Эдем

Этот вечер протекал по-домашнему. После того, как Ребекка уехала к Энзо, а Кол ссылаясь на неотложные дела бизнеса, (хотя какой бизнес на ночь глядя?!) покинул семейную обитель, Кэролайн утопала в нежных объятиях своего мужчины. Кэтрин по-прежнему продолжала лежать с закрытыми глазами. Нет, она не спала. Она думала. Думала о своем ужасном губительном прошлом, ведь именно оно так разрушало настоящее. Думала о неудачной попытке построения отношений с Колом. (Ну, а что.. Она никогда не смирится с тем, что жалкие девицы со свадебной церемонии, крутящиеся перед самоуверенным младшим членом семейства, лучше, чем уверенная в себе и имеющая свой взгляд на любую мелочь, сексуальная она). Думала о Элайдже, который пропадал неизвестно где. Благородный брат не появлялся в особняке довольно давно. Возможно, она бы даже позволила себе волноваться, но он обидел ее. Обидеть словом можно гораздо больнее, чем физически. Синяки – проходят, раны – заживают. Лишь сердечная боль тяжелым бременем не покинет мысли, не сотрется из памяти, не позволит забыть… Какова вероятность его появления здесь и сейчас? «Невероятно мала…» - подсказал девушке внутренний голос, позволяя лишь сильнее сомкнуть веки. *** Кэролайн улыбалась, наблюдая за проделками героини Линдси Лохан, а точнее Рэйчел Вилколс, которая забавляла своими проделками «Мыло в рот».** Майклсон просто не мог противостоять ее желаниям. Он терпеливо смотрел комедию, но чаще любовался безупречной красотой девушки, которая теперь его законная жена. Еще свежи воспоминания о Камиле. Проделки которой раздражали всё больше. Как же вовремя вошла Бекка. Всё чаще Клаус ловил себя на мысли, что готов был убить надоедливую дрянь, но светлая и лучезарная спутница жизни и будущая мать не поняла, и не оценила бы подобное, заметив бездыханное тело с пробитым жизненно-важным органом. В этом доме хватало оружия, и лишь он знал о том где оно и решал, когда выстрелит. Не смотря на то, что ничего не было, и не могло быть, он испытывал чувство вины. Как давно он не чувствовал подобного..? Возможно с момента кончины щенка Локвуда. И вина была лишь от того, что он не осмелился сразу рассказать об этом своей девушке. Белокурая особа определенно влияла на него. И ему нравилось. Ее любовь к нему, и жажда контролировать всё происходящее в доме – умиляли. Власть любили оба, и у каждого ее было предостаточно. Клаус беспрепятственно командовал и указывал подчиненным в компании, иногда появляясь в офисе, а его любимое белокурое сокровище (в прочем совместно с Пирс), руководило прислугой в доме. - Здравствуй, Элайджа, - отвлекаясь от лицезрения комедии, отозвалась Кэролайн, приветствуя гостя. Она за мгновение проследила за его взглядом и добавила: - Она заснула на третьем выпуске «Холостяка». Блондинка считала нужным прояснить всё это. «Интересно, что бы сказала Кэтрин, если бы не спала?» - мысленно спросила сама себя девушка, задумавшись над вопросом. Клаус пристально посмотрел на брата. Что ж, его появление было ожидаемым, но поздние визиты как-то немного напрягали. Нет, не пугали, но настораживали. - Брат, думаю, Кэролайн оставит нас, - обратился вечерний гость. - Нет! – возмутилась девушка, - я никуда не уйду. – Было видно, что она недовольна. А зная ее любопытство и желание знать всё, знать и контролировать.. Майклсоны не стали переубеждать. Чем сильнее пытаешься убедить белокурую особу уйти, тем отчаяннее она будет пытаться остаться. - Я остаюсь, Ник, серьезно, - мило улыбнувшись, блондинка убавила громкость на несколько делений, используя пульт. – Чтобы не сказал твой брат, я уверена, что готова это услышать. - С чего ты взяла, что он скажет что-нибудь достойное твоего внимания, милая? – Клаус действительно не хотел, чтобы она переживала зря, тем более причин появления брата было не мало. И одна из таких причин преспокойно видит сны прямо здесь – на диване. - Я подумал, что тебе будет интересно узнать, что случилось с Хейли Маршал.. Думаю, тебе известно это имя? – ожидая реакции Никлауса, Элайджа расположился в одном из кресел. - Это она позвала меня в «Эдем», - конечно, ответил не брат, но перебивать девушку никто не посмел. – Мы встретились в одном салоне, и она предложила мне работу. Она излучала опасность тогда, но я приняла ее визитку… и предложение… - зачем-то черезчур подробно поведала историю прошлого, белокурая особа. Ее голос был каким-то тихим и отстраненным. Болезненные воспоминания могли вновь довести до слез, но пока соленых капель на идеальном лице не было. Братья недоуменно переглянулись. Конечно, Клаус знал ее историю попадания в элитный клуб. Ему известны ее нужды в прошлом. - Что с ней произошло? – поинтересовалась блондинка. - Зачем тебе это знать, Кэролайн? – возмутился мужчина. Он предпочитал ласковые обращения к возлюбленной, а тут назвал ее по имени, давая понять, как высока степень его недовольства. – Ее нет в твоей жизни, разве не это главное?! - Да, Никлаус прав. – Констатируя очевидные вещи, Элайджа позволил себе вмешаться. – Хотя прав он бывает не так часто. - Что случилось? – не оставляя попыток знать всё, произнесла девушка. Блондинка была полна решимости, хотя и всё высказывала полушепотом. – Я хочу знать, слышите. Глубоко вздохнув, и придя к выводу, что стоит подчиниться в данном вопросе, Элайджа продолжил: - Она мертва. Ее тело нашли в камере – одиночке, меньше недели назад. Я выяснял причины смерти, но ничего кроме лжи так и не узнал. Мне сказали, что это самоубийство, но … Мужчина не сумел закончить свою мысль, так как оказался перебит. - Да-да, мой брат подумал, что это моих рук дело. Не так ли, Элайджа? – Клаус по-прежнему продолжал быть рядом с женой. Вся эта дискуссия была донельзя странной. Клаус и Кэролайн, Элайджа – разговаривали полушепотом, потому что тревожить сон Пирс никто не хотел. Постоянно перепираясь, братья не забыли о том, что не одни. - Так, - согласился благородный брат. Он всегда знал, что Никлаус вспыльчив и готов на всё ради чудесной девушки, ради будущих детей. Всё это было слишком дорого, а если точнее, то просто бесценно для Клауса, и никто и никогда не смел бы встать на его пути. - Скажи мне, что это не ты… - теперь Кэролайн не ожидала, что будут слезы. Она знала, что рядом с ней за человек. Она знала, на что он способен, но любила. Это чувство поглощало ее, она любила и желала рядом сидящего мужчину. Она была счастлива стать его женой, хозяйкой их дома, вписываясь в его семью ловко и легко. Она надеялась привнести света в его сердце, и она верила, что справляется с этой задачей. – Это ведь не ты, Ник.. Ты не мог! – чуть громче добавила она. Нет, она не забыла о спящей подруге, но повысив на мгновение тон, она продолжила убеждать себя в его невиновности, но теперь уже мысленно. - Я мог, милая, ты знаешь, что я многое могу, - парусекундная тишина прервалась, когда Клаус продолжил: - Но я не стану. И это был не я. Он не любил ее слезы. В такие моменты он чувствовал себя бесполезным. Видеть ее слезы самое сложное для его серо-зеленых глаз, которые видели множество пыток, но эта всегда была самой страшной. Слезы Ребекки из-за неугодных ухажеров он знал как унять, но эти нет. - Я знаю, кто это сделал, и даже разделяю подобные методы. Клаус старался быть осторожным в словах, переходя к главному обходными путями. - Это был Кол. Он рассказал мне, что давно хотел поквитаться с хозяйкой «Эдема», а когда выпал шанс, то он приступил к действиям. Клаус осторожно приобнял жену, опасаясь, что она оттолкнет, но реакции не последовало. Мужчина поцеловал Кэролайн в лоб, встречаясь с задумчивым взглядом брата. – Удивлен? - Нет. Вы с Колом всегда были похожи.

(От лица Кэтрин)

Брюнетка, прикрыв глаза, продолжала бездвижно лежать на диване. Любопытство раздирало ее не меньше, чем ее белокурую подругу. «Не отступай, Кэр!» - передавая мысленное напутствие подруге, Кэтрин затаив дыхание продолжила играть спящую красавицу. Нет, она не ждет поцелуя принца, но принц ее сердца был совсем близко. Хорошо, что настырность и любопытство присущи обеим. Пирс хорошо притворялась. Все верили, что она спит. Никто не думал, что она слышит и слушает. Ее сердце билось чаще. Оно ускорялось почти после каждой фразы, а после последней – жизненно-важный орган пропустил удар… Она слышала боль в тоне Кэролайн, понимая, что блондинка боится узнать, что еще чья-то смерть на его руках. Она слышала новость о смерти Хейли, узнала, что виновен в смерти хозяйки чертового «Эдема» - Кол. Она рада этой кончине. Да, жестоко. Но ведь жестоким людям – жестокая смерть… Она испытывала смешанные чувства, от известия, что именно Кол причастен к смерти несносной хозяйки. Она была рада, что Элайджа появился, рада, что он в порядке. Счастлива, что он тут, и совершенно не важны причины. Часть девушки – по-прежнему злилась, а другая – настырно молила забыть обиды. Ей хотелось повернуться, и насмотреться на его идеальный образ. Пирс уверена, что он неизменно в деловом костюме и идеально начищенной обуви. .. *** - Каковы твои мотивы? Почему ты решил занять себя ненужными поисками. - Из-за нее. Разве не все сводится к любви к женщине? – честно признался Элайджа. – Катерина удивительная, Никлаус. И я хотел бы стать частью ее мира. Подобные откровения старшего члена семьи удивили всех. Кэролайн успела забыть о поводе, по которому проливала слезы, теперь она словно завороженная смотрела в прекрасное лицо, казалось не выражающее эмоций, но глаза – зеркало души. Именно в них плескалось плохо замаскированное отчаяние и тоска. Блондинка спрятала свое лицо на груди мужа, пытаясь подавить неконтролируемую улыбку. Да, Кэролайн заметила шевеление подруги. Казалось, лишь ей одной удалось увидеть этот жест. Стало ясно, что Кэт не спит, и всё слышит… - Возможно, однажды, она позволит тебе, - отозвался Никлаус, понимая повод улыбки своей возлюбленной.