Эдем

Своим единственным и таким серьезным вопросом: - Ты ничего не хочешь мне сказать, любовь моя? - спокойно, но заинтересовано спросил мужчина, надвигаясь на желанную блондинку. - Мы можем поговорить наедине? - спросил Кэролайн, слегка побаиваясь его напора узнать всё, что скрыто. - Конечно, - Никлаус поднял руку, указывая на лестницу, - думаю в кабинете нам никто не помешает. Девушка поднималась по ступенькам, а в голове по-прежнему не утихала мысль о том, что Клаус всё знает. Но почему тогда так спокоен? Откуда?Почему? Как давно? И миллион всего прочего было в чудесной светлой головке. "Кэролайн, тебе нельзя волноваться!" - вспомнила блондинка слова Ребекки, и постаралась успокоить сердцебиение, которое, казалось готово выпрыгнуть из груди. Майклсон пропустил свою белокурую спутницу вперед и указал на удобный кожаный диван ей, а сам занял место в кресле - напротив. Он не знал истинных причин. Он любовался очаровательной девушкой, словно видел ее впервые, и то, что они живут и спят вместе достаточно долго, чтобы привыкнуть это совершенно не важно. Он никогда не будет считать жизнь с ней - привычной. Она особенная, и занимает особенное место в его сердце. - Кэролайн, этот твой обморок меня напугал. Ну неужели ты так отреагировала на смерть Локвуда? - хотя сомнений у него почти не было. Его девочка всегда полна сочувствия и тревог. Конечно, это причина. - Я думал, ты ненавидишь его после всего того, что произошло... там. - продолжил он, надеясь оправдать себя и успокоить ее. Конечно, он не хотел напоминать своей желанной блондинке об этом ужасном моменте ее жизни из прошлого, но он не знал, что думать, и как ко всему относиться. Единственное в чем он был уверен, так это в том, что не хочет ее потерять. Неужели она была в таком шоке от гибели этого никчемного щенка Тайлера, что потеряла сознание? Или это Клаус сам так волновал ее, что она не сумела отнестись спокойно к его поступку..? Девушка лишь молчала и задумчиво оглядывала его взволнованное и напряженное лицо, думая о чем-то своем, казалось, что Кэролайн даже не слышит его, но заметив немного смущенную улыбку, он рискнул продолжить: - Ну же, милая, скажи, что ненавидишь меня, что я подонок, что у меня нет сердца, хоть что-нибудь!... - это были слова отчаяния. На самом деле, это он хотел услышать в последний очередь. Боялся? Возможно, он не идеален, но этот его поступок в отношении Локвуда - был ради нее. Ради ее безопасности. Для отмщения. Он отчаянно верил, что она любит. Что поймет, что не бросит и обязательно простит. Ну должна же ведь. - Ник, - девушка несмело приблизилась к креслу, в котором сидел Майклсон, она коснулась его небритой щеки - ладонью, а затем присела около него на корточки так, что их лица находились на одном уровне - я не ненавижу. Я благодарна! Сегодня я поняла, что мне хорошо и спокойно с твоей заботливой сестрой. С твоим младшим братом - счастлива моя лучшая подруга. А я, Клаус.. Я обрела счастье в этом доме... - она осторожно коснулась своими губами, его губ, а затем отстранилась и прошептала: - счастлива - с тобой. Растерянность - вот что было из эмоций на лице мужчины. Он был поражен! Его светлая девочка. Его ангел. Она поняла, простила. Она не злилась. Она благодарна. Какой же подарок судьбы, что он встретил ее однажды. - Но тогда почему ты потеряла сознание? - спросил он, удивляясь растерянности теперь в ее глазах. А у Кэролайн не было слов. Всего единственный вопрос приводил в смятение. Боялась? Переживала? Наверно. Поэтому, она просто взяла его теплые руки и неуверенно прижала их к своему животу, накрывая своими - прохладными. Он поймет и без слов. Ведь так? Несколько мгновений слышно лишь ее громкое сердцебиение, и его сбитое дыхание. Она переживает, волнуется. Страх, сомнение... почти достигают пика, но всё это исчезает, словно птичка из внезапно открывшейся клетки, в момент когда он целует ее. Внезапно. Порывисто. Требовательно. А она почти перебралась к нему на колени. Он рад. Он станет отцом, а его чудесная блондинка - мамой. Он благодарен судьбе вновь, за эту прекрасную белокурую особу. Такую искреннюю и непостоянную (в плане эмоций), такую красивую, внимательную, заботливую. Такую светлую и родную. Благодарен за удивительную новость, и за шанс стать родителем. Блондинка резко отстраняется. - Обещай, что больше никакого спиртного, любимый. Если хочешь меня целовать, конечно - пригрозив пальчиком, произнесла она игриво. - Согласен, - мгновенно ответил он. Как же он мог не согласиться? - Выходи за меня? Да, это был лишь порыв. Но он не на миг не раскаялся. Не пожалел. Когда же, если не сейчас? - Ребенок, должен расти в семье, а другой столь очаровательной жены мне уже не найти - добавил Майклсон с улыбкой. - Что? - она не верила своим ушам, уже дважды за сегодня. Сначала она не поверила новости о предстоящем материнстве, а теперь не верит, что мужчина ее мечты, такой родной и любимый, эмоциональный и порой не сдержанный, но такой необходимый делает ей предложение. - Ты предлагаешь выйти за тебя замуж!? - хлопая глазами вскрикнула она с улыбкой, а слезы радости, блестящими каплями катятся вниз медленными дорожками. - Конечно, я согласна, Клаус! Она очень эмоциональна, поэтому улыбка сквозь слезы кажется немного удивительной для него. "Кэролайн, ты же не должна нервничать" - вспоминает она мысленно. Но как тут не нервничать? - И когда мы назначим дату? Нужно столько всего успеть! Платье, фата, подружки невесты, костюм для тебя, цветы... - тараторит она на одном дыхании, загибая пальцы и перечисляя список необходимого. - Клаус, а еще я хочу пригласить мою маму - добавила она, и ее лицо вмиг приобрело серьезность. - Всё будет как ты хочешь, любовь моя. Моя кредитка в твоем распоряжении - он протянул пластиковую карточку будущей жене, улыбаясь самой сексуальной улыбкой в мире. Как же повезло ему с женой. Девушка взглянула на протянутую карту, а затем в глаза Клаусу, и сказала: - у меня есть еще одна просьба... Пусть свадьба будет как можно скорее, и я хочу чтобы подружками невесты были Кэтрин и Ребекка... А еще мы вместе скажем моей маме о свадьбе и о беременности. - Это уже не одна просьба, милая! - смеясь в голос сообщил мужчина, наслаждаясь секундным смущением блондинки, - но я на всё согласен. Это лишь малая часть того, чтобы она была счастлива. Для нее он сделает всё.