Power and Control

Темнота. Она повсюду. Лишает зрения, притупляет слух, оставляя тебя во власти одних лишь инстинктов… Неужели, я снова сплю? Мне так кажется, но судя по ощущениям, это не не является истиной. Моё тело подрагивает, и я задаюсь вопросом: почему? Я абсолютно не двигаюсь, конечности непривычно тяжёлые. Пытаюсь шевелить пальцами, осторожно сгибаю их. Вроде-бы выходит. Я начинаю прислушаться к звукам, до этого ровным углом «плавающим» вокруг меня, и мне удаётся узнать шум вращающихся колёс на старой деревянной повозке, а чуть дальше — цокот копыт. Давненько я не слышала этого сочетания… Когда я окончательно прихожу в себя, внезапно осознаю, что мои глаза до сих пор ничего не видят. Пора бы уже это исправить. Микаса хотела распахнуть глаза, но вышло у неё лишь медленно поднять веки. И только после нескольких морганий, наконец, вновь обрести зрение. Бегло глянув по сторонам, азиатка обнаружила, что ощущения её не обманули: она действительно сидела в движущейся на полном ходу повозке. Напротив брюнетки сидел Эрен с поникшим лицом. Заметив, что сводная сестра очнулась, он поднял на неё сочувственный взгляд. Её глаза ответили ему сожалением, а в следующее мгновение устремились в сторону «соседа», сидящего справа от неё. Капрал Ривай, собственной персоной. Аккерман стоило больших усилий, чтобы не отпустить какую-нибудь едкую фразу, однако повод для разговора нашёлся сам. Девушка попыталась поднять одну руку, намереваясь ощупать ушибленный затылок, но вдруг вслед за левой непроизвольно поднялась правая кисть, сопровождаемая странным позвякиванием. Сероглазая только сейчас решила взглянуть на свои руки, и с удивлением уставилась на железные «браслеты», охватывающие запястья. — Наручники?.. — Микаса демонстративно приподняла руки, сверля капрала негодующим взглядом, но так и не дождавшись от него никакой реакции, опустила кисти обратно на колени, звеня своими, в некотором роде, кандалами — Буду считать, что это комплимент. Всё-таки без толики яда в словах, адресованных Риваю, она не смогла. Но он не удивился подобному выпаду, ведь до этого уже успел как следует ознакомится с повадками этой темноволосой бестии. — А ты бы больше предпочла верёвку? — невозмутимо парировал брюнет, ни капельки не меняясь в лице. Азиатка стиснула зубы, с досадой понимая, что и в этой перепалке ей вряд-ли удастся одержать верх, и поэтому с усилием отвела взгляд от ненавистного мужчины и откинулась на борта повозки, уставившись на подвешенную рядом керосиновую лампу. Из-за глубокой ночи вокруг не было слышно ни звука, если опустить, конечно же, стук колёс и копыт. Но их равномерный шум словно убаюкивал, манил расслабится. Но всё это мнимое спокойствие — лишь затишье перед бурей, а именно предстоящим объяснением перед начальством. От, казалось бы, бесконечных домов, нарочно построенных так близко друг к другу, у девушки уже начало рябить в глазах, а из-за позднего часа её клонило в сон. Поэтому она с глубоким вздохом закрыла глаза, пытаясь насладится последними минутами безмятежности. Эрен же, в отличие от сестры, внимательно смотрел по сторонам, заподозрив что-то неладное. И вскоре понял, что. — Мы едем в сторону Сины? — растерянно задал вопрос юноша. Микаса, оказавшаяся в недоумении от слов сводного брата, открыла глаза, приподнялась и тоже устремила вопросительный взгляд на своего сопровождающего, который лишь утомлённо выдохнул, скрещивая руки под грудью. — Много же вы пропустили во время своего отсутствия, — всё-таки ответил он с нотками осуждения, отчего азиатка слегка сдвинула брови. — Неужели, так уж и много? — тоже поинтересовалась она. — Ты даже не представляешь, насколько… — неотрывно глядя на темноволосую, произнёс Леви. От его ледяного взгляда любому человеку захотелось бы поёжиться, но только вот Аккерман была слеплена из другого теста. Она недолюбливала Ривая, даже не осознавая, как она похожа на него. И дело даже не во внешних качествах, хотя и тут присутствовало очевидное сходство. Их объединял какой-то своеобразный внутренний стержень, закалённый прохождением через боль и страдания, которым явно обладали эти оба. И именно поэтому у брюнетки был некий иммунитет к этой тёмной ауре, что витала вокруг сильнейшего воина. В ответ на фразу, произнесённую капралом, девушка тихо фыркнула, отводя взгляд от мужской фигуры. Обычные горожане считают его идеальным, зная только о его блестящих навыках. Идеальный… Ха, большего бреда в жизни не слышала. Хотя, нужно признать, что внешне он и вправду очень даже ничего, если конечно не брать во внимание рост. Но его отвратительный характер никогда не позволит ему быть идеальным. Пока темноволосая погрузилась в свои мысли, отряд уже подъезжал к воротам Сины. Все разведчики вели себя так, словно всё шло по плану, а бывшие беглецы по-прежнему не понимали, что происходит. — Из-за особого военного положения было принято решение объединить штабы всех трёх ветвей войск, а так как основная работа Королевской полиции сосредоточена во внутреннем городе, для общего размещения выбрали именно его, — видя недоумение юных солдат, бесстрастно разъяснил Леви. — Погодите, то есть теперь мы с ВоенПолом и Гарнизоном живём в одном штабе? — изумлённо уточнил очевидное Эрен с лёгким негодованием. — Я что, неясно выразился? — раздражённо бросил Ривай, который абсолютно не собирался разжёвывать информацию Джагеру. В конце концов, парню семнадцать лет, пора бы уже научиться уяснять информацию с первого раза. Тем более, в ситуации, когда обстоятельства были совсем не на его стороне. — Нет, сэр. Я всё понял, — пристыдившись, проговорил зеленоглазый и опустил взгляд, став рассматривать дно повозки так, будто это было самым интересным занятием в его жизни. Минув ворота, эта небольшая делегация двинулась на северо-восток, отдаляясь от жилых домов. Микаса и не предполагала, что в достаточно плотно населённой Сине есть место, хоть немного свободное от зданий. Проехав ещё немного, ребята увидели явные очертания замка невероятных размеров и сразу догадались — это и есть точка их направления. Вблизи сооружение казалось ещё более огромным. Даже снаружи можно было понять, что он разделён на три крыла: центральное, самое крупное, и два боковых одинакового размера, левое и правое. Да, этот, так называемый, штаб был гораздо больше того, в котором Эрен и Микаса жили раньше, да и народу здесь проживало больше, чем они привыкли. Ещё бы, вся армия ведь собралась. Когда повозка с беглецами остановилась, сойти им позволили не сразу. Телегу обступили ещё шестеро солдат, и только после этого ребята смогли слезть, под пристальным взглядом семи пар глаз, самым внимательным из которых был взгляд капрала. Он уже убедился, что от этой парочки можно ожидать чего угодно. Его терзало странное ощущение, будто они могут разрабатывать какой-нибудь план даже не переговариваясь, хотя это было невозможно. А может… не так уж и невозможно для этих двоих? Преодолев несколько препятствий в виде дюжины коридоров и лестницы, вся группа очутилась перед массивной дощатой дверью, ведущей в кабинет командора Эрвина Смита. Ривай, до этого следовавший за Микасой на расстоянии двух шагов, подошёл к ней и, отомкнув наручники, снял их. Наконец-то она могла размять слегка затёкшие запястья. Но это было единственное, что она успела сделать перед тем, как их с Эреном завели в просторную комнату даже без стука, отчего стало ясно — Смит был явно в курсе об их обнаружении и уже давно ждал их. Мужчина стоял лицом к окну и, услышав, как в его кабинет проходят люди, заметно напрягся. — Сядьте, — коротко отдал распоряжение Эрвин как всегда серьёзным и даже несколько грозным голосом. Всё ещё под наблюдением, словно преступники, коими они и являлись в некоторой мере, брат с сестрой покорно сели на кресла, стоящие перед дубовым столом командира и повернутые в сторону друг друга градусов на тридцать. Занятно, что в эти секунды азиатка смогла это подметить. Удалось ей подметить и то, что большая часть солдат покинула помещение, остались лишь двое из них. Если не считать сопровождавшего их всю дорогу капрала, что встал у стены на некотором расстоянии от них и опёрся на неё спиной, привычно сложив руки под грудью и как-то по философски следя за происходящим. Смит наконец-таки развернулся к нарушителям спокойствия, вперил в них сердитый взгляд и открыл рот, без сомнения собираясь излить на подростков всё своё негодованием. Но не успел сказать ни слова — его остановил звук распахивающихся дверей. После чего в комнату с решительным видом прошествовала каштанововолосая женщина, известная как «сумасшедшая учёная», которой тоже уже успели сообщить о возвращении подчинённых. Завидев Эрена, её лицо приобрело дружелюбный вид. — Майор Ханджи… — вымолвил парень, питая слабую надежду, что Зоэ сможет каким-либо образом смягчить выговор Эрвина. — Здравствуй, Эрен. Рада вас видеть, — тепло отозвалась шатенка, потрепав юношу по волосам. Затем она устроилась на диване, расположившемся справа от рабочего стола. Ну, хоть кто-то в этом чёртовом замке рад нас видеть. Или, по крайней мере, не пытается испепелить взглядом… От внезапного появления Ханджи, командор, казалось, оказался в замешательстве. Но совсем ненадолго. Проследив за тем, как она уселась, вальяжно закинув ногу на ногу, мужчина прокашлялся для виду и начал свою долгую лекцию. Ребята молча выслушивали всё. Слова о пренебрежении обязанностями, абсолютно безответственном поведении, их полном эгоцентризме… Все эти присутствовали в ожесточённой речи Эрвина. Но в какой-то момент, тирада была обращена непосредственно к азиатке. — Аккерман, — обычно блондин старался называть подчинённых по имени, но сейчас он был слишком зол для этого - Я, конечно, слышал о твоей маниакальной заботе о сводном брате, но это перешло все границы. Из собственного эгоизма и собственничества увезти его отсюда, буквально похитить, зная, какие надежды мы на него возлагали… Подобного я от тебя уж точно не ожидал. — Простите, сэр, но Микаса не похищала меня — опередив возмущённую брюнетку, возразил Джагер, стараясь сохранить лицо и голос спокойными, несмотря на неподдельное чувство тревоги за исход данной «беседы» — Я сам захотел уйти. Не вините её. Смит на несколько мгновений замолчал, тщательно обдумывая услышанное, сел на стул и, чтобы как-то себя успокоить, стал крутить в пальцах попавшийся под руку карандаш. Затем глубоко вздохнул и продолжил уже чуть менее разъярённым тоном. — Несмотря на то, что мне в это слабо верится, допустим, пусть так. Даже если это и был твой план, Эрен, тем не менее твоя сводная сестра должна была позаботиться о том, чтобы ты не сумел осуществить его. А при неудаче, вовремя сообщить кому следует… — Я выполняла свой долг! — всё-таки не выдержав, леденящим голосом выпалила темноволосая, сжимая руками подлокотники кожаного кресла так, что побелели костяшки на пальцах. Во взгляде Ривая, выступавшего в роли наблюдателя, мелькнул интерес, а Эрвин лишь опешил. — Долг? — непонимающе переспросил блондин. — Я обеспечивала его безопасность! И именно поэтому помогла ему уехать, чтобы защитить. Я сделала то, что должна была сделать. Взгляд Джагера метался из стороны в сторону, обращаясь то на командора, то на сестру. Её слова показались ему слишком рискованными, они явно могли только усугубить их и без того печальное положение. А блондин по-прежнему оставался в недоумении. — И от кого же ты хотела его защитить в месте, наполненном солдатами, вполне способными гарантировать ему безопасность? Неужели причина в вылазках и сражениях с титанами? Но, насколько я помню, Эрен всегда хотел посвятить себя их истреблению… У меня сложилось ощущение, что вы просто-напросто чего-то не договариваете. Микаса замялась и прикусила губу. Она никогда не сомневалась в проницательности Смита, но сейчас он лишний раз напомнил о своей скрытой силе. — Так я и думал, — несколько устало кивнул мужчина, а его лицо вновь приобрело грозный вид — Ну, тогда, единственной внятной причиной вашего побега я могу считать лишь страх за собственную шкуру. Трусость, говоря одним словом. — Нет, вы ошиба… — опять встрял зеленоглазый, однако на сей раз командор и слушать не стал. — И это лишь облегчает мне принятие решения. Эрен, в силу своей весьма ценной способности, всё ещё может быть нам очень полезен. И для этого нам ещё предстоит масса исследований его титанической формы — при этих словах, притихшая Ханджи заметно встрепенулась — Поэтому, Джагер должен оставаться здесь. А что насчёт тебя, Аккерман… Если вы так сильно испугались гигантов, не смею тебя больше задерживать. Завтра же я оформлю приказ о твоём отстранении. — Что, простите? — ошарашенно проговорила полукровка, а от её недавней дерзости не осталось и следа. Похоже, всё и впрямь зашло слишком далеко.