Совершенно другая история.

По вечерам Гермиону чуть ли не за руку уводили из библиотеки, но она и в гостиной ни на минуту не отрывалась от книг и домашнего задания. Недавно девушка приобрела странную привычку засыпать прямо на диване в общей гостиной, и просыпаться около пяти-шести утра в обнимку с каким-нибудь пыльным фолиантом. Не то чтобы староста так сильно была помешана на учебе, скорее, это помогало отвлечься от личных проблем и мыслей, которые по мнению Гермионы, являлись глупыми и безосновательными. Вот и сегодня Гермиона проснулась в гостиной. Рядом с ней на столике аккуратно лежал километровый свиток пергамента, а заученная наизусть книга по травологии за пятый курс заменяла девушке подушку. За окном уже рассветало. В гостиной Орлиного факультета царила тишина. В камине догорали последние поленья, но они все еще дарили тепло проснувшийся девушке. Родная гостиная была для Грейнджер самым лучшим и самым родным местом во всем Хогвартсе. Здесь всегда было чисто, тепло и уютно. Никто из Когтевранцев никогда не шумел, не дрался и практически не спорил друг с другом, ибо на факультете Кандиды Когтевран учились только высокоразвитые и благовоспитанные ребята. Все конфликты старались решать с помощью логики и здравого смысла. Гриффиндорцев и Слизеринцев связывает лишь одно общее мнение, мол Орлиный факультет содержит в себе всяких зубрил да ботаников. Поттер однажды даже шутил, что здесь штампуют старост и книжных червей. Ну это смотря с какой стороны посмотреть. Гермиона не сожалела о том что поступила именно на Когтевран, девушка с самого начала знала, что здесь ей самое место. Даже среди Когтевранцев она считается самой умной и всюду ее преследует гордое звание «Заучки Грейнджер». Хотя за четыре с лишним года девушка уже вполне привыкла и искренне старается не обращать внимание на мнение кого-либо. Так и выходит. На мнение кого-либо внимание она не обращает, а вот мнение некоторых избранных все же задевает иногда. *** Осознав тот факт, что спать идти уже нет смысла Гермиона начала собираться на завтрак. Так как Полумна наверняка еще спала, Грейнджер пришлось идти в Большой зал одной. Единственная, самая преданная подруга Гермионы была очень странной, но невероятно доброй и чуткой. До знакомства с Луной Гермиона не знала, что такое настоящая дружба. Нет, конечно, то что Гермиона общается, в основном, с Луной не означает, что у старосты нет и других приятелей. Гермиона в хороших отношениях со многими студентами Хогвартса. Из своего факультета девушка может выделить Рику Лойт и Терри Бута. С ними всегда можно поговорить об истории Хогвартса и магической Англии. Они хорошие собеседники, товарищи, в конце концов. Также девушка в хороших отношениях с Падмой Патил и Мэнди Броклхерст. Гермиона неплохо ладит с Пуффендуйкой Сьюзен Боунс. А из Гриффиндора Гермиона имеет приятельские отношения с Невиллом Лонгботтомом, Роном и Джинни Уизли. Что касается Слизерина… Гермиона не имеет друзей на этом факультете, но втайне выделяет Гарри, Драко и Лионику. Какими бы невыносимыми они ни были, но учатся они хорошо и дружат по-настоящему. Ребята всегда готовы прийти друг другу на помощь, да и другим помогают охотно. Недавно у них произошло несчастье, на маму Лионики и Гарри было совершено нападение. О случившемся вот уже больше недели говорит вся школа. Гермиона, если честно, слухи слушала с охотой, ведь после того случая Ли и Гарри исчезли из школы. Драко тоже ходит сам не свой последние дни. Так хотелось знать что же там у них происходит, все ли хорошо, а еще, ей просто хотелось поддержать ребят. *** — Поттер не появлялся в Хогвартсе больше недели. Неужели все настолько серьезно? Не представляю, как там Блэк, я бы с ума сошла. На Малфоя, вообще, смотреть страшно… По пути в Большой зал Гермиона думала о Слизеринцкой троице. Сумка в которой лежала куча книг предательски трещала по швам. А голова из-за недосыпа и гогота других студентов вспыхнула острой болью. Скорее бы добраться до Большого зала, — Повторяла про себя Гермиона, не обращая внимания на мимо проходящих младшекурсников с какими-то товарами, купленными недавно у близнецов Уизли. Если бы не головная боль и мысли о Поттере, то тогда бы младшекурсники уже лишили бы нескольких очков свой факультет. — Гермиона! Подожди, Гермиона! Знакомый голос Когтевранка услышала не сразу. Его заглушали разговоры других идущих по коридору студентов. — Герм! Я бежал за тобой с третьего этажа, но какие-то парни все не давали мне протиснуться в толпе, а потом еще и лестница направление поменяла! Представляешь?! Рядом с Гермионой поравнялся донельзя озадаченный Рональд Уизли. Он приветственно улыбнулся подруге и рассказал о случившемся с ним десятью минутами раньше. Парень был серьезен, но его неуклюжие движения и постоянная жестикуляция воспринималась у девушки с еда заметной усмешкой. Рон всегда такой неуклюжий, но эта его неуклюжесть так сочеталась с рыжими волосами и добрыми голубыми глазами, что Грейнджер даже нравилось это в нем. Рон хороший парень, с самого первого года всегда находился где-то неподалеку. Помогал, поднимал настроение, ругался с Поттером из-за нее… — Доброе утро, Рон. Гриффиндорец снова улыбнулся. — Давай сумку понесу, нам же все равно по пути, — не принимая возражений, сказал ей Уизли и выхватил тяжеленную сумку из рук старосты. — Гермиона, скажи честно, ты там кирпичи таскаешь? — добродушно поинтересовался у подруги Рон спустя минуту. Грейнджер нахмурилась. — Там всего-то пару учебников. — Все никак не могу понять, как ты постоянно носишь это с собой. Ты же девушка все-таки, а сумка не такая уж и легкая, — заметил Уизли. — Привыкла, наверное, уже. Годы тренировок, как никак, — с серьёзным видом, отозвалась Гермиона. Рон невольно прыснул и Когтевранка не смогла не подхватить его задора. За всякой болтовнёй ребята и не заметили, как пришли, наконец, в Большой зал. Солнце уже поднялось высоко, а небо было ясно-синее. Напоследок махнув рукой друг другу, они разошлись, каждый за свой стол. Как ни странно, людей на завтраке было уже достаточно много. Преподаватели сидели за своим столом в полном составе. Они разговаривали друг с другом, стараясь не обращать внимания на возрастающий шум в зале. Гермиона присела рядом с Падмой Патил и поздоровавшись с ней, приступила к завтраку. — Как дела? — поинтересовалась Падма, поливая джемом тост. — Снова не выспалась? Гермиона неловко кивнула. За разговорами с Патил Гермиона не сразу заметила, что в зале стало тихо и все как один уставились в сторону Слизеринского стола, куда только что подсел сам Гарри Поттер. Он вернулся. От этой мысли Гермионе стало немного легче. Со стороны он казался веселым и жизнерадостным, но в его глазах даже издалека девушка смогла увидеть ужасную печаль. Что-то кольнуло в сердце. Грейнджер вдруг стало не по себе. Наверное, страшно, когда твои близкие в беде, а ты ничего не можешь с этим поделать. Как Гарри справляется с этим? Как держит себя в руках? Как может улыбаться, когда в действительности плохо? — мысли, что вертелись в голове у шатенки. Не такой уж он и идиот, каким старается казаться.</i Гермионе захотелось подойти и поговорить с ним, узнать, как дела, как его приемная мать и Лионика, но что-то все же ее останавливало. Может, во всем виновна ее гордость, маска старосты и ненавистницы избранной троицы, а может, что-то другое... *** Заметил ли кто-нибудь, что Заучка Грейнджер уже непозволительно долго пялиться на самого легкомысленного парня школы? Гарри и Драко поговорив, встали с места и направились в сторону выхода из Большого зала. Гермиона проводила их заинтересованным взглядом, а после глубоко вздохнула и продолжила завтракать. *** В полной тишине Гарри и Драко дошли до Виадука. Драко хотел было начать разговор, но друг его опередил. — Пора бы напомнить Хогвартсу о нашем существование, как считаешь? Драко слегка удивился такой быстрой перемене в настроение Гарри. — У тебя есть идея для розыгрыша? — Десять дней прошли для меня весьма плодотворно. Я нашёл рецепт очень интересного зелья в кабинете Сириуса. Сварить его я, естественно, не успел, но рецепт переписал и план уже начеркал. — И что за зелье? Как оно действует? — удивился Драко. — Слышал о зелье, которое показывает истинное отношение человека к тебе? — спросил Поттер и взглянул на друга. — Ну да. — Так я про него и говорю, только оно слегка усовершенствовано. Прикинь так подлить зелье Рону перед уроками? — громко протянул Гарри и хлопнул в ладоши. — Что ж, хорошо, только зельем займусь я. От тебя одни беды в этом деле, — Драко ухмыльнулся. — Подавись, профессор, — фыркнул Гарри и тут же рассмеялся. Драко закатил глаза. — Пойдем, найдем Лионику как раз отвлечем ее от самобичевания, — предложил Малфой. — Погнали, — сразу согласился Поттер.

***

Попрощавшись с близнецами Ли, вернулась в гостиную. Было много разных планов и вопросов. <i>Как сказать Гарри и Драко, что она объединилась с близнецами? Кого позовут Фред и Джордж в отряд? Выйдет ли из ее идеи что-то путное? Столько вопросов и все без ответов. Пока Лионика раздумывала в гостиную заявились Гарри и Драко. Завидев подругу, они быстрым шагом направились к ней. — Иди сюда, Блэк, — с улыбкой выкрикнул Драко и широко расставил руки. Лионика совершенно искренне просияла и бросилась в объятия друга. — Малфой! Как же я рада лицезреть твою аристократичную физиономию, — отвесила она усмехаясь. — Не думал, что скажу это, но я, черт возьми, скучал по твоим неудачным подколам, — с ухмылкой, ответил ей Драко. — Эй! — Лионика возмущено фыркнула. Гарри втиснулся в их объятия. — Так, оставьте свои семейные приветствия на потом. Драко, Гарри и Ли посмотрели друг на друга и рассмеялись. Потом Блэк завалилась в одно из кресел и ребята последовали ее примеру. — Ты как? — спросил, наконец, Драко у нее. — Ты же знаешь, это непросто, — вымолвила Ли, поджав губы. Драко кивнул. — Ладно, ладно, подбираем сопли, настраиваемся на позитив! Все будет хорошо, наша Кристина еще станцует на могиле этой чертовой Лестрейндж, — заявил совершенно серьезно Гарри. — Звучит неплохо, — заметила Ли. После пятиминутного молчания все трое, заговорили одновременно. — Нам нужно кое-что обсудить! После все удивленно переглянулись. — Ты первая, — синхронно сказали Гарри и Драко, смотря во все глаза на подругу.

***

… Гарри сложился пополам от смеха, слегка придерживаясь за подлокотник дивана. Вот уже больше получаса Лионика пыталась рассказать друзьям о своём разговоре с близнецами Уизли. Драко все никак не мог понять шутит Ли или нет, поэтому оставался серьезным. — Ты верно шутишь, да? — вдоволь насмеявшись, наконец, спросил подругу Гарри. Малфой переглянувшись с ним, озадаченно уставился на родственницу. Девушка резко вскочила с кресла и быстро прошлась по комнате. — Вы должны понять, что… — Блэк замялась и снова смерила друзей серьёзным взглядом, отчего Гарри и Драко вновь переглянулись. — Да ладно, хватит! Это уже не смешно! После того как Лионика коротко изложила план действий, не забыв упомянуть участие в нем близнецов, Поттер все никак не мог успокоиться. Драко был настроен скептически, но в целом, старался сохранять нейтралитет. — Гарри, моя мать в коме, маглы начинают исчезать, волшебный мир, мать его, на грани войны, а ты все никак не можешь серьезно воспринять новость о том, что Фред и Джордж будут частью команды. — Лионика! Мы соперничаем с ним вот уже пять лет! Я просто не могу поверить, что вы вот так просто решили работать вместе. Не ты ли говорила, что на дух их не переносишь всего полтора месяца назад? — Да какая к черту разница, что я говорила полтора месяца назад? Сейчас все по-другому и я… — девушка осеклась. — Я не обязана оправдываться перед тобой, Гарри Джеймс Поттер! — возмутилась было Блэк, но быстро взяла себя в руки и продолжила. — Гарри, полтора месяца назад моя мать не была при смерти, и полтора месяца назад меня не просвещали в дела Ордена. Ты и сам понимаешь, что нам нужна поддержка наших сверстников, нам нужны дети Орденцов и авроров, возможно, что именно нам и уготовано внести большой вклад в общую победу над этим ублюдком! Драко стоял молча. Ему не нравилась позиция Гарри, но и предложение Лионики казалось не совсем разумным. Малфой бросил быстрый взгляд на друзей и нахмурился. — Я ничего против нового поколения Ордена и не говорю! Я говорю только о том, что не стану работать вместе с близнецами. Может тогда и Нахального Ронни позовём? А что, он явно сыграет решающую роль в сражение, — саркастично предложил Поттер и резко поднялся с дивана. — Рон тоже является сыном члена Ордена, как и близнецы. Тебе придётся смириться с тем, что он и его семья будут принимать участие в битве, — заметила девушка. — Прекрати вести себя так, будто это только твоя личная война и никого она больше не касается. Мир не крутится во круг тебя, Поттер. После этих слов Гарри словно раздулся от возмущения. Вид у него был такой, словно подруга детства только что ударила его под дых. — Драко! — Поттер стремительно обернулся к Малфою, как к последнему оплоту справедливости в мире. — Ты-то скажи ей! — Слушайте… Драко хотел было высказаться, как Блэк выскочила из гостиной, громко хлопнув портретом, дав понять друзьям, что разговор окончен. — Да пошло оно все мантикоре под хвост, — напоследок прохрипел Гарри и растормошил свои спутанные волосы. Лионика в ярости миновала коридор, другой, налетела на дверь возле рыцарских доспехов, остановилась возле неё на секунду, чтобы перевести дух и решительно направилась дальше, но из-за угла в этот же момент вылетела какая-то девушка и они оглушительно стукнулись лбами. — Грейнджер? — оглядевшись, вымолвила Блэк. — Привет, — потирая ушибленную голову, проговорила Гермиона. Лионика, на удивление, сразу успокоилась. — Куда так несешься-то? — спросила она. — Я слегка опаздывала на ЗОТИ, — проворчала Гермиона, а потом вдруг улыбнулась. — Ну да ладно. Блэк посмотрела на Когтевранку решившую прогулять урок и в недоумении приподняла брови. Грейнджер и сама удивилась оттого, что сказала секундой раньше, но, как говорится, слово не воробей. — Рада, что вы с Гарри вернулись, — быстро проговорила Гермиона и снова удивилась сама себе. Лионика удивилась ни меньше. За четыре с лишним года учебы в одной школе, Гермиона и Ли заговаривали раза два, и то по нелепой случайности, связанной с Гарри и его безбашенной любовью. — Да, спасибо. Лионика и Гермиона стояли друг напротив друга и в голову обеим шли одни и те же мысли и вопросы: «Какого черта, вообще, происходит? О чем с ней говорить?» — Твоя мама в порядке? — голос Когтевранки слегка дрогнул. — Да, спасибо, — на автомате бросила Ли и тут же осеклась. Гермиона всматривалась в нее пристальным взглядом и Лионика сломалась. — Вообще-то нет, — сказала она и осела на пол, закрывая лицо ладошками. Гермиона решительно присела рядом, но говорить ничего не стала, дав возможность Слизеринке выговорится. — Совсем не в порядке. Сначала лекари толком ничего не говорили и никого не пускали к ней. Я просто сидела под дверью и старалась взять себя в руки. Меня мучил лишь один-единственный вопрос: Выживет ли она? Лионика всхлипнула. И Гермионе показалось, что она довольно долго себя сдерживала. — Через два дня все-таки пустили в палату, объявив при этом, что мама в коме и не известно, когда выйдет из нее. — Блэк перевела заплаканные глаза на Грейнджер. — Знаешь, зрелище было то еще. Она выглядела ужасно. Тут-то я и не выдержала, залилась слезами и меня вывели оттуда, — шепотом проговорила она. Гермиона мягко похлопала Ли по плечу в знак поддержки. — Главный вопрос сейчас, это не когда именно очнется мама, а очнется ли вообще, — Лионика утерла слезы и уставилась в пол. — Она очнется, вот увидишь обязательно очнется! — взволнованно проговорила Когтевранка. Блэк даже удивилась почему рассказала о своих переживаниях Грейнджер. Ни своим друзьям или отцу, а именно Грейнджер. Может быть и правда то, что говорят некоторые люди: В некоторых ситуациях проще довериться и излить душу малознакомым людям, а не своим близким. — Спасибо, Гермиона, — Ли почувствовала облегчение, когда, наконец, выговорилась. Потом они просто сидели вместе на полу в коридоре на втором этаже и молчали. Каждая о своем. Продлилось это молчание относительно недолго, так как вскоре тишину разбавил топот чьих-то ног. Это оказались Гарри и Драко, успевшие за это время все обдумать. Лионика встала с пола и попыталась уйти из поля зрения друзей, но было поздно — Поттер и Малфой ее заметили. Гарри был серьезен, как никогда. По его лицу было видно, что ему многого стоило прийти к Ли и согласиться с ее предложением, но парень старался этого не показывать — Мы все обдумали, — выпалил он и подошел ближе к подруге. — Мы согласны на твои условия. После этого парень поймал взгляд Гермионы, слегка улыбнувшись ей. Драко покачал головой. — Какие еще условия? Гарри, ты говоришь так, будто делаешь мне одолжение, — снова возмутилась Ли. Гермиона ничего не понимала, поэтому просто переводила взгляд с Лионики на Гарри и наоборот. — Блэк, остынь, — встрял Драко. — Поттер совсем не это хотел сказать и ты это должна понимать. Лионика хмыкнула. Гарри сделал вид, что страшно обиделся. Атмосфера все накалялась. — Ладно. Если ты поборол свою гордость, то и я не прочь, — расслабилась Ли и слегка улыбнулась. Драко облегченно выдохнул. — Мое согласие дорого стоит. За это тебе будут уготованы страшные муки, Лионика Кристина Блэк, — натянутым голосом, проговорил Гарри и ухмыльнулся. Девушка показала Поттеру язык и театрально отвернулась в другую сторону. — Это, конечно, милая сцена, но может посветите меня в суть своего разговора, раз уж я все равно здесь? — привлекая всеобщее внимание, твердо спросила Гермиона.