачиваясь и уходя через парадную дверь. Сзади доносились голоса матери и отца, но она не останавливаясь прошла к машине. Стоило сесть в автомобиль, и в голове появилась ясность. И вот она подъехала к дому. Телефон глухо вибрировал в сумочке от звонков. Стоило выйти из машины, как лицо обдал теплый ветерок. Края легкого пальто приподнялись, а на губы вернулась усталая улыбка. Поднявшись и оказавшись дома, Мари с удовольствием поставила наполняться ванну. Роскошь, которой она окружила себя была достигнута с помощью родителей. Тех, что кричали ей в след, когда она в очередной раз со скандалом уезжала из своего дома. По телевизору крутили всё те же новости, которые никак её не касались. Найдя музыкальный канал, она стала раздеваться, сбрасывая одежду на пол. Оставшись в нижнем белье, блондинка проследовала к холодильнику. Звонок в дверь был несколько неожиданным, от чего девушка совершенно забыла в каком виде сейчас находилась. Не выпуская из рук бутылку с алкоголем, директор журнала открыла дверь, даже не задумываясь посмотреть в глазок. - Ты? – голубые глаза расширились в изумлении, в то время как Алиса смущенно отвела взгляд. - Говорила же, что сама занесу вещи. На миг Вернис расстроилась, что девушка пришла лишь из-за этого, но всё же пропустила к себе в дом. Брюнетка с легкостью рассталась с курткой, вешая её на место. - У меня к тебе разговор есть, – Алиса заглянула в глаза начальницу, тут же отворачиваясь. – но ты сначала оденься. Мария не без смеха восприняла реакцию девушки, с усмешкой наблюдая за розовеющими щеками. Оставив гостью, она надела халат. Пригласив на кухню, блондинка принялась делать очередной коктейль, не забыв спросить у гостьи, разделит ли она напиток с ней. - Мари, есть листок и ручка? – объяснив что и где находится, девушка не отвлекалась от напитков. Бутылки то и дело возвращались в руку, по каплям стекая в бокалы. Доделав напитки, Вернис не без интереса заглянула в листок, на котором Алиса что-то усердно писала. Разглядев своё имя, начальница повела бровью, но села напротив, сгорая от любопытства. - Ты говорила у тебя есть разговор? – пригубив коктейль, который скрашивал её вечера, блондинка прищурилась. Художница, закончив писать что-то на бумаге, подвинула её к хозяйке обители, обхватывая бокал рукой. Сначала Мария сидела с самоуверенной ухмылкой, но когда в руке оказался лист, когда она прочла все строчки, её взгляд оказался прикован к лицу брюнетки. - Что это? – блондинка не справилась с эмоциями. Маска хладнокровия спала, не успев оказаться на лице. Недопонимание отразилось на её красивом лице. - Заявление на увольнение. Написано же. – Алиса держалась более спокойно, от чего внутри всё сжималось ещё сильнее. - По какой причине? - Не успеваю учиться. – пожав плечами, брюнетка сделала несколько глотков. - Я не буду тебя увольнять. Ты смогла поднять наш рейтинг. Ты ценный работник для нас. Неожиданно для себя, Мария поняла, что это были отмазки. И предназначались они не столько для художницы, сколько для неё самой. Ей хотелось удержать девушку возле себя. Объяснить всё, что происходит с ней последние несколько дней. - Я вашего мнения не спрашивала, Мария Сергеевна. – стальные нотки, которые сквозили в голосе брюнетки заставили вжаться в спинку стула. - Нет. Шумно втянув воздух, Алиса прикрыла глаза. Она ожидала сопротивление начальницы. Не зная, что творится внутри блондинки, Рэдклиф боролась с бурным потоком чувств и эмоций, одолевавших её разум. - Ты же понимаешь, что я уйду, хоть что мне говори. – взглянув в агатовые глаза, Вернис ощутила, как плечи отяжелели от чужих слов. - Знаешь, ты как вампир. Все соки из меня выжимаешь. – Мария прикрыла глаза, понимая, что губы растянулись в сухой усмешке. - А ты прям как змея – отравляешь людям жизнь. - Опять за языком не следишь? – взглянув на брюнетку из-под приоткрытых глаз, Мария сжала челюсти. - Если бы ты была более открытой, то может и жизнь была бы проще? Не думала об этом? – усмехнувшись, Алиса откинула голову. Повисшая тишина между ними прерывалась прихлебыванием коктейлей, шуршанием тапочек по полу, да тихим стуком капель воды в раковине. Блондинка прокручивала в голове слова, которые однажды сказала ей мать. «С девушкой нет счастья! ты должна быть нормальной!» Смотря на гостью, эта фраза закреплялась в сознании. Рэдклиф сидела с закрытыми глазами неподвижно, представляя как сейчас на неё смотрит начальница. Как она кусает губы: как сверлит взглядом заявление: как проводит пальцами по аккуратным буквам на бумаге. Всё это девушка представляла так четко, что открыв глаза, сначала изумилась. Картина отличалась от придуманной иллюзии. - Я не желаю твоего увольнения, но раз того желаешь ты. – Вернис скомкала злосчастную бумагу. – Так и быть. Поскольку ты была на испытательном сроке, то официального заявления, для ухода с работы, не требуется. - Хорошо. – Алиса не стала больше задерживаться в гостях. Опустошив бокал, она пошла в прихожую. Мария шла за ней с бокалом в руке и мрачным выражением лица. Спина подчиненной была так близко. Хотелось сжать ткань кофты и не отпускать. Заставить правдой и неправдой остаться на рабочем месте. Студентка обернулась резко, почти сбив бокал в руке блондинки. Ухватив девушку за плечи, чтобы не уронить, Рэдклиф с глупой улыбкой хотела отстраниться, но в какой-то момент остановилась. Взгляд Вернис изменился. Он стал не таким, каким был в первую встречу или даже полчаса назад. Жалостливый, словно у брошенного котенка. Желание обнять и защитить нахлынуло слишком неожиданно, но она не поддалась. - Прости, что вот так бросаю. Ждите, когда закончу учебу. – подмигнув, Алиса, наконец, отпустила чужие плечи. Грудную клетку сдавило тисками от интонации студентки. Прощание. Такое легкое для художницы и такое тяжкое для начальницы. Лицо расслабилось, а свободная рука легла на бледную щеку. Студентка не отпрянула. Смотрела прямо в глаза, когда блондинка приблизилась к лицу. Кратко взглянув на пухлые губы, Алиса потянулась вперед. Это последний раз, когда она сделает этот жест первая. Поцелуй продлился все несколько мгновений. Укусив за губу, брюнетка отпрянула, смотря на потерянный вид Мари. Её руки обхватили бокал, а плечи расправились. Взгляд был полон грусти, а нижняя губа стала предательски дрожать. Алиса последний раз коротко поцеловала блондинку в лоб, ускользая на улицу, оставляя позади дверь. Вот так легко и без прощания, вновь оставляя Вернис наедине. Этот поцелуй был точно последним.