Живое сердце в механической груди

      После встречи с похитителем тел, Артур немного успокоился — по крайней мере, он перестал думать об убийстве на кладбище, брате и вдове, чьи дни были уже сочтены, как это не прискорбно. Что поделать, но прагматичный мужчина, коим был полицейский, не верил в то, что Ричард успеет осуществить свой план вовремя. Все эти операции… они болезненны, опасны и рискованны, а потому инспектор Дрейк был убежден в том, что его брату не суждено быть счастливым.       Чтобы отвлечься от невеселых мыслей, Артур полностью сосредоточился на других делах, которые ему было поручено расследовать. И надо признать, что начал работать он вовремя, ведь начальник полиции уже начал негодовать по поводу того, что его люди бездействуют. Медленно, но верно жизнь инспектора Дрейка входила в привычную колею, и это не могло не радовать. За ту неделю, что полицейский ждал вестей от Эрига Гипсона, он успел разобраться с тремя делами и отправить их в архив, теперь можно было не волноваться об этом. Но забывать об убийстве на кладбище было нельзя, ведь граждане Сорано до сих пор были обеспокоены и обсуждали это преступление, обрастающее все более и более пугающими слухами, один нелепее другого. Что поделать, но скучающие леди и джентльмены любили обсуждать подобные вещи, это приносило хоть какое-то разнообразие их строгую жизнь, подчиненную правилам и устоям общества. Фактически сплетни были одним из любимейших развлечений жителей города, которые обсуждали все, начиная от новомодных технологий, заканчивая тем, кто и с кем спит.       — Знаешь, я начинаю сомневаться в том, что наш информатор стоит потраченных на него денег, — Крейг устало потянулся. Он точно так же, как его коллега и напарник, успел разгрести гору бумаг и отчетов и сейчас считал, что вполне заслужил небольшой отдых. Да и рабочий день уже подходил к концу, так что можно было расслабиться.       — Он даст о себе знать, непременно даст, — Артур и сам не знал, откуда у него такая уверенность, но не сомневался в том, что его новый осведомитель найдет нужную информацию. — Может быть, узнать о том, с кем работал господин Вуд оказалось сложнее, чем мы предполагали, а может наш дорогой мистер Гипсон набивает себе цену. Это не имеет значения — он сделает то, что нам нужно. В противном случае мы можем испортить его репутацию, пустив в определенных кругах слух о том, что он работает на полицию, а так же, что он является не надежным деловым партнером. И наш похититель тел это прекрасно понимает, а потому непременно даст о себе знать.       — Надеюсь на то, что ты прав… Признаюсь честно, я все больше сомневаюсь в том, что мы разберемся в этом деле. Любые ниточки обрываются. Все гипотезы никуда не ведут… В такие моменты начинаешь верить в мистику и чертовщину. Не подумай, я не верю в то, что это дело рук куклы… Но это преступление странное, возможно, оно даже слишком сложное для нас.       — Все может быть, но пока у нас еще есть шанс найти убийцу, — вздохнул Артру. Инспектор превосходно понимал состояние коллеги, у него и самого время от времени появлялись эти пораженческие мысли, но он гнал их от себя. — Давай, подождем еще немного, уверен, наш осведомитель отработает свой гонорар, тогда-то мы и решим, что делать дальше. Вполне вероятно, что мы окончательно зайдем в тупик, но, может быть, напротив, мы выйдем на верный след.       — Радует, что хоть кто-то из нас сохраняет оптимизм относительно этого дела, — натянуто улыбнулся инспектор Брукс, мечтающий, чтобы этот день поскорее закончился, и он смог вернуться домой. *** Спустя несколько часов       Город Сорано был грязным, душным, черным, дышать здесь с каждым днем становилось все труднее, а дороги покрывал черный пепел, падающий с небес. Люди стремились, как можно меньше времени проводить на улицах, а если и выходили, то прятали лица, за респираторами и защитными очками. С каждым днем это получало все большее распространение, и даже Артур последовал совету доктора Лонгмана, начав носить защитную маску. Город медленно и мучительно умирал, лишаясь своих красок и люди, все чаще мечтали о дожде, который пусть и ненадолго, но смоет эту черноту, что окружает их.       Полицейский раздраженно осматривал некогда любимый город, размышляя о том, что скором времени ему возможно придется переехать, перебраться куда-нибудь в более спокойное место, где можно дышать свободно. Технологии и машины многое дали обществу и обогатили промышленников, но при этом именно это губит все живое. За все приходится платить… Печальные мысли…        Артур подошел к трехэтажному каменному дому, чьи некогда нежно-желтые стены, украшенные барельефами и искусной лепниной, стали черными и грязными. Именно здесь, инспектор снимал небольшую трехкомнатную квартиру, которая стала его домом.       — А вот и вы… Я уже заждался, — послышался смутно-знакомый приглушенный из-за респиратора голос.       — Могу сказать то же самое и о себе, — моментально ответил Артур, перевозя взгляд на мужчину в шерстяном пальто. Несмотря на то, что лицо его собеседника закрывали современный респиратор и защитные очки, никаких сомнений в то, что это Эрик Гипсон не было. — Надеюсь, вам есть чем порадовать меня?       — Да, но это было труднее, чем я предполагал.       — Что ж, предлагаю обсудить это в доме. Обычно я не приглашаю людей вашего толка к себе, но это лучше, чем вести разговоры на улице.