Извини, я влюбился 2. Heartlessly

      На улице было довольно холодно и идти сегодня никуда не хотелось. 25 декабря — это праздник Рождества, в этот день весь круг семьи собирается вместе и празднует его. Но только не сегодня.       Когда я проснулась, на часах уже было около десяти. Вставать совсем не хотелось, но надо было готовиться к празднику. Я с неохотой подняла тело с кровати и села в недоумении, что мне делать дальше и почему так холодно, потом вспомнила, что сейчас конец декабря и закатила глаза. Что ж, надо раздвинуть шторы. Я потеплее укутываюсь в одеяло и иду к окну. Останавливаюсь у него, резко раскрываю шторы, и яркие лучи солнца режут мне глаза. Как же солнечно сегодня. Поправляю одеяло и плетусь по лестнице вниз к своему брату на кухню. Он, наверное, уже давно там стоит и делает какие-нибудь рождественские вкусности. Я спускаюсь вниз и нахожу его поющим. Ну да, это же мой брат. Брат, который стал директором, и его зовут — Юнсан. Это замечательный брат! Он умеет все, что надо для мужчины, и руки у него золотые. Он замечательно заменяет мне родителей. Странно, что у него все еще нет девушки. Иногда мне даже кажется, что он поменял ориентацию и стал геем, но то, что он сказал сегодня за завтраком, меня поразило. — Я сегодня хочу отпраздновать Рождество с моей девушкой, извини… — Что? Ты сейчас серьезно? — Извини, просто я давно хотел провести с ней намного больше времени и… — Нет, подожди. С девушкой? — Да, а что такого? — Я думала, ты поменял ориентир… — Ты тупая? Думаешь, о чем говоришь? Чтоб поменять ориентацию? Да ни за что! Думаешь, я совсем больной? — кричит он. — Я не думаю, я знаю! — поднимаю вверх палец. — Ты у меня сейчас доиграешься! — Эй, ты, я вообще ради тебя приехала сюда, домой, а могла бы сейчас не маяться ерундой и делами заниматься. — Это какими же? — Не знаю, обычными, — смущаюсь я. — Слу-у-ушай, а кто мне должен был сделать племянников? — Это уже не мои проблемы! И, тем более, я еще не готова к этому. Я хочу хотя бы несколько лет пожить с ним так, а потом уже смотреть на его поведение и делать детей… — Так значит, посмотрим на мое поведение? — раздается удивленный голос со спины. Я испуганно вздрагиваю. — А ты откуда здесь? — поворачиваюсь я к нему. — Я тут с ночи, если ты не знаешь. И, вообще-то, я спал на твоем складном кресле, если ты меня не заметила. — А почему не ложился со мной? — Сюрпри-и-из! — смеется он. Ну и как тут на моего Чима обижаться? — Ты дурак? Почему не лег со мной. Я что, кусаюсь? — В последний раз ты меня больно-больно укусила в шею. — Это было за что, а сейчас-то в чем проблема? — Откуда я знаю, что у тебя там на уме. Бабы ведь. — А ты мужик, и что? Это ничего не дает. Зачем ты вообще здесь? Может, я видеть тебя не хочу, а ты приехал! — Ну, хорошо, я могу уехать. — Вот и езжай! — Дурочка, куда же я без тебя уеду! — Как куда? Куда хочешь! Без меня же! — Ты глухая? Я люблю тебя и никогда не брошу. Я не оставлю тебя одну, всегда буду за тобой, как хвостик, ходить и следить. — Не надо так, у меня должно быть свое личное пространство! — Ребят, вы сейчас поругаетесь, успокойтесь, прошу вас. -Юнсан, не влезай, пожалуйста, сами разберемся. — Не затыкай ему рот! Он что-то не то сказал? — немного разозлился Чимин. — Ничего, пускай только не лезет не в свои дела. К тебе приезжает девушка, хорошо, выгони меня на улицу. Я, может, хотела отпраздновать с тобой. — А Чимин что? -А, что Чимин? — Он твой муж, и вы должны отпраздновать Рождество вместе. — Не тебе решать, с кем мне праздновать, ясно?! — Пошла вон! — Вон? Ты выгоняешь меня? — удивляюсь я. — Да, пошла отсюда, и чтобы я тебя больше здесь не видел, пока не поймешь, что сейчас наговорила. — Да… Да пошел ты! — я сбегаю из дома, быстро нацепив ботинки и куртку, и бегу к троллейбусу. — Подожди, куда ты побежала, я не понял! — крикнул Чимин. — Подальше от вас всех! Знаешь ведь, не могу ставить людей на место и сама от этого ломаюсь. — Ну, зачем ты это все начала? — остановился он. Чимин долго шел за мной, поэтому я остановилась. — Я не хотела, чтобы он вмешивался. — Но он правду сказал, не надо ругаться. Зачем ты начала орать на меня? — Я не орала! — А что делала? — О Боже, — я падаю на колени и прикрываю свои слезы на лице ладонями. — Эй, Мин, вставай, ты чего? — Не трогай меня, чего пристал? Я плохая, со мной нельзя разговаривать, я же только орать умею. — Ты вообще о чем? Как же я тебя оставлю, если люблю? — Да не любишь ты меня, не любишь! Это только красивые слова, чтобы заниматься со мной сексом. — У тебя совсем уже мозги поехали? — Да, поехали! Зачем же я нужна тебе такая тупая?! — Дурочка, помолчи лучше, иначе еще хуже сделаешь. — Куда еще хуже-то? -А ты хочешь, чтобы я тебя оставил? — Нет, если ты меня оставишь, то мне не к кому идти… Да и ты нужен только мне. — Поэтому давай не портить друг другу настроение, и поехали домой. Там ждет тебя сюрприз… — Какой? — Сейчас ты все узнаешь, если пойдешь, конечно, со мной. — Пойду, куда уж я денусь, — я вытираю слезы и встаю с его помощью. — Пойдем, не смей плакать. Я не люблю, когда ты плачешь. Не стоит рыдать по такому поводу. Надо просто остановиться и согласиться, попросить прощения и улыбнуться. — В следующий раз так и сделаю. — Надеюсь, следующего раза не будет, — он улыбается. — Я тоже… — я следую его примеру и тоже начинаю улыбаться.       Мы садимся в машину и едем домой. Не знаю, что меня ждет сегодня, наверное, ничего необычного. Это будет первое Рождество с ним. Серьезно. За несколько лет с ним это первое Рождество, которое мы проведем вместе. — Что за сюрприз? — Сюрприз остается сюрпризом, — улыбается он себе и появляются ямочки. Такой милый. — Ну хоть намекни. — Ничего пошлого, — с разочарованием говорит он мне в лицо. — Это что-то как-то странно. — Да ладно, я что, такой пошлый? — Дай подумаю… Да! — Да ладно тебе. Пойдём. Сегодня одна романтика. — Это очень странно. Ну, хорошо. Что надо делать? — Для начала закрой глаза. Нет, я тебе не верю. Я завяжу их, — он завязывает своим шарфом с шеи мои глаза, аккуратно заводит в дом и удивительно быстро снимает ткань на моих глазах. — Боже, когда ты успел? — Когда тебя не было. То есть вчера, до ночи делали это с ребятами. -С кем? — С Гуком, Тэ, Юнги, Джином и Хосоком. Намджун не смог. Был занят на работе. Он же у нас творческая личность. Сидит, пишет слова для звезд. — Почему он сам не хочет записать и выложить это? — Даже не знаю, — подозрительно говорит он. — Ты что-то скрываешь? — Нет, — отрицательно мотает головой и пожимает плечами. — Как вы смогли повесить такие огромные фотографии с нами? — Это секрет. Главное, что тебе понравилось. Тебе же понравилось? — Да, конечно. Они так развешаны по всему дому? — Да. — А долго вы все разукрашивали? — Гирляндами всякими? Да нет. Не так уже и долго. — Вам, наверное, было трудно… — качаюсь я. — Было немного трудно затаскивать это все сюда, а так все нормально… — А, как вы занесли эту огромную фотографию сюда? — Секрет фирмы, не раскрываем. — Боже, какой ты у меня секретный. — Конечно, — я поправляю его ворот рубашки. — Что дальше? — Дальше у нас романтический ужин должен быть, но сейчас только обед, — говорит Чимин, — что тогда делать будем? — Не знаю, поехали за подарками ребятам. — Зачем им подарки? — удивленно спрашивает он, закрепляя руки на моей талии со спины. — Как зачем, они — наши друзья, надо подарить им что-нибудь, тем более они помогали тебе в твоем подарке, который мне очень понравился. — Ну, хорошо, и что мы им подарим? — Подарим им вещи в зависимости от того, кто чем занимается. Намджун пишет песни, подарим ему мой подарок. Я давно заказала для него кое-что. — Что это? — Новейшая программа для того, чтобы создавать песни. — Ого! -А кто у нас Гук, я давно с ним не разговаривала что-то. — Чертов бизнесмен. — И, что же можно подарить бизнесмену? — Давай подарим ему часы, он ведь, вроде как, любит носить наручные. — Тэхен. — Он у нас художник. Подарим ему масляные краски и холсты. У него краски заканчивались, он сам так говорил несколько дней назад. — Тогда подарим ему это все. А Хосоку что? — А чем он занимается? — Он со своей девушкой фотографирует для журналов. — Ему надо подарить мастер класс известного фотографа. — И где же мы его возьмем. — Есть у меня на работе девушка, у нее брат фотограф, но он не хочет идти туда. Попрошу у нее это приглашение. — Хорошо, что подарим Юнги? — Так как он у нас писатель, ему нужно куда-нибудь съездить и отдохнуть. Новые впечатления чтобы появились. — И куда же? — Он хотел в Японию. Давай отправим его на остров Хоккайдо, закажем ему номер в отеле на десять дней. — Тогда поехали выполнять наши подарки.       К восьми вечера мы уже были готовы с подарками. И решили их развести к своим получателям. — Эй, ребят это мне? Спасибо! Я с радостью схожу, — говорил Хосок — Я не думал что вы купите, у меня как раз все заканчивалось, спасибо, — улыбался Тэхен. -Это ты купила? Спасибо, теперь мне будет легче с новой аппаратурой, — пробубнил Намджун. — Да ну нафиг, это мне? Вы серьезно? Ребят, огромное спасибо вам, всегда хотел туда съездить, — обнимал нас Юнги.       А вот с Чонгуком все было намного сложнее. — Не стоит. Мне не нужны ваши подарки. — Эй, Чонгук, Рождество ведь. Прими от нас. — Я же говорю, не надо. Мы с Чимином все равно оставили на столе подарок, который предназначался ему, и поехали домой, где нас заждался уже праздничный, рождественский ужин. — Почему он так? — А ты не понимаешь? -Нет. — Он тебя все еще любит, а когда находится с тобой, сердце начинает ныть… — Но почему мы не могли остаться друзьями? Когда мы были в школе, все было нормально, а когда поженились, его уже не было рядом со мной, я его вообще потеряла, не знала даже, чем он занят. Все это время. Только сейчас от тебя узнала, что он бизнесмен. — Он лежал в больнице. Поэтому ты его долгое время не видела. — В больнице? Но с чем? — Он попал в аварию, поэтому долгое время лежал в реанимации, а потом уже в обычной палате. — Но почему ты не сказал? — Он хотел, чтобы ты его забыла. — Но зачем? — Дурочка, ты совсем не понимаешь?! Он тебя все еще сильно любит и не хочет, чтобы мы были вместе, но он ничего не будет делать, потому, что не хочет, чтобы ты была несчастна с ним. До тебя не могло дойти это сразу. — Но я же не думала, что это так серьезно и… Что же сейчас делать? — Ничего, никто ему не может помочь, пойми. И ты ему не поможешь, только хуже сделаешь… — Я понимаю… — Мин, давай не будем портить праздник. — И как же мы его портим? Разговаривая о Чонгуке? Вообще-то он единственный парень, с которым я познакомилась в вашей школе, поэтому меня это заботит. — Я не это хотел сказать. — А что? — Давай уже прекратим ругаться, пожалуйста. Что случилось то сегодня с тобой? Ты не с той ноги встала? — С той ноги, извини меня, я не понимаю, что творится, просто хочется прокричать все на кого-то. Прости, пожалуйста. — Ничего, со всеми бывает, — он паркует машину у дома и открывает мне дверь. Наш дом горит разными гирляндами. Я выхожу, и мы идем в дом под руку.       Что ж, сегодня он меня удивил несколько раз. Этот ужин при длинных белых свечах, красной скатерти, грациозной посуды и серебряными вилками, ножами и ложками был невероятен. Да и музыка была такой медленной и успокаивающей. Мне очень понравился сегодняшний день. Как бы и мне надо же ему подарить подарок. Я смущаюсь, ведь он не такой и грандиозный. — Оппа, у меня есть для тебя подарок, но… Но он сильно отличается от твоего. Намного. Твой подарок масштабный, а мой маленький. Ты всегда хотел купить это, но у тебя не хватало времени на это все. В общем вот. — я протягиваю ему огромную коробку. — Что это? — он распечатывает ее и видит название на коробки и быстро начинает улыбаться и смеяться от радости. — Да ладно! — Ты всегда хотел, я не знаю, почему у тебя этого не было. — Я сломал ее, когда играл с Гуком. — Ну вот, теперь ты можешь играть в свой xbox 360 сколько угодно. — Спасибо тебе, — он целует меня и у меня резко появляется желание, и, кажется, он это замечает, но лишь усмешкой улыбается мне. Гаденыш. Tropkillaz — Try Me — Чего ты на меня так смотришь? — Просто так… — Это не просто так ведь, да? — Попроси, если хочешь. — Хочу, — шепчу я. — Не обойдется этот праздник без пошлостей… — А я надеялась, что сегодня будет одна романтика, — я прыгаю к нему на руки, и он подхватывая меня под попу, ведет в комнату. — Ну, мы ведь можем сделать все, как обычные девственники. — А ты сможешь вытерпеть такое? — А ты сможешь вытерпеть тот темп, который я тебе задам? — Смотря, какой он будет. Быстрый или… -Или он будет очень медленным и нежным. Я сцелую каждую частичку твоего тела, слышишь? Каждую… — шепчет он в ухо и у меня идут мурашки по левой стороне тела. — Я верю тебе, — и целую его шею в знак подтверждения. — Сегодня все будет иначе, сегодня все будет по-другому. — С Рождеством тебя, оппа. — И тебя, солнышко.