А может все было наоборот?

       - И... раз, и... - Затаив дыхание, я сделал опасливый шаг вперед, - два?..        Выдохнув вместе со словами, я позволил себе счастливую улыбку: я стою! Подняв ногу, я довольно ощутимо топнул, готовый в момент среагировать , но область под ногами оказалась стойко твердой и едва упругой. Подождав несколько мгновений, я сделал шаг в сторону, приблизившись к краю почти вплотную. Постоял немного, а затем и попрыгал для большей нагрузки. И.. никаких нареканий!        Идеально!        - Ятта! Получилось! - Воскликнул я радостно, отплясав небольшой и крайне нелепый "танец победы", стоя на своем новом шикигами. Я сделал это!!! Я создал летающего шикигами, который был достаточно силен и прочен, чтобы нести на себе дополнительный груз. Выглядел он довольно просто и почти неказисто: большой прямоугольник "разбухшей" бумаги два шага в ширину чуть меньше пяти - в длину. "Голова" шикигами имела вид равнобедренной трапеции и была сложена наподобие оголовья самолетика. Печать пяти элементов компактно располагалась в середине "лба" шикигами, чем смутно напоминала причудливое подобие глаза. И как завершающий штрих - длинный, около метра и десяти сантиметров в толщину, хвост. В общем и целом, шикигами казался абстрактной пародией на помесь камбалы и ската, выполненной в крайне скупой и минимальной схеме.        Да, мне, определенно, стоило немного дольше подумать над дизайном. Впрочем, внешний вид был не особо важен. Главное: эта штука свободно летала! Словами не передать всю мою радость по этому поводу. Как-никак над этим своим созданием я корпел, в буквальном смысле, в три головы почти бессменно!        - Ладно, попробуем. - Азартно облизнув губы, пробормотал я. Взмахнув ритуальным веером, указываю шикигами двигаться прямо. Пентакль тускло сверкнул, и шикигами полетел! Вернее, поплыл. Магическое создание двигалось плавно и почти неощутимо, подобно изящной рыбе. Пока не было иной команды, он просто несся вперед на расстоянии полуметра над землей, медленно наращивая скорость.        Взмах, - команда - шикигами плавно поворачивает в сторону, совершенно не теряя в скорости. Становясь все более довольным, я аккуратно прошелся по шикигами, отмечая, что чтобы держаться на нем мне не приходилось прилагать никаких усилий. Пролетая над несколькими валунами, я направил шикигами на них левым боком, а затем с интересом наблюдал, как бумажная "плоть" магического фамильяра изгибается и скользит по препятствию, подобно медузе: все-таки он довольно мягкий и подвижный.        "Просто великолепно!" - Резюмирую к концу всех испытаний. В ходе проверок выяснилось, что мой причудливый транспорт может двигаться со скоростью велосипедиста, что составляет примерно 15-20 км/ч. Впрочем, при желании эту скорость можно было многократно увеличить, путем подпитки фамильяра силой напрямую. Маневренность у создания выше всяких похвал, так как я использовал для шаблона движителя дух рыбы. Ну а управляемость и вовсе идеальна - транспорт слушался приказов почти мгновенно, и управлять им было немногим сложнее, чем игрушечной радиоуправляемой машинкой. Единственной "удовлетворительной" чертой была грузоподъемность: шикигами мог безпоследственно взять лишь два-три моих веса, после чего резко терял в скорости и подъемной силе. Впрочем, на данный момент этого было вполне достаточно.        Закончив все испытания, я отдал нужную команду, после чего искусственный фамильяр сноровисто "сложился" в небольшой плотный прямоугольник бумаги, юркнувший мне в руку. Любовно погладив свое новое создание, я спрятал его в рукаве и стал собираться в обратную дорогу. Еще было так много дел: обойти ловушки и, наконец, собрать "урожай" природных духов, раздобыть кое-какие травы, приготовить обед, разбудить Наруко...        Ара-ара, сколько дел, сколько дел~                      На самом деле... я уже давно раздумывал над тем, чтобы плотнее заняться более классической магией. Стыдно признаться, но с момента моей жизни в храме я слишком расслабился и вел практикум довольно легкомысленно. Отчасти, в этом вина того, что я сосредоточился на духовной составляющей и углубился в оммёдо, а отчасти из-за того, что определенная часть моих знаний была забыта или оказалась банально недействительной. В связи с этим, у меня оказалось довольно мало путей для собственного развития. Самым практичным и приемлемым казался путь компенсации слабых областей через работу с духами стихий, смесь оммёдо и шаманизма. Но для этого требовалось много времени и сил, в главном случае именно времени. Ну а потом произошли известные события, и мне срочно пришлось натаскивать себя в качестве шиноби. Естественно, что в подобных условиях сложно вести личные исследования. И именно поэтому сейчас, когда выдался значительный пласт свободного времени, все мое сосредоточение было брошено на улучшение своих навыков в самых разных областях. Можно даже сказать, что, едва получив возможность и продолжая смутно чувствовать надвигающиеся неприятности, я принялся почти лихорадочно набрасываться на все, что могло хоть как-то улучшить меня. Ведь, казалось, что боги знаний вдруг решили показать мне свое скупое расположение, и я спал чуть дольше четырех часов в сутки, стремясь использовать внезапную "пруху" на полную катушку. Кроме того, была еще целая куча дел, каждое из которых требовало почти срочного решения. Признаюсь, что со всей этой деятельностью я в значительной степени выпал из общественной жизни.        И тем неожиданней были для меня последующие события.        Этот день ничем не отличался от предыдущих: я проснулся, совершил все утренние "ритуалы", проследил за тем, чтобы "ритуалы" выполнила Наруко, накормил Наруко, отправил её на генинство, пару часов занимался самопознанием и практиковал особые навыки, затем разминал затекшие от многочасового неподвижного сидения конечности и в припрыжку отправился на свой маленький полигончик, дабы продолжить эксперименты.        Долгое ожидание было вознаграждено, и теперь я являлся счастливым обладателем нескольких сотен мелких духов малой руки. Хоть сами по себе они были слабы и не имели разума, они обладали одним несомненным положительным качеством: их было Много, а так же они прекрасно действовали вместе, сколько бы их ни было - как раз по причине отсутствия индивидуальности. Сформировав с этими малышами контракт, я, наконец, смог расширить свои возможности. Говоря откровенно, силен я был только в оммёдо и прочих относительно "мирных" областях тайных искусств, а потому ни тебе огненных шаров, ни заклинаний "Армагеддона", землетрясений и прочих эпичных спецэффектов. Просто не моя профильная область, банально и приземленно. Хотя, при желании я мог использовать благословения... или же проклятия, в классическом бою от этого толку не особо много. Зато теперь! Теперь все изменилось. Еще в тот момент, когда Хора и Хоро стали моими фамильярами, через них я получил ограниченную способность контролировать воду, а так же использовать эту стихию через их "авторитет". На фоне неполного десятка других малых духов, это выглядело крайне солидно. Ведь вся беда не в том, чтобы поймать духа и заставить его служить себе, а в том, чтобы Найти этого духа. Духовные звери, как мои карпы-близнецы не под каждым кустом сидят, знаете ли! Так что пришлось возмещать качество количеством. Но опять же, поймать парочку духов не было проблемой - но только что именно "парочку". Поэтому мне пришлось устанавливать специальные ловушки и очень долго выжидать, чтобы поймать достаточное количество нужных сущностей. И этот момент наконец-то настал! Теперь в моем распоряжении было, в общей сложности, около шести сотен мелких духов! Духи ветра, духи земли, духи воды... около полусотни кодама и чуть больше еще более мелких лесных духов, ну и прочего по мелочевке. Откровенно плохо было с духами огня, так как те предпочитают солнечные и жаркие места, такие как пустыни, чего в Конохе, конечно же, нет. С духами молнии тоже было грустно: последняя серьезная гроза отгремела почти месяц назад, в другие времена их найти почти невозможно. Ну вот уж с чем, так с духами ветра был полный порядок! Их у меня было чуть меньше половины от общего числа.        Теперь я мог использовать духов как своеобразные батарейки, используя их силу в своих заклинаниях или усиливая их собственной силой. Примеров использования была масса! Например, того количества духов ветра, что я собрал, было достаточно, чтобы создать несколько ветреных лезвий, или же устроить локальный шторм.. минуты на полторы в диаметре сотни метров. Другое дело, что использовать особый режим одержимости с ними было невозможно - это не разумные духи, как мои рыбки, и их было слишком много, чтобы контролировать подобным образом. Да и слабоваты они были, чтобы так напрягаться.        В общем, я вовсю тренировался использовать свои новые способности. И этот день, как я уже отмечал, не должен был стать исключением.        Не должен был.        Но - стал.        Первое, что я почувствовал, свернув за угол - было жестко и твердо. А затем и вовсе очень больно.        - ГХ?! - Обнаружил я себя сидящим на земле с саднящей кожей на левой стороне лица и болящими боками.        Что это было?!        Тень накрывала мой взор, но из-за положения солнца мне было крайне сложно разглядеть её источник. Ошалело потрясся головой, я сощурился, пытаясь разглядеть того, в кого, по-видимому, по случайности врезался.        - Ах.. - Только и смог тихо выдохнуть я, глядя на внезапную "преграду" снизу вверх. Я был растерян и как-то не мог найти каких-либо подходящих слов: они просто застряли в моем горле. И было от чего!        - ... - "Преграда" молчала, смотря на меня безжизненными глазами цвета бирюзы, подчеркнутые жирной черной обводкой. Беспристрастное и недвижимое лицо, обрамленное короткими багровыми волосами, имело мягкие черты, которые казались отталкивающими при подобном выражении.        И еще был запах. Отвратительный запах железа и песка, смешанный с мерзким привкусом гнили.        Я замер, шокированный внезапным натиском не самых приятных ощущений. Вкупе с горько-кислым сушащим чувством чакры, исходящей от этой персоны, у меня не было иных толкований для идентификации этой девушки.        - Ах, извините! Я случайно натолкнулся на вас.. - Заговорил я, пытаясь выдавить приветливую улыбку, что показалось невероятно сложным. Сложно быть приветливым, когда на тебя смотрят, как на кусок пока еще живого мяса.        - Э-эй, Гаара! - Немного нервно окликнули из-за спины красноволосой. - Этот парень определенно не хотел неприятностей, верно?!        Сильные руки ухватили меня за шкирку и грубо вздернули на ноги.        - Д-даа... Мы же не ищем неприятностей, так?!!! Он извиняется! Очень сильно извиняется!!! Извиняется же?!!- Другой, но такой же дрожащий голос затараторил рядом.        - Д-да, я извиняюсь.. - Послушным болванчиком повторяю я, все еще находясь немного не в себе от попытки переварить случившееся.        - Видишь?! Не нужно его убивать тут?! Мы же не дома!...        Высокий блондин и девушка в черных одеждах наперебой уговаривали девушку не делать глупостей в чужой Деревне. Они выглядели и звучали действительно обеспокоено и взволновано, что неудивительно. Зная репутацию Гаары.        - .... Заткнитесь оба. - С холодным раздражением бросила джинчурики. - Раздражаете.        Сейчас, стоя на своих двоих и оправившись от внезапности, я могу сказать, что Гаара довольно невысокого роста, примерно на треть-четверть головы ниже Наруко. Кроме того она, насколько я мог судить, имела хрупкое телосложение и бледную, почти болезненно-белую кожу. Что выглядело крайне странно, если учесть, что она житель пустыни.        Сдвинувшись с места, самая младшая Сабаку приблизилась, глядя в упор немигающим взглядом. Чувство чакры её Хвостатого ощущалось почти беспрепятственно, хотя и не было таким душащим, как присутствие от Лиса, все же вызывало сильный дискомфорт и тревогу. И это не учитывая тех флюидов, что распространяла сама Гаара своим чувством смертельной угрозы и запахом пропитавшегося кровью песка, что она распространяла вокруг себя.        - Что-то не так? - Спросил я вежливо. Вернув себе контроль над разумом, я вновь мог мыслить спокойно. И нет, я не мог сказать, что мой страх ушел без остатка: нет, я все еще опасался джинчурики. Но разум говорил, что меня не убьют здесь и сейчас. Насколько бы не была опасна Гаара, она не будет убивать посреди чужой Деревни всех встречных прохожих. Да и потом... чем дольше я наблюдал за Гаарой, тем больше страх и беспокойство оттеснялись другим чувством.        Жалость.        Смотря на девушку внимательным взглядом, я не мог не чувствовать, как мое сердце сжимается в груди. Она не выглядела здоровой, это читалось во всей ее фигуре. Особенно хорошо выделялись мешки под глазами, прекрасно видимые на бледноватой коже лица. Создавалось ощущение, что джинчурики не спала как минимум несколько недель и, зная её проблему, могу сказать, что именно так и есть. Девушка не была опрятной, короткие волосы были грубо обтесаны без намека на аккуратность. Кроме того, в ней чувствовалось напряжение, в котором, похоже, она пребывала постоянно.        "Ками, что же с тобой сделали?!" - Мысленно сокрушался я. Видеть человека, тем более молодую девушку, в подобном плачевном состоянии было почти физически мучительно. Ужасно. Отвратительно. Как можно довести человека ДО ТАКОГО?! Иные трупы выглядят здоровее!        О, ками-сама..        Сейчас я могу заявить официально - я презираю Первого Хокаге! Ведь именно с её подачи Биджу стали запечатывать в людей. Она же сама лично и переловила их, да разделила между Великими Деревнями. Дабы создать "баланс" между поселениями шиноби. Тьфу!        "Да имел я в задницу такой баланс!!!". - Я почувствовал злость. Биджу стоило бы изолировать, но нет - эти!.. Эти ШИНОБИ превратили их в орудие сдерживания. И ладно бы, так в этом случае к носителям демона в лучшем случае относятся как к прокаженным, а в худшем - как к одноразовому инструменту, смертнику. Джинчурики, люди, которые, по факту, избавили мир от бесчинства Зверей Из Чакры, имели ужасную судьбу отверженных, презираемые теми, кого они защищают. И это даже не их сознательное решение - ведь демонов помещают в них в несмышленом возрасте. Проклятье, да даже Четвертая сделала это с собственной дочерью! И пусть ситуация была безвыходной, это не делает её грех меньше.        Это отвратительно. Мерзко. Меня просто тошнит от этого. У меня перед глазами уже три примера того, как относятся к джинчурики. И мне это совершенно не нравится.        Вдох-выдох. Взять свои эмоции под контроль было нелегко. Казалось бы, я прекрасно знал, как относятся к джинчурики, но с Наруко рядом картина не казалась такой мрачной, но глядя на Гаару.. Это было слишком сильно.        Собравшись моральными силами, я попытался не смотреть на джинчурики Песка с откровенной жалостью. Мне действительно было очень жаль ее, и очень быстро это чувство вытеснило все остальные эмоции. Даже тот факт, что она, скорее всего, будь на то возможность, убьет меня без капли жалости и угрызений совести, не умалял моего сочувствия. Потому что, глядя на нее, я видел не кровавого психопата джинчурики, а измученную девушку, которой злоупотребляли всю её жизнь, с самого рождения обреченную на безрадостную судьбу сосуда хвостатого демона. Не ее вина, что она стала такой - она тут всего лишь жертва.        Тем временем Гаара продолжала смотреть. Ни разу не моргнув за все это время, джинчурики продолжала безмолвно буравить меня взглядом, заставляя своих старших родственников заметно нервничать. Судя по всему, подобное поведение ей было не свойственно, а потому старшие Сабаку просто не знали, что им делать, так как младшая явно дала понять, что не хочет, чтобы ей мешали. Тем не менее, она просто продолжала молча смотреть!        И чем дольше это продолжалось, тем больше я чувствовал общую неловкость происходящего. Это было даже как-то нелепо. Тем не менее, я каким-то шестым чувством понимал, что если не найду способа сломать ситуацию, эти односторонние гляделки могут продлиться еще долго.        Идея пришла совершенно внезапно. Это было почти сродни озарению: идея была одновременно и гениальной в своем исполнении и, одновременно, нелепой до наивности. Но, тем не менее, это был тот выход, который я искал! И даже больше.        Под колючим взглядом джинчурики, я запустил руку в один из своих многочисленных кармашков и принялся быстро перебирать пальцами мелкие предметы. Не то, и это не то, ой, монетка, ах, не то!.. Наконец, пальцы нашли искомое, ощутив легкую шероховатость ткани. Это везение, что из последней партии еще что-то осталось! Сжав предмет в руке, я мысленно воззвал к той части своих сил, которой уже давно не пользовался в полной мере. Святая сила заструилась по моему естеству, ощущаемая комфортным теплом и приятной прохладой одновременно, формируясь в Благословение. Как же давно я не занимался чем-то подобным! Конечно, созданные мной амулеты хоть и являются ширпотребом, но свою задачу исполняли полностью, так как они являлись настоящими и действенными - халтуры я не держу. Но полноценные Благословения я не использовал уже очень давно, хотя и мог. Какой-никакой, но я все же служитель Аматэрасу-сама, а потому - имею соответствующие полномочия. Но до недавнего времени у меня просто не было острой потребности в использовании околобожественных сил - хватало и тех крох, что я использовал в повседневной жизни. Впрочем, сегодняшний случай был прекрасным поводом возвращению к оставленным практикам.        - Гаара-чан, так? Вот, это в качестве моих извинений за то, что я налетел на тебя. - Улыбнувшись, протягиваю девушке небольшой талисман. И не суть важно, что это меня при столкновении снесло на полметра, а сама Гаара даже на сантиметр не сдвинулась.        Гаара медленно перевела свой взгляд от моего лица на мою же ладонь и предмет, лежащий на ней. Сам талисман выглядел простенько и почти стандартно: небольшой мешочек красного бархата с коротенькой веревкой-завязкой. Внутри находилась небольшая дощечка с вырезанными на ней "благоприятными" символами. Смысловая направленность этого талисмана была крайне обобщенной: "Благо", то есть пожелание благополучия в самом широком смысле. Но теперь, после полноценного благословения, он значительно прибавил в силе и, моими стараниями, обрел некий ориентир. Я вложил в это благословение все свои чувства и свое желание помочь этой девочке, хоть чуть-чуть облегчить её долю. Надеюсь, этого было достаточно.        Гаара продолжала смотреть, переводя колючий взгляд с талисмана на меня. Быть может, это было мое воображение и попытка выдать желаемое за действительное, но, как мне показалось, красноволосая казалась слегка растерянной.        Наконец, что-то решив про себя, Гаара перестала протыкать меня взглядами. От нее послышалось сыпуче шуршание, после чего узкое щупальце из песка обхватило мою ладонь, грубо шаркнув по коже жесткими песчинками.        - Ты. Твое имя. - Потребовала джинчурики, настороженно принимая мой подарок из "рук" своего песка.        - Каору. Каору Нагиса. - Вежливо поклонился я. - Этто.. Приятно познакомиться?        - ... - Наполовину отвернувшись, джинчурики какое-то время продолжала смотреть на меня нечитаемым взглядом, после чего полностью развернулась в противоположную сторону и просто пошла вперед.        - Э-эй, Гаара?! - Недоуменно воскликнула девушка в черном. - Что это было сейчас?! Гаара!        - Мы уходим. - Бесстрастно бросила джинчурики, даже не обернувшись к сестре. - Мы потеряли достаточно времени.        - Ты же его и потеряла.. - Раздраженно прошептал себе под нос блондин с большим веером за спиной. - Ксо!.. А ты. - это он уже мне. - Можешь радоваться, сегодня у тебя второй день рождения.        - Повезло мальчишке. - Пробормотала девушка, когда пара быстрым шагом направилась вслед за джинчурики. - Дома она бы такого уже в кашу перемолола... Брр..        - Канкуко! - Неодобрительно воскликнул парень.        - Но это так, Тэмару!.. Вспомни хоть!..        - Хватит. Просто - хватит!..        Я проводил препирающихся родственников задумчивым взглядом.        Ум... Значит, уже настало время Экзамена? Неожиданно быстро. Кажется, я преступно потерял счет времени. Нужно что-то делать, вот только что и как - я пока слабо представляю. Вряд ли меня отправят участвовать в этом сомнительном мероприятии, вот только седьмая команда, считай, уже там.        Нужно подготовиться! А так же подготовить генинов. По крайней мере Наруко, так как это легче всего. Да и потом... Хоть я и не думаю, что смогу на что-то существенно повлиять, но все же у меня есть пара задумок. Но нужно готовиться уже сейчас! Ксооооо! Ну почему всегда так мало времени и так много дел?!       

***

              - Вы долго. - С упреком произнесла женщина, левую половину лица которой скрывала ткань, спадающая с её головного убора.        - Эй, не смотри так! Это не моя вина! - Возмутилась в ответ Канкуко, недовольно косясь на невозмутимую Гаару.        - Хаахх.. Что на этот раз? - Устало спросила Баки, за мгновения став готовой к возможным неприятностям. Будучи наставницей джинчурики, она прекрасно знала свою подопечную.        "Нет", - раздраженно думала джоунин, - "Все-таки не нужно было приходить в Лист так рано! Как знала же".        - Ну.. Мы прогуливались по торговым рядам и уже возвращались в гостиницу, когда какой-то парнишка налетел на Гаару из-за угла.. - Начал объяснения блондин - Темару, пристроив свой большой веер у стенки.        - Ксо! Его сильно покалечило? - С холодком в душе застонала джоунин. У них был четкий приказ: прибыть в Лист заранее, немного осмотреться и НЕ привлекать лишнего внимания. И вот, все планы рухнули не успев начаться. - Нет, только не говори, что она его прикончила?!        - Эй-эй, все не так плохо! - Заступился Темару за жестокую сестру. - Жив он, жив и здоров! Гаара его не тронула.        - Хорошо. Просто отлично! - Облегченно выдохнула Баки. Кажется, тревога отменяется. - Я удовлетворена тобой, Гаара. Хорошо, что ты знаешь слово "сдержанность". Еще раз напомню вам..        - Да-да-да! "Не вляпываться в неприятности"! Хватит уже повторять одно и то же! - Хамовато воскликнула Канкуко, раздраженная постоянными нотациями джоунина. По ее мнению, она вела себя образцово, и только Гааре следовало бы уметь не убивать каждого, кто попадается ей на глаза. Так она считала, но благоразумно держала язык за зубами, чтобы случайно не разозлить свою младшую сестру. - И вообще, в этом Листе все какие-то чокнутые и беспечные. Тот засранец должен быть благодарен, что его не раздавили на месте, так этот смертник еще и сам к Гааре полез!        - Это так? - Спросила Баки Гаару. Гаара почти проигнорировала взрослого шиноби, но все же ответила в виде едва заметного пожатия плечами.        - Эй, Канкуко. - Предупредительно позвал сестру Тэмару. Но ту в очередной раз слегка "занесло".        - Кхех.. А может он влюбился? Иначе с чего бы ему еще и подарки ей делать?! Смотри, а если вдруг Гаа..        Кукольница резко оборвала себя, подавившись собственными словами, когда красноволосая джинчурики резко повернула голову в её сторону и вперила в девушку опасный взгляд.        - Канкуко. Заткнись. Раздражаешь. - Приказала Гаара безжизненным голосом, в котором не было ни капли угрозы, но от которого средняя сестра покрылась холодной испариной.        - А.. д-да я ж шучу! Это в-всего лишь ш-шуутка! Н-не нужно т-так с-с-сердиться, Га-гаара.. - Заикаясь, пролепетала куноичи в черных одеждах. Несмотря на свой уверенный вид и громкие слова, свою младшую сестру она боялась до панической дрожи.        - Канкуко... Ты и твой язык.. - Пробормотал брат, глядя на своих сестер. - Успокойся, Гаара. Канкуко не хотела сказать ничего дурного. Ты же знаешь: ее язык работает быстрее мозгов и её часто заносит на поворотах. Забудь, ладно?        - .. - Гаара промолчала, впрочем, отвернувшись от Канкуко, которая теперь смогла перевести дыхание. Как ни странно, но только у Темару хватало духа периодически спорить с Гаарой и даже указывать ей на что-то, и что самое удивительное: джинчурики даже иногда прислушивалась к словам брата. Хотя, случалось это редко и только в те моменты, когда Гаара была в "благодушном" настроении.        - Постой-постой! Гаара, ты что, приняла что-то от чужака?! - Удивилась Баки, вникнув в диалог родственников. Это была удивительная новость, потому как до этого момента Гаара редко проявляла интерес к кому-либо, исключая те случаи, когда она желала кого-то убить. И еще более удивительно было то, что она ВЗЯЛА что-то от ЧУЖОГО человека. - Гаара. Ты же понимаешь, что это может быть провокация?        - ... - Гаара молчала, глядя пустыми глазами на наставницу. Какое-то время они мерились взглядами, но даже многоопытная куноичи, проведшая с джинчурики почти половину её жизни, не могла долго выдержать этот немигающий и бездушный взгляд.        - Ладно. - Вздохнула Баки, опустив глаза и, наконец, заметив в левой руке Гаары какой-то маленький предмет. - Просто дай мне его. Я проверю наличие всяких сюрпризов и верну тебе, если это безопасно.        Баки протянула руку в принимающем жесте, но Гаара даже не шелохнулась. Посмотрев на протянутую руку, джинчурики отвернулась от наставницы и собралась уходить в свою комнату. Её все больше раздражала её команда, так что желание убить кого-нибудь уже неприятно зудело внутри. Но Мать молчала, а потому они еще жили.        Баки раздраженно закатила глаза: Гаара опять своевольничала. Управляться с джинчурики было сложно, особенно с такой бесконтрольной, как младшая дочь Казекаге. Было очень трудно удерживать её от лишних убийств, и удавалось это далеко не всегда, что не добавляло радости джоунину. Как бы то ни было, но то, что в этот раз Гаара притащила в их гостиничный номер потенциально опасную вещь, было уже сверх всякой меры. В раздражении, Баки поддалась своим эмоциям и попыталась взять предмет сама, прямо из руки Гаары.        И это было ошибкой.        - ГАХХ!! - Вскрикнула джоунин, когда на полпути её руку захватило широкое кольцо песка и невероятной силой сдавило запястье.        - Гаара!! Ты что творишь?! - Панически воскликнул Темару, когда сестра совершенно внезапно напала на наставницу.        - Не смей прикасаться ко мне! - С искаженным холодной яростью лицом проскрипела Гаара. Под её бессердечным взглядом джоунин припала на колено, непроизвольно пытаясь отбросить песчаное щупальце другой рукой. Безрезультатно: пальцы просто проскальзывали сквозь текучий песок.        - Гхх.. - Баки до крови сжала зубы, борясь с болью и инстинктивным желанием ответить на нападение. Но делать этого не стоило: едва она попытается атаковать, как ответ джинчурики последует незамедлительно. И тогда, в данной ситуации, ей точно конец. Она это знала, а потому терпела, жертвуя своей рукой.        - Никто. Не смеет. Трогать. Меня. - Пугающая жажда крови, заполнившая номер команды Суны была настолько плотной и густой, что, казалось почти затопила собой помещение и не давала двинуться. - Или я убью вас.        В повисшей тишине было отчетливо слышно шуршащее перекатывание песка, сдавленное шипение джоунина и едва уловимый хруст костей. Посчитав, что подобной демонстрации достаточно, джинчурики освободила руку старшей куноичи, после чего скрылась в своей комнате.        - Баки-сенсей, вы как? - Бросился к наставнице сбросивший наваждение Темару.        - Ксооо... Я нормально. Ах... дерьмо, принеси бинты! - Прохрипела Баки, сплевывая кровавую слюну. На её руку было больно даже смотреть: жесткий песок стесал кожу, обнажив мясо и мышцы. Немного успокаивало только то, что кость была цела - ведь при желании, Гаара могла перемолоть руку в мелкий фарш.        "Проклятый демон!" - Негодовала женщина, пока два других её подопечных помогали ей с первой помощью. - "Как ЭТО может быть дочерью Казекаге-сама?!"                      Гаара вошла в свою комнату. Оглядев небольшое помещение, она уселась на придвинутой к стене кровати ближе к углу комнаты. Её лицо было беспристрастным, словно это не она минуту назад едва не искалечила своего джоунина-наставника. Почему? Ответ был прост - ей было безразлично. Она не придавала чужой жизни никакой ценности. И если бы Мать потребовала тогда крови, она с радостью утолила бы Её жажду.        Гаара была социопатом. Не сказать, что это была полностью её вина: девушка не всегда была такой. В детстве она была очень доброй девочкой и хотела иметь много друзей. Но эгоистичные и эфемерные "потребности Деревни" были много сильнее маленького и беззащитного ребенка.        Изначально, обстоятельства сложились против Гаары, словно сама судьба вознамерилась её уничтожить. Нестабильная политическая обстановка в стране Ветра и проигранная война сильно поколебали положение Суны. Еще хуже было то, что даймё взял курс на намеренное снижение военной силы Суны, видя в ней угрозы своей власти, и из-за этого отдавая предпочтения шиноби других деревень. Власть Казекаге стала шаткой, а постоянное ослабление деревни только усиливало гомон недовольства.        Казекаге была гордой и властной женщиной. Часть совета могли быть не согласны с её решениями, но Казекаге крепко держала свой титул, силой демонстрируя главенство и права задавать курс Суны. Тем не менее, она не могла полностью уничтожить оппозицию, а из-за череды неудач уже пошли разговоры о необходимости сменить руководство. Казекаге не могла даже допустить мысли о том, чтобы оставить пост правителя, а потому использовала все доступные методы, чтобы удержать власть. Одним из таких методов и стала Гаара. Нельзя сказать, что правитель Суны не любила свою дочь, но она всегда была в первую очередь Казекаге, а уже потом - женщина и мать. Таким уж она была человеком. Не самым лучшим, откровенно говоря. Но мужа своего она любила искренне. И тем больнее было ей, когда едва запечатанный демон убил её мужчину. Потеряв возлюбленного, Казекаге еще больше отдалилась от своих детей. Хоть она и раньше не была образцовой матерью, но после потери супруга её сердце словно окаменело. И если своих старших детей она все еще видела в качестве возможных преемников и способов упрочить власть, то Гаара для нее была провалом во всех смыслах. Убитая горем женщина просто не могла ничего с собой поделать, но винила собственную дочь в убийстве единственного человека, которого она по-настоящему любила. Более того, Гаара была так же бесполезна в качестве инструмента: запечатанный в ней демон часто прорывался наружу, делая "живое оружие" совершенно неконтролируемым.        Так, от Гаары отказалась собственная мать еще до того, как та научилась хотя бы ползать. Многочисленные нянечки были от нее в ужасе из-за периодически происходящих несчастных случаев. Другие дети боялись её и не хотели играть. Вокруг девочки всегда была зона отчуждения. Единственный, кто оставался рядом с маленькой джинчурики была сестра её отца - Яшима. Она была единственной привязанностью Гаары, и она же была той последней каплей, что осушила сердце джинчурики. Тогда она в последний раз испытала боль, выбив на своем лбу символ "Ай" - "Любовь", как символ и напоминание себе о том, что она никогда не была и не будет любима кем-либо. С того момента Гаара окончательно замкнулась в себе, уничтожив те крохи доброты и надежды, что еще оставались в ней.        Мать Гаары, видя в нестабильном джинчурики угрозу для Деревни и ее жителей, приказала Яшиме устроить покушение на свою племянницу. Яшима подчинилась, и это закончилось тем, что Гаара, сама того не желая, смертельно ранила свою тетю, которая, перед смертью призналась в том, что всегда винила Гаару в смерти своего брата.        С того момента её жизнь превратилась в Ад. Регулярные покушения не давали девочке ни на секунду расслабиться и стали почти обыденностью. Гаара относилась к окружению параноидально и убивала бездумно по сиюминутному подозрению. Никому и никогда не было позволено касаться её, а рискнувших она незамедлительно калечила или убивала, и по той же причине она никогда не знала тепла человеческого прикосновения. После нескольких удачных попыток отравления она почти перестала питаться, чем доводила себя до истощения. Она нашла выход в отбирании еды, которую уже кто-то попробовал. Очень часто её жертвой становились старшие родственники, а именно - Канкуко, из-за чего та была до смерти запугана своей младшей сестрой. Гаара не доверяла и презирала всех вокруг. Каждый для нее был врагом, каждого она была готова незамедлительно убить. Гаару преследовали кошмары. Она редко могла вспомнить о чем были те сны, но сохраненных ощущений было достаточно, чтобы желать испытывать это как можно реже. Бессонница стала её вечной спутницей.        Чем дальше - тем больше Гаара превращалась в психопата. Из-за несовершенства запечатывания, Однохвостый имел достаточно власти над своим джинчурики, чтобы чувствовать себя вполне комфортно. Хитрый демон обманул покинутую всеми и изолированную от общения девушку, из-за чего, в конечном итоге, Гаара перестала считать Казекаге своей матерью. В том смысле, что теперь она даже не признавала их кровного - биологического родства: Гаара искренне верила в то, что её НАСТОЯЩАЯ мать - Однохвостый. И потому она была послушна ему, без раздумий убивая всякий раз, когда ее "Мать" того требовала. И со временем Гаара стала смутно ощущать некое удовольствие в этом. Раздавить врага, напитать песок его кровью, усладить свой слух его криками и хрустом дробимых костей! Это словно наполняло Гаару вкусом к жизни, который она никогда не испытывала. Потому очень скоро все окружающие для джинчурики стали лишь презренными существами, живущими лишь до тех пор, пока она это им позволяет. Но убивать подобных букашек было скучно, это не горячило её кровь. Но сильные противники - дело другое. Они могли какое-то время сопротивляться, пытаться бежать или даже попробовать убить ее! С такими жертвами было интересно играться, а их отчаяние и ужас смерти в самом конце заставляло Гаару дрожать, испытывая почти сексуальное удовольствие. Более того, именно в такие моменты ее Мать была наиболее довольна, что еще сильнее упрочивало жизненные ориентиры юной Сабаку.        Гааре были неинтересны люди. Какой толк в интересе к мелким букашкам, что умрут по мановению её руки? И тем более было удивительно, что она вдруг заинтересовалась кем-то, кого до того не собиралась раздавить в "Песчаной гробнице". Тот мальчишка вынырнул из-за поворота внезапно и тут же налетел всем телом на автоматическую защиту джинчурики Однохвостого. Обычно, Гаара бы просто отшвырнула внезапный раздражитель подальше, попутно сломав тому пару костей, или вовсе перемолов песком, но, к собственному удивлению, не сделала этого. Что-то заставило её отринуть привычную меланхолию, и это "что-то" было в том парне. Девушка нахмурилась, пытаясь понять, почему она вообще обратила внимание на кого-то столь незначительного: ведь тот совсем не испускал "чувства силы", а потому в его убийстве не было никакого удовольствия и, следовательно, внимания он не стоил. Но все же... Гаара что-то почувствовала в нем. Не враждебное, не будоражащее... Это было просто Странным. Это Странное Чувство она еще никогда не ощущала за свою жизнь, она не могла его как-то идентифицировать. И, как назло, Мать спала, а потому Гаара не могла спросить у нее совета. И не только ощущения - казалось, тот мальчишка был сосредоточением странностей. Было понятно, что он боялся Гаару. Она привыкла к этому и прекрасно чувствовала чужой страх, направленный на нее. Это было привычно. Это было естественно. Это было правильно. Но в этот раз все было не так: вкус страха исчез, сменившись чем-то, что джинчурики не могла понять. Это не было первым случаем, когда кто-то не боялся ее: как минимум каждая вторая её жертва испытывала чувство превосходства и снисходительности перед ней. Был так же привкус гордости, самоуверенности, злобы, ярости... Гаара прекрасно определяла эти эмоции и, как правило, в конце концов, все они сменялись на такой сладкий первобытный ужас и чувство безысходности. Тут же... Гаара просто терялась, будучи совершенно сбитой с толку. Новое чувство по отношению к ней, которого она ни разу не чувствовала за всю свою жизнь.        Дальнейшее поведение странной букашки вызывала у Гаары еще больше недоумения.        Гаара посмотрела на странную вещь, что ей дали. С виду обычный амулет, которыми часто приторговывают в лавках, совершенно ничего сверхординарного: обычный бархат, натянутый поверх деревяшки. Будучи наученной болезненным опытом детства, девушка проверила неожиданной подарок со всей тщательностью и, к своему удивлению, совершенно ничего не обнаружила. Ни капли чакры, ни скрытых печатей, ни грамма яда или иного другого вещества. Просто ткань, нитки и дерево. Казалось бы: обычная безделушка, которую и выкинуть не жалко. Но отчего-то Гаара даже не задумалась о том, чтобы избавиться от бесполезной вещи. Касаясь его пальцами, девушка не могла отделаться от противоречивого ощущения мягкого тепла и нежной прохлады на коже. Еще одна странность. Какое-то время Гаара думала разрезать странную вещь на тонкие кусочки, чтобы попытаться понять причину необычных ощущений, но она быстро оставила эту идею, не желая безвозвратно ломать талисман. В конце концов, так и не придя к какому-либо результату в ходе своих размышлений, девушка решила на какое-то время оставить необычную вещь себе.        - Нагиса. Каору. - Медленно произнесла Гаара имя человека, что вызвал её интерес впервые за долгие годы.