Извини, я влюбился 2. Heartlessly

      Он тянет ко мне руки. Я так рада, что он здесь. Он — моя последняя надежда. Он единственный, кто остался ко мне верен. Спасибо ему. — Спасибо, — шепчу я ему в шею, прижимая его сильно-сильно к себе. Я просто не верю еще. — Эй, задушишь, — я отпускаю его и жду от него чего-то. — Почему? — шепчу я. Нет, я еще не верю. — Я не смог смириться с мыслью о том, что ты останешься с ним. Я… Я просто боюсь, что он сделает тебе больно. — Спасибо. Думаю, ты знаешь, что делать, — я целую его в щеку, и он берет меня под локоть.       Когда я уже поворачиваюсь к этой парочке лицом, то вижу на лице Ери недоумение, а на лице Чимина злость. Ой, да плевать, пускай злиться. Вот честно, пусть понервничает. — Раз все в сборе, то поехали, — я обратилась к Чимину. — Я взял такси, пока вы там сюсюкались, пойдём, — он сразу берет меня за руку. Багаж за нас несут другие люди. — Больно… — надуваю губки я, смотря на него. — Ну извини, мне тоже больно, — раздраженно говорит он. — А тебе-то что больно? — удивилась я. — Мы еще с тобой поговорим на эту тему. — Что?! На какую тему? О чем? — мы садимся в такси. Как я понимаю, мы вдвоем на этой машине, Гуки и Ери на другой. Чимин говорит адрес на английском и поворачивается ко мне. — Как на какую тему? Что с тобой происходит? Как ты себя ведешь? — А как я себя веду? — Странно ты себя ведешь… — Как? Скажи мне, как я себя веду? — Почему ты убегаешь от меня? Что я делаю не так? — Да все! — Что все? — Да мне надоело любить одной. — А кто сказал, что любишь только ты? — Все, Чимин, я не хочу об этом говорить, мне надоело. Я говорю в пустоту, — я отворачиваюсь к окну. — Что ты говоришь в пустоту? Эй, Мин. Пак Мин, — Хах, точно, я же его жена как никак. — Что, муженек? — Смотри на меня, когда я разговариваю с тобой. — А то что? Что мне будет? Накажешь меня? Возьмешь жестко? Тебе самому не надоело это? Поставь себя на мое место. Что бы чувствовал ты? — Но ты сама напрашиваешься на это! — Все, Чимин, давай прекратим этот бессмысленный разговор. Я скажу одно, я устала от этого всего, мне уже надоело это все. Спасибо. Просто спасибо, что был со мной когда мне было плохо, хотя сам же доводил; что сделал меня тогда самой счастливой два года назад. Если бы, хоть на миг, я бы могла вернуться назад, то я бы осталась в своей старой школе и была бы намного счастливее чем сейчас. — О чем ты вообще говоришь? Ты разве не счастлива со мной? — Уже нет. Ты падаешь в моих глазах, — я опускаю голову и отворачиваюсь, но он не дает мне этого сделать, потому что берет мое личико в свои руки. — Как понять «падаю»? Что я делаю не так, что ты страдаешь? — Чимин, я же сказала, хватит, прекрати, я не хочу говорить с тобой об этом. Пожалуйста, — У меня такое ощущение, что я уже плачу, потому что он большим пальцем вытирает мои слезы и тянется за поцелуем, но таксист перебивает его, сказав, что мы уже подъехали. Он лишь тяжело выдыхает и выходит первый, потом открывает мне и тянет руку. Я встаю с его помощью. Я не гордая.       Он оставляет меня и идет к другой машине. Ну да, Чимин, оставь меня одну и иди к этой… Хватит с меня, мы все уже знаем, кто она, не так ли? Вот мне только интересно одно, по что он меня оставил здесь одну?       Он ждет, пока дверь откроется и выйдет она, вот, чтобы я испачкалась этой грязью перед тобой! После нее выходит Гук, я все же подхожу к ним. — Можем идти в номера, — Чимин показал нам два ключика от номеров и мы поехали в лифте. Если честно, то мне немного страшновато ехать в лифтах. Вдруг он остановится или упадет? О Боже! — Не нервничай ты так, я рядом. Все в порядке, — Вот сейчас я ему лучше поверю. Я вцепилась в его руку посильнее. — Я и не нервничаю. — Так я тебе и поверил, — ухмыльнулся он, смотря мне прямо в глаза. Не смотри на меня, прошу. — Ты чего? — Ничего… Просто… — заторможено говорю я. — Эй, ты чего так тормозишь? — Я просто удивляюсь твоему поведению, — пожимаю плечами я. — Какому? — Да какая разница. Не спрашивай, все равно не поймешь, — я выхожу с ним из лифта. — Мы будем жить здесь, они на этаже ниже. — Вот и отлично, — натянуто улыбаюсь я. — Пойдем… — он берет меня за руку и тянет за собой. — Не беги ты так. — Знаешь, мне все же надо было отдать тебе этот подарок раньше, но все же, послушай этот альбом потом, ладно? — Хорошо, — я беру у него черный альбом, на обложке написано на английском «Dark and Wild». Темные и дикие? — Спасибо. — Да не за что, ты не слушай его пока, пожалуйста. Я скажу, когда будет лучше всего его послушать, хорошо, медвежонок? — Ура, он назвал меня так или это все же… — Почему медвежонок? — дуюсь я. -Как почему? — улыбается он и обнимает меня со спины, — Ты такая неуклюжая бываешь… — И что? Я начинаю думать, что я не неуклюжая как медведь, а толстая как медведь. — Ты видела себя в зеркале? Да на тебе одни кожа да кости. — Не правда! Я толстая! — А ну молчи и не неси бред. — Чем мы сейчас займемся? Уже вечереет. — Хочешь пройтись по пляжу? Или на ужин сходить? — Хочу… — улыбаюсь я. Только… — Тогда я Ери с Гуком позову. — Оке-е-е-ей, — натянуто улыбаюсь я. Без нее же, блять, никуда!       Мы разложили свои чемоданы и вытащили необходимые вещи. Я достала себе платьице и конверсы. А-а-а-а… Конверсы, люблю их. Распустила волосы, уложила их и еле заметно накрасилась. — Ты готова? — ко мне вышел Чимин. — Да, скоро иду, — я выхожу и вижу его в брюках и белой рубашке. Ну, ничего ты так приоделся на прогулку с ней. Я улыбаюсь сама себе. — Чего? Нравится? — Да я не о тебе сейчас думала. — А о ком? — удивляется он. — Не важно… — отмахиваюсь я и беру свою маленькую сумочку с телефоном. — Идем? — Дай мне свой телефон, пожалуйста. — Зачем? — он тянет мне его. — Да так… — Я включаю его и вижу нашу фотографию, где мы на фронталку сфотографировали наш поцелуй. Ладно… — Держи, — я отдаю его и он берет меня за руку.       Мы заходим за ними. Она уже приоделась для него. В короткой футболке, обычных шортах и чулочках. Чонгук же надел просто шорты и обычную футболку, а на голову шапку. — Пойдемте ужинать, — мы едем вниз на лифте. — Будешь? — Ери тянет мне батончик. Я неуверенно беру его. Она берет такй же из сумки, открывает и ест, я следую ее примеру, хотя мало ли.       Зайдя в дорогой ресторан, мы сели за один стол. Меня удивил заказ Ери. Она столько всего заказала, она это вообще съест? Я же заказала обычный салат и красное вино. — Ери? Ты сможешь съесть столько? — А что? Хочешь помочь? — ухмыляется она и приступает к еде. — Да нет, меня уже тошнит от вида того, что ты заказала. — Ну, ничего страшного, толчок близко, тебя проводить? — О, нет, я сама, — Черт, меня и правда тошнит, только не от ее еды, а просто тошнит, я не знаю почему.       Я встаю из-за стола и направляюсь к туалету. Нет, мне правда плохо. Гребаный батончик! Я подбегаю к свободной кабинке и еле успеваю закрыть дверь, как блюю. Блин, да чем я блюю? Когда я в последний раз нормально ела? Такой ужасный вкус. Такое ощущение, будто ты ешь то, что уже переварила, хотя… Фу… Как пахнет-то не приятно. Да и от меня будет пахнуть не лучше.       Я падаю на колени и завязываю волосы резинкой. Хватаюсь за кольцо унитаза и блюю дальше. Что там? Что это за батончик? — Девушка, с вами все в порядке? — ко мне в кабинку стучат. Она говорит на англиском. — Нет, мне… Мне плохо, меня тошнит, — я сглупила, она же со мной на английском, но она продолжает отвечать мне уже на корейском. — Вы что-то не то съели? — Да, мне подсунули какой-то батончик. — Ох, кажется я знаю, что это. Пожалуйста, откройте, вам нужно выпить лекарство, иначе в больницу сляжете, — я верю ей и открываю дверь. — Вот, держите… — она дает мне пакетик и бутылочку воды. Я открываю пакетик и выпиваю все. — Подействует не сразу, но все же… — Спасибо вам. — Как тебя зовут? Сколько тебе лет? — она садится на корточки. — Мин, меня зовут Мин, мне двадцать. — О, мы одногодки, меня зовут Хесон. — Приятно познакомится, — она тянет мне руку. — Вставай, тебя нужно привести в порядок.       Я встаю с ее помощью, и она ведет меня к зеркалу. Да, лицо мое стало не очень. Она подтерла мне макияж и подкрасила заново. — Ну, вот и все. Ты одна пришла? — Почти. — С кем же? -У нас общий ужин, но я не хочу там больше сидеть. — Тогда-а-а… Давай прогуляемся. Я с подругой пришла. — Хорошо. — Я буду ждать тебя возле выхода.       Мы выходим из туалета, и я направляюсь к нашему столику. Там они бурно о чем-то говорили. Я быстро забрала висящую на стуле сумку и ушла, мне что-то кричали вслед, но я быстренько убежала к выходу. Melanie Martinez — Soap — О, Хесон, кто это? — рядом с ней стоит ее подруга. — Моя новая подруга, знакомься — это Мин, Мин — это Нанами, она японка. Мы приехали сюда отдыхать, а живем в Сеуле. — Это так здорово, я тоже из Сеула, — улыбаюсь я. — Ты недавно приехала? — спрашивает меня Нанами. — Да. — Тогда пойдем мы тебе здесь все покажем.       Так мы и провели с ними время. Они водили меня по разным магазинам, мы многое попробовали, много где гуляли. Они довели меня до отеля, перед этим дав свои номера телефонов. Я поднялась наверх по лестнице, мне не очень-то и хотелось ехать туда в лифте. — Ты куда ушла опять? — Гулять. — Какого черта ты творишь?! — он толкает меня к стенке, и я быстро впечатываюсь в нее. — На звонки не отвечаешь, я что теперь должен делать? — Ничего, я просто ушла гулять и хорошо провела время. — Я вообще-то переживаю. — И что? — С кем ты была? — С подругами. — И где же ты с ними была? — Везде. — Что произошло, почему ты ушла в туалет? — Мне было плохо, меня тошнило, — он держит меня за талию и подходит слишком близко. Я слышу как он дышит. — А сказать никак было? — шепчет в ухо и облизывает мочку уха. Пробегают куча мурашек по правой стороне. — Чимин… — шепчу я, — Прекрати. — Что? Вот это? — он нежно кусает меня за щеку. — Чимин, прекрати… — скулю я и выгибаюсь. — Так что же прекратить? Вот это? — он глубоко целует меня, — Или вот это? — Он начинает оставлять на шее огромные отметины по всей моей правой стороне. — Боже, Чимин, прекрати! — кричу я и как-то громко выдыхаю с закрытыми глазами. — Знаешь, а твое тело говорит обратное, смотри… — он быстро засовывает два пальца в меня. Я ахаю. — Пожалуйста… — Не так быстро… — он впивается в мои губы и начинает двигать пальцами.