Битва за прошлое. Уроборос.

23 июня 1991 г.

      Это было восхитительное утро в жизни Вернона и Петуньи Дурсль. У маленького Дадли, их сына, сегодня был одиннадцатый день рождения. С самого утра хранительница домашнего очага хлопотала на кухне, готовя праздничный ужин. Её муж же сидел за столом, читая газету. Дадлик ещё не проснулся, а тихо и мирно сопел в свою подушку. Его кузен, Гарри Поттер, также крепко спал, завернувшись в тонкий старый и дырявый плед. В чулане. Правда спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья подошла к чулану и утреннюю тишину разорвал ее пронзительный визгливый голос: - Подъем! Вставай! Поднимайся! - Поттер вздрогнул, подскочив на матрасе, таком же пыльном и грязном, как и сам чулан, и проснулся. Он до сих пор не привык к подобным побудкам. Мальчик жалел, что сон, такой прекрасный и чудесный, прервался. А тетя всё продолжала барабанить в дверь чулана. - Живо!       Поттер услышал звук удаляющихся тетушкиных шагов, каблучками отбивающих своеобразный ритм, а после до него донесся стук плюхнувшейся на плиту чугунной сковороды. Женщина налила масло и оно противно зашипело, как змея, готовая броситься с клыками на жертву. Разве что вместо укусов и яда в крови можно было получить ожог. Гарри перевернулся на спину, откинув голову на скомканную куртку, служившую ему подушкой, и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон, приятный. Из ряда тех, где Гарри чувствовал себя комфортно и спокойно. В нём он летел над облаками, рассекая воздух старым, но красивым мопедом. Был отчетливо слышен шум мотора и создавалось такое ощущение, что он уже где-то это видел .       Вновь послышались торопливые шаги, барабанная дробь в дверь и ненавистный голос тетушки. — Ты ещё не встал?! - не вопрос, скорее утверждение. Мальчик сел на кровати, ответив, что практически выходит. Поднял с пола носок, стряхивая с него пыль и паука. Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место. - Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты занялся беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально.       День рождения Дадли! Как он мог забыть? Это же ШИКАРНЕЙШИЙ день в несладкой жизни юного Поттера. Мальчик закатил глаза, тяжело вздыхая. В этот день Дадли получал кучу подарков, а после ребёнка отвозили в кафе, кино или в зоопарк. А маленького Гарри либо отправляли к миссис Фигг - старухе-кошатнице, в двух кварталах от их дома, либо, скрепя сердце, оставляли одного в доме, наказав ничего не трогать. В такие моменты Гарри собирал в одной из комнат кузена Дадли поломанные игрушки, например, пластиковых солдатиков и прятал в чулане. Собственных игрушек у него не было, никто не дарил ему подарков и, тем более, не устраивал праздников. Вместо этого были наказания в виде запертого чулана и лишения еды минимум на сутки. Да драки с кузеном, который всё норовил его задеть. Впрочем, только один раз Дурсли оставили его в доме одного, после чего всегда отвозили его в этот день к старухе Фигг.       Дадли был крупным ребёнком, наверное, в четыре раза больше самого Гарри. Он с друзьями всегда был не прочь использовать кузена в качестве "боксерской груши". Но Дадли далеко не всегда удавалось поймать его, хотя поверить в то, что Гарри мог быстро бегать довольно сложно. Возможно, именно жизнь в темном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли. У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. Он носил круглые очки, заклеенные скотчем на переносице, и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу. В тот день Поттер проявил себя более агрессивно, чем обычно. Когда очки слетели с лица он, озверев, бросился на кузена с кулаками. И пускай ему мало что удалось, сказывалось превосходство весовой категории Дадли, но скорости и юркости Поттеру было не занимать. Он оставил несколько неплохих фингалов на кузене, за что и был в очередной раз наказан. Единственное, что Гарри нравилось в собственной внешности — это тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию.       - Поттер! - вновь визгливый голос тетушки. Мальчик наспех оделся и выбрался из чулана. На кухне стол был забит подарками для "маленького Дадлика". Сколько в прошлом году подарили ему подарков? Тридцать восемь, кажется. Поттер послушно начал готовить яичницу с беконом. На всю семью, родственнички не часто морили подкидыша голодом. На кухне появился младший Дурсль и первым делом начал пересчитывать подарки.       - Тридцать шесть. - грустный голос Дадли. Родители заверили его, что купят ещё два новых подарка, а тетушка Мардж должна была прислать ещё один. Итого... тридцать девять. Поттер вздохнул, молча уминая бекон. Скорее всего его отправят к кошатнице, сумасшедшей старухе. Гарри ненавидел этот день. Вскоре зазвонил телефон и Петунья узнала о травме миссис Фигг. Это значило, что Гарри остается дома один и сможет, наконец-то, посмотреть телевизор. Один, в целом доме! Глаза мальчика загорелись и он поспешил отвернуться к сковородке. Как раз было пора поворачивать бекон.       Сердце мальчика сделало радостный кульбит, надеясь на то, что он наконец-то сможет перенести в чулан некоторые книжки. Младшему Дурслю они были не к чему и пылились в отдельной комнате. А ещё было несколько интересных игрушек, которые мальчик выбросил - сломались же. Дадли же ждал предстоящей поездки. Их с другом всегда возили по аттракционам, где мальчишки тратили денежки любящих родителей. А Гарри даже близко не видел подобного, лишь на картинках да постерах, проезжая мимо домов в школу и обратно.       - И что же с тобой делать? - вслух спросил Дурсль. На заявление о том, что можно было бы оставить его - Гарри Поттера, дома одного, Вернон лишь фыркнул. Мало ли что мальчишка сломает. Не было никакого доверия к этому... ненормальному. Но и брать его с собой не хотелось. Дурсли перебирали варианты, собираясь спихнуть мальчишку кому угодно, лишь бы не брать его с собой или не оставлять дома. Решения не нашлось, так что, сжимая челюсти и гневно глядя на племянника, Вернон согласился взять его с собой.       В зоопарке было полно людей. На входе Дурсли купили Дадли и Пирсу по большому шоколадному мороженому, а Гарри достался фруктовый лед с лимонным вкусом — и то, только потому, что они не успели увести его от прилавка, прежде чем улыбающаяся мороженщица, обслужив Дадли и Пирса, спросила, чего хочет третий мальчик. Но и этому мальчик был рад, с удовольствием и наслаждением он лизал фруктовый лед - лакомства ему доставались крайне редко.       Потом было кафе, где Дадли закатил истерику по поводу маленького куска торта, а Вернон раскошелился и заказал кусок побольше, а остатки маленького достались Гарри. Мальчик радовался сложившимся обстоятельствам и считал этот день самым лучшим в своей жизни. Хорошим, даже слишком. Поэтому он держался немного в стороне, боясь, что заскучавшие Дадли и Пирс решатся его избить. Чуть позже, они пошли в террариум. Там было темно и прохладно, а за освещенными стёклами прятались рептилии. Младший Дурсль тут же нашел самую большую змею в мире, Боа констриктор. Она была достаточно длинной, чтобы обмотаться вокруг машины Вернона Дурсль несколько раз, и достаточно сильной, чтобы сдавить мужчину в своих тисках. Но змея спала, закрыв глаза и свернувшись кольцами. Её совершенно не беспокоили посетители, барабанящие по стеклу.       Заняв освободившееся место, когда расстроенный Дадлик пошел в другую сторону, громко шаркая ногами, Гарри стал жаловаться на свою жизнь змее. Он считал, что чем то с ней они были похожи. Взаперти, в качестве развлечения для эгоистичных детей, явно не на своем месте. Змея, будто понимая его, поднялась...       Дальнейшие события происходили быстро. Дадли, заметив оживленное поведение громадной змеи, пихнул Поттера в бок, да так, что тот упал на холодный бетонный пол. Поттера охватил гнев, он яро пожелал чтобы змея схватила наглого кузена и... Пирс и Дадли, прилипшие к стеклу и радостно рассматривающие рептилию, вдруг отпрянули от него в ужасе. Гарри сел и открыл от удивления рот — стекло, за которым сидел удав, исчезло. Огромная змея поспешно разворачивала свои кольца, выползая из темницы, а люди с жуткими криками выбегали из террариума.

24 июля 1991 г. Утро.

      После происшествия в террариуме Гарри был наказан до самого утра. Его заперли в чулане, где он долгие часы пролежал в темноте. Мальчик не знал, сколько точно времени, но очень надеялся что Дурсли уже уснули. Он мог бы рискнуть, поддеть защелку проволокой да выбраться на кухню в поисках еды, но только если они уже легли. Всю ночь парень вспоминал прожитые годы, полных обид, лишений и разочарований. Сколько Гарри себя помнил он жил в этом доме, спал в пыльном чулане да был на побегушках у тетушки. Он прожил здесь почти десять лет, с тех самых пор, когда его родители погибли в автокатастрофе. Он не помнил ни самой катастрофы, ни того, что он тоже был в той машине. Единственное что четко отложилось в памяти - это ярко-зеленая вспышка и жгучая боль во лбу. Мальчик считал, что скорее всего в их автомобиль врезалась какая-нибудь фура, а его спасло маленькое детское кресло с крепкими ремнями, разве что стекло рассекло его лоб острым лезвием. А зеленая вспышка это свет светофора, последнее что увидел годовалый ребёнок прежде чем отключиться. С того дня прошел уже месяц, но Дурсли, после происшествия в зоопарке как с цепи сорвались. Подмечали каждую провинность Поттера, даже, казалось бы, на пустом месте. И снова, и снова запирали его в чулане. Дадли, нося в душе обиду, всё чаще вылавливал кузена в парке с друзьями, да гонял его по улицам, пока не ловил в каком-нибудь переулке. После его били, унижали и оскорбляли. Поттер конечно старался отбиться, но противостоять четырем парням из которых трое занимались единоборствами, он был не в силах. А под вечер Гарри почти заползал в свою конуру, где усиленно "зализывал раны" и вынашивая в голове очередные планы мести. Синяки заживали быстро, как на собаке. Но появлялись с завидным постоянством. И так каждый день, день за днем, неделя за неделей.       Этим же утром, когда родственники проснулись и ему позволили выйти наружу, мальчика тут же отправили к двери, принести утреннюю почту. На коврике лежали открытка от сестры дяди Вернона, Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Гарри. Глаза мальчика загорелись. Никто никогда не присылал ему писем, просто было некому. Не было ни друзей, которые бы ему присылали открытки на праздники и дни рождения, ни родственников. Однако сейчас он держал в руках письмо, и на нем стояло не только его имя, но и адрес. Так что сомнений, что письмо адресовано именно ему, не было. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте. Он был сделан из желтого пергамента, тяжелый и толстый. Адрес же был написан изумрудными чернилами. Гарри был практически уверен, что это какая-то новая, даже экзотическая шутка со стороны Дадли. Но вряд ли кузен стал бы извращаться и что-то придумывать. Он был глуп и ленив для этого.       Из кухни послышался громкий голос Дурсли-старшего. — Давай поживее, мальчишка! Что ты там копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах взрывчатки? - а дальше смех, веселившегося собственной шутке мужчины. Гарри воровато оглянулся, прикидывая что же делать. Если он появится с конвертом в руках, то его тут же заберут, проверят, а потом, вероятнее всего, уничтожат. Поэтому, не долго думая, мальчишка оттянул широкие брюки, перевязанные веревкой и впихнул конверт за пояс, вновь затягивая его на тугой узел. Гигантская футболка в любом случае скрывала выпирающий предмет. - Взрывчатки нет, я проверил - сказал Поттер, протягивая остальную почту дяде.

24 июля 1991. Ночь

      Уже ночью, стащив из письменного стола старый фонарик, Поттер сидел на своей постели по-турецки. В зубах он сжимал включенный фонарик, дабы освободить обе руки. Конверт был крепко запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом. На самом гербе были изображены лев, орел, барсук и змея, а в середине — большая буква «X». Мальчик осторожно разорвал конверт и достал письмо. Оно так же было написано на старом пергаменте изумрудными чернилами.

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс.

Директор: Альбус Дамблдор Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов

Дорогой мистер Поттер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл. Заместитель директора.       И действительно, было и приложение, где перечислялись незнакомые мальчику вещи и книги. Он даже мог поклясться, что их просто не существует! Да и где можно достать перчатки из кожи дракона? Это все казалось бредом, ужасной шуткой. Но Дадли не был на такое способен, опять же, ему не хватило бы фантазии. Да и мозгов. А книжную полку, полную фантастических книг, Дадли даже не замечал. Книги так и пылились на полке во второй комнате.

28 июля 1991 г.

      Хоть и не восприняв письмо всерьёз, Поттер всё же его сохранил и носил с собой, сложенным за поясом широких штанов. Ему почему-то хотелось верить, что это правда, но стойко выбитые в памяти Гарри слова не давали укрепиться этой вере и надежде. Дурсль всегда кричал: «МАГИИ НЕ СУ-ЩЕ-С-Т-ВУ-ЕТ!». И мальчику приходилось соглашаться. В этот день Дурсли куда-то уехали, а миссис Фигг каким-то чудесным образом выздоровела в кратчайшие сроки. Но Вернон, на изумленные реплики любимой жены, отвечал лишь тем, что должно быть старуха просто сломала ногу полмесяца назад, а им она, маразматичка, сказала, что только за пару часов до передачи в её владения мелкого негодника. Так что, тяжело вздыхая и охая, мальчишка оказался на пороге её дома.       Чуть позже он сидел на широком диване, который уже вовсю пропах кошками, но все же был гораздо мягче его "кровати". Он забрался с ногами, прижав их к подбородку. Старуха, увлекшись рассказом о своих кошках, периодически показывая фотографии Снежинки, мистера Лапки и Хохолка, не обращала внимание на мальчика рядом. А он всё снова и снова перечитывал то письмо, силясь понять что же это всё значит.       Он даже не заметил, как резко прервался рассказ и повисла тишина. Всё витал в своих мыслях, в то время как сама миссис Фигг заглядывала через плечо в письмо. Он бы этого и не узнал, не воскликни она. - О, Гарри! Ты получил письмо из Хогвартса! Замечательно - заговорила старуха, так громко, что мальчик подпрыгнул от неожиданности. Женщина отобрала пергамент, внимательно его прочитывая. Гарри даже не возмутился, привык к тому, что у него часто взрослые всё отбирают. Но он был очень удивлен, женщина явно знала, что за "школа" была описана в письме. - Скоро поедешь в школу и там тебя научат колдовать! Родители бы тобой гордились! Твоя мама всегда мечтала вручить тебе первую волшебную палочку.       Тут она замолчала, будто о чем-то вспомнив. Её радостное и улыбающееся доселе лицо вдруг стало грустным и несколько траурным. - Вы знали моих родителей? - удивленный возглас мальчика прервал тишину. Он внимательно вглядывался в лицо старухи. Сегодня она предстала для него в новом свете. Женщина, мотнув головой, вновь улыбнулась. - Да, кто же не знал Поттеров. Твой отец был аврором, а мать колдомедиком... Но пусть лучше сам Альбус тебе расскажет. Ты уже написал ответное письмо? - мальчик отрицательно покачал головой. Столько незнакомых и непривычных слуху слов. Всё это казалось ему сном. - Ну конечно, как же ты у этих магглов сможешь отправить сову. У тебя и совы то нет, да?       Снова неуверенный кивок. Миссис Фигг, понимающе взглянув, ушла куда-то в сторону спален. Гарри не совсем понимал что происходит, но было чертовски любопытно. Вскоре женщина вернулась неся в одной руке большую клетку. В ней сидел большой бурый филин, который ухал, глядя на котов. Те в свою очередь ходили вокруг хозяйки и истошно, противно мяукали. Во второй руке женщина несла поднос: чернильница, перо и пергамент с конвертом. Она поставила всё на кофейный столик перед диваном и уселась рядом с мальчиком. - Ты пиши, а я отправлю. Фараон мигом отнесет письмо прямо в руки директора. Что писать в ответ на подобное письмо мальчик не знал. Да и никогда он не писал писем, тем более в ответ. Гарри нерешительно взял в руки перо, пару раз повертел его в пальцах и взял на манер как держал ручку. Придвинул пергамент и неуверенно обмакнул кончик пера в чернила. Капля тут же стекла вниз, оставляя на пергаменте кляксу. - Ничего-ничего, ты ещё привыкнешь - успокаивала его старушка, нежно поглаживая по плечу. Медленно, но верно мальчик стал выводить на пергаменте слова, благо писать он прекрасно умел. «Уважаемый Альбус Дамблдор! Я получил ваше письмо и рад зачислению, но не представляю, где я возьму деньги на учебники и как доберусь до вашей школы. Да и вряд ли смогу приехать. Мои дядя и тетя не отпустят. Искренне Ваш, Гарри Поттер.» Миссис Фигг забрала пергамент, сложила его в конверт, и заверив, что письмо обязательно дойдет, привязала его к лапе филина. После, распахнув окно, выпустила его на волю. - Отпустят, если не хотят получить несколько сотен заклинаний в лицо, кто ж им позволит знаменитого Гарри Поттера не пустить учится в Хогвартс ?- шепотом, так, чтобы мальчик не услышал, сказала член Ордена Феникса и постоянный наблюдающий за Мальчиком-который-выжил Арабелла Фигг.

***

Когда Фараон вернулся, женщина слабо улыбнулась. Теперь директор был в курсе и мог не беспокоится по поводу мальчика. Осталось успокоить ещё одного человека, который так рьяно волновался за Гарри Поттера. «Мистер Снейп! Мальчик получил письмо и теперь знает о Хогвартсе. Не понимаю, почему магглы ему ничего не рассказали раньше. Надеюсь, всё исправится. Кстати, оказывается, мальчишка живет в чулане под лестницей. Это ужасно! Гарри поедет в Хогвартс, Дамблдор его не оставит этим людям! А.Ф.»