Горячий шоколад

       Чимин устало вздыхает и переводит взгляд в потолок. В комнате ужасно жарко из-за чего дышать приходится в два раза чаще, да еще и в придачу широкая футболка налипла на спину, создавая дискомфорт. Ребенок, что живет внутри Пака уже четыре месяца, в таком положении давит на все внутренние органы, отчего омеге приходится перевернуться со спины на бок и подложить под себя подушку, обхватывая ее руками.        Чимин, уйдя глубоко в свои мысли, кладет руку на свой округлившийся живот и начинает его поглаживать, при этом отдаленно слыша шорохи на кухне, которые издает его папа, собирающийся на работу.        Пак живет у него уже три месяца. Чимин не собирался переезжать к нему, вот только омеге очень нужна была поддержка в тот роковой вечер, и, ничего лучше не придумав, он позвонил папе и рассказал тому все. Про Юнги, про беременность и про то, что избавиться от ребенка никак, грозит бесплодием в будущем. Да он бы и не посмел. Рука бы не поднялась.        Только вот чего Чимин никак не ожидал, так это того, что папа в этот же день приедет за ним, перевезет все его вещи и заберет документы из колледжа, переводя в другой, и тут посадив его на домашнее обучение.        Сокджин ни разу своего сына не ругал, потому что прекрасно понимает, что с ним произошло. Потому что сам через это прошел. Отец Чимина, тот, который истинный Сокджина, решив сэкономить на презервативах, сбежал сразу же, как увидел положительный тест на беременность и не объявлялся до сих пор. Ситуации хоть и не индентичные, но довольно-таки похожие, и он искренне надеется, что скоро все наладится.        Джин лишь хочет, чтобы альфа его сына понял свою ошибку и нашел того, пока не поздно. Потому что с приближением родов Чимин становится все дерганее и испуганнее. Потому что беременность протекает очень тяжело, с риском как для ребенка, так и для самого омеги, и все, что тому нужно, это Юнги рядом, но Пак до сих пор слишком обижен и расстроен, чтобы хоть как-то дать о себе знать альфе.        А Юнги казалось бы потерял всякую надежду на то, чтобы найти Чимина. Он не может попросить помощи у полиции, потому что заявление «он мой омега и мне нужно знать, где он» не прокатило уже трижды, за последние три месяца. На то же самое заявление, адресованное директору колледжа, он получает тот же ответ каждую неделю. Попытки поговорить с новыми жильцами в его доме, с Чонгуком, который только плечами пожимает. Попытки позвонить. Все безрезультатно.        Единственное, на что остается надеяться, это чертовски плохая и как бы незаконная идея. Но Юнги забивает на все и, пока все его бывшие сокурсники пьют и отмечают выпускной, пробирается в кабинет директора и ищет хоть что-то, что могло бы ему помочь найти Чимина. И находит. Отчего его глаза даже слезиться начинают от счастья и он ближе к себе прижимает бумагу с адресом его родителей, как будто специально оставленной в деле Чимина, в котором больше ничего нет.        Он выбегает из здания и прямо в костюме запрыгивает на свой мотоцикл, уезжая туда, где он должен был появиться уже очень давно.        Юнги несмело в дверь стучится, приглаживая рукой свои волосы, которые растрепались за ночь, пока он гнал на самой высокой скорости и поправляет помявшийся пиджак.        Он слышит за дверью тихие шаги, отчего нервничать начинает неимоверно сильно. Осознает, что понятия не имеет о том, что будет говорить родителям Чимина. Как представится, как… И мысли его прерываются, потому что дверь распахивается, а на пороге растрепанный Чимин, который смотрит очень удивленно и неверяще.        Они смотрят друг другу прямо в глаза несколько минут, а потом альфа наконец-таки осознает, что это не сон и вот он, его омега, прямо напротив, и притягивает того к себе, при этом крепко обнимая и утыкаясь носом тому в шею. Обнимает слишком сильно, пока Чимин лишь несмело руками Юнги обхватывает, а потом целует чересчур привлекательно открытое плечо, тут же оставляя на нем метку.        Чимин дергаться в его руках начинает и бурчать что-то, а Мин слишком счастливо улыбается и вдыхает аромат горячего шоколада, который стал слишком свежим и ужасно отдает мятой, явно не из-за только что поставленной метки. - Почему ты до сих пор так сильно пахнешь мной?        Пак смотрит на альфу, которого не видел несколько месяцев, и трет свежий укус, начиная нервно хихикать, пока из глаз его начинают слезы капать. - Чимин, не плачь, пожалуйста! Я тут. Я всегда буду тут, с тобой. Слышишь? Прости меня за все, что я сделал. Я исправлюсь, обещаю!        А Чимин лишь счастливо улыбается, забывая все свои обиды. Он жмется ближе к Юнги, не в силах что-либо сказать. Пак лишь боязливо руки альфы в свои берет и на живот свой кладет, упираясь лбом о ключицу старшего и нервно губу закусывает.        Юнги непонимающе проводит ладонями по животу омеги и потом до него постепенно доходит. Доходит то, чего он уж точно не ожидал и что кажется абсолютно невозможным. Мин растерянно на шаг отходит, замечая испуганные глаза омеги и именно поэтому как-то криво тому улыбается, опускаясь на колени перед Чимином, и аккуратно приподнимает футболку, целуя округлый живот. - Я не знаю, как так получилось, но я только рад, Чимина. - Еще час назад я думал о тебе и ненавидел, но, видя тебя тут, единственное, о чем я могу думать, это о том, как чертовски сильно я люблю тебя.