Тысячу раз прощай

***

Игривые солнечные лучи безжалостно пробивались сквозь тонкие бежевые шторы. Они приятно грели юное личико мирно спящего парня в кровати. Джеймс уже давно проснулся, но вставать не собирался. Он сосредоточенно слушал тиканье часов и еле слышное милое сопение юноши. Хэтфилд задумчиво накручивал на палец блестящие от солнца золотые кудри, грациозно лежавшие на голых загорелых плечах. Робкий щебет птиц доносился с улицы, и Джеймс заметил, что Эллефсон наконец начал просыпаться. - Доброе утро... - сонно пробормотал Дэвид. - И тебе, - ласково ответил Джеймс, выпуская из рук непослушные пшеничные пряди. Джуниор улыбался, чувствуя, как цепкие пальцы проходили сквозь шелковистые светлые волосы. Джеймс улыбнулся в ответ и поцеловал юношу в уже успевшую залиться в алый цвет щеку. Эллефсон досадно взглянул в лазурные глаза возлюбленного, заметив, что блондин прочитал в его лице сумасшедшее чувство счастья. - Так ты простишь меня? - чуть тихо и с надеждой спросил Дэвид. - Завтра посмотрим. - ответил Джеймс, стараясь не смотреть на юношу. - Завтра? - Да. Посмотрим, как дело пойдёт дальше. - Ну ладно... - Джуниор громко и разочарованно выдохнул, прикрывая веки. Несмотря на гордое самолюбие Джеймса, сейчас он был невероятно доволен всем происходящим. Все то долгое время, проведённое с бешеным Мастейном, Дэвид скучал по блондину все больше и больше каждый новый день. Эллефсон поднялся с кровати и, сладко потянувшись, распахнул шторы. Аккуратные губы приоткрылись от удивления, юноша тут же потянулся к белой ручке окна. Джеймс быстро уловил свежий весенний воздух, внезапно пришедший с улицы. Он перевёл взгляд на Дэвида, все ещё стоявший, весь очарованный внезапно пришедшей погодой. - Там та-а-к тепло... - радостно протянул Джуниор, вдохнув воздух, что есть мочи. Хэтфилду нравилась такая поддельная наивность парня, ведь он прекрасно знал, что юноша далеко не паинька, как показалось блондину в первую минуту. В этом прекрасном и все ещё не тронутым грязью общества телом умело крылось коварное зло, которое юноше вовсе не хотелось представлять всеобщему стыду и позору. Блондин где-то читал, что дьявол и есть падший ангел - снаружи чертовски привлекательно красив, но все же жесток, алчен и непоколебим внутри. Джеймс немного поежился, потому что в комнате начало холоднеть. Ветерок, нагло пришедший с улицы, неприятно обдувал тонкую и чувственную кожу, заставляя её покрываться частыми мурашками. Заметив это, Джуниор с улыбкой прикрыл шторы и подобрал брошенные прошлой ночью джинсы с пола. - Уже уходишь? - Да. Сегодня должна прийти хозяйка квартиры и нужно будет заплатить за жильё, - ни чуть не краснея, начинал врать Дэвид. - А, ну ладно. Проваливай. Джеймс махнул рукой уходящему юноше. Парень повернулся на бок и тихо засопел. Эллефсон робко поцеловал блондина в небритую щеку и поспешил ко входной двери. Выйдя на улицу, Дэвид блаженно вдохнул грудью свежий весенний воздух. Солнце приятно грело лицо; Джуниор заметил, как с крыши дома Хэтфилда медленно капала вода. Наконец-то пришла весна. Странно, но юноше совсем не хотелось возвращаться в собственную душную квартиру. Сейчас было бы неплохо весь день напролёт сидеть в уютном кресле на просторном крыльце логова Джеймса, как это было раньше. Дэвиду очень нравилось в нем сидеть осенью, наблюдать за весьма причудливой погодой, рисовать загадочные рисунки и пить горячий чай с лимоном. Юноше доставляли радость такие мелочи, они грели душу и могли осчастливить каждого. Внезапно, парня охватила тоскливая ностальгия. С Джеймсом они познакомились как раз прошлой весной, в ту же погоду, что и сейчас. Его прищуренный львиный взгляд поразил наповал молодое дарование: Эллефсон возвращался с учебы, как вдруг заметил хищный взгляд со стороны. Его будущий возлюбленный задумчиво сидел в этом стареньком переплетенном кресле, нервно перебирая пожелтевшие страницы старого блокнота. Дэвид сглотнул и, стараясь как можно быстрее оторваться от этих сверкающих глаз, направился в сторону дома. Юноша опустил голову столь низко, что не заметил мимо проходящего высокого крепкого брюнета с длинными кудряшками, в которые Эллефсон в ту же секунду неожиданно уткнулся носом. - Смотри, бля, куда идёшь! Парень быстро сориентировался и с силой толкнул юношу. Дэвид с досадой прилетел затылком об асфальт, его учебники в пух и прах разлетелись на коварном холодном ветру и Джуниор с обидой поджал губы. - Совсем уже что-ли?! - донеслось позади. Эллефсон привстал на локтях, чтобы увидеть владельца низкого басовитого голоса. Юноша моментально залился краской, узрев обладателя львиного взгляда с длинными блондинистыми кудряшками, грозно смотревшего на обидчика. - Ребёнок же... - уже спокойно произнёс блондин вслед уходящему высокому брюнету, - Ты как? - заботливо спросил парень, подавая жилистую руку. - Да вроде нормально... - Эллефсон начал отряхиваться и тут же громко ойкнул. - Что такое? Дэвид с опасением взглянул на красную ладонь, из которой бегло текла алая кровь. - Руку, кажется, ободрал. - Да-а, сильно тебе прилетело, - протянул блондин, почесав затылок, - Давай ко мне домой зайдём, я хоть ватку дам. Джуниор ещё раз взглянул на кровоточившие ладони и наклонился, дабы поднять учебники. - Учишься? - поинтересовался блондин, помогая подбирать книги. - Да, в колледже. - А тебе сколько лет? - Шестнадцать. Эллефсон с печалью выдохнул. Воспоминания для юноши являлись самым ценным сокровищем в его отрочестве. Иногда, погружаясь в них, Дэвиду удавалось позабыть о печалях и невзгодах, происходивших в настоящем.