Ну что такое мелкое убийство для большой дружбы?

Началось все с выстрела. Нет, это, пожалуй, не совсем верно. Согласно одной точке зрения, отсчет пошел с того момента, когда пуля впилась в спину Дункану, пропорола легкое и сердце, заставив беднягу рухнуть, как подкошенный колос. Мрачная физиономия Митоса при этом выдавала, по крайней мере, половину его мыслей о шотландце, к которому лучше всего подошло бы определение «вечный геморрой». Кроме того, его cильно занимал вопрос: даст ли такая незаметная смерть МакЛауду право закатить скандал, когда он очнется? И это приводит нас ко второй точке зрения касательно начала отсчета – точке зрения Джо Доусона. Он бы сказал, что каша заварилась задолго до того, как был, собственно, спущен курок, не говоря уже о самом выстреле, а кто этого до сих пор не понял, лишен даже чутья шлюхи, морозящей задницу на углу улицы. По проницательному мнению Наблюдателя, которым он не собирался делиться, конфликт, вылившийся в членовредительство, назревал уже черт знает сколько времени. Исходя из всего вышесказанного, Доусон был более чем уверен: жизнь скоро станет интересной. В общем, так это и началось. Или не началось, или началось уже давным-давно, в зависимости от угла зрения. Митос пальнул Дункану в спину. Уложил, даже не моргнув глазом, после чего переступил через тело и отправился обделывать свои делишки с таким видом, словно всего лишь отвесил подзатыльник малышу, срывающему семейный обед. Дункан не забыл. Возмездие обрушилось спустя два года. Однажды вечером, примерно через три недели после инцидента с О’Рурком, Митос обнаружил себя дрейфующим вниз по Сене. Кто-то бы, возможно, решил, что живой и здоровый Старейший сам залез в воду по какой-либо причине, только вот дело обстояло совсем наоборот: он был мертв, как камень, вследствие принятия лошадиной дозы яда. Дункан пригласил Джо и Митоса на обед. Было подано вино, сыр, фрукты, затем последовал зеленый салат, заправленный бальзамическим уксусом. Вторая бутылка вина сопровождала фаршированных цыплят с запеченными овощами. К десерту из персиков прилагался дорогой портвейн. Все шло прекрасно до тех пор, пока Митос вдруг не согнулся от боли, буравя Дункана взглядом зеленым и пронизывающим, как осколок стекла. - Ах ты, мерзавец! - только и сумел выговорить он, прежде чем умер. На глазах потрясенного Джо Дункан без особых церемоний вывалил тело за борт и демонстративно отряхнул руки, когда оно с плеском погрузилось в воду: - Вот что получаешь, стреляя мне в спину, ты, занудный всезнайка! Иной бы посчитал, что, сравняв счет, это мелкое убийство прекратит обмен «любезностями». Но Джо не был столь наивен. Наскоро распрощавшись с гостеприимным хозяином, он поторопился убраться от баржи как можно дальше. Хитроумный сынок миссис Доусон не испытывал ни малейшего желания оказаться случайной жертвой того, что, он был уверен, скоро начнется – набирающей обороты борьбы двух альфа-самцов за превосходство. Митос просто так не спустит купание собственного трупа в ледяной воде, особенно если на нем в тот момент был его любимый свитер. Как только Старик очухается и выберется из Сены, он, разумеется, объявит войну. По мнению Джо, Дункан поступил бы гораздо дальновиднее, если бы как-нибудь, за чашечкой кофе, просто пырнул Митоса кинжалом. По наблюдениям Доусона, такой варварский способ убийства Старейший, скорее бы воспринял как дружеский, хоть и чересчур усердный пинок или как не совсем удачный способ поздороваться. Такое своего рода приветствие для бессмертных. Как обычно, Джо оказался прав. В последующий месяц эта парочка убила друг друга в общей сложности пять раз. Дункан пал от стрелы, выпущенной из лука Купидона, от свалившегося на голову рояля и здоровой наковальни до кучи. Последнее убийство случилось, как раз когда Митос невозмутимо потягивал скотч у Джо в баре. Получив от полевого агента звонок, что МакЛауда только что прихлопнули, как Хитрого Койота1, Наблюдатель повернулся к Старейшему и спросил: - Ты намеренно заимствуешь идеи у Луни Тюнз или просто считаешь себя очень остроумным? - Ну, а кто, по-твоему, изобрел ACME? - Какая же ты скотина. - Бип-бип. И так все продолжалось, продолжалось и продолжалось. Они использовали ножи, автоматы и контролируемые взрывы. В ход шли яды, газы, мчащиеся грузовики и экзотические растения. Они следили друг за другом и устраивали ловушки. Несмотря на то, что со временем оба стали весьма изобретательны по части способов взаимного уничтожения, убийства никогда не происходили на публике и ни один смертный в процессе не пострадал. Ношение бронежилетов вошло у них в привычку, но Митос обошел это досадное препятствие, вернувшись к использованию арбалета и болтов с обсидиановыми наконечниками. Они никогда не делали ничего, что даже случайно могло отделить голову от тела. Поначалу игра была даже забавной, потом слегка опасной и, в конце концов, начала отдавать идиотизмом. Джо не хотелось вмешиваться – он не видел, чтобы МакЛауд так отрывался со времен Кори Рэйнса – но ситуация достигла высшей степени абсурда, когда ему пришлось провести зимнюю ночь на кладбище, выкапывая шотландца из могилы. Рано или поздно что-то могло сработать не так, а он был как-то не в настроении терять друзей. Именно поэтому утро застало Джо в баре, в компании двух сильно недовольных бессмертных. - Ну, и когда это закончится, ребята? - Джозеф, будь любезен сообщить Маку, что не я начал этот танец смерти… - Ах, не ты! - взревел МакЛауд, вскакивая с места и нависая над столом, - То-то я припоминаю, как девятимиллиметровый кусок железа вошел мне в спину! И откуда же он, интересно, взялся, а, револьверная фея? - Эй, эй! – Джо схватил трость и сунул ее аккурат между носами разъяренной парочки. – Если придется, я позову священника, и он превратит здесь все в святую землю. А для вас мой бар - нейтральная территория, усекли? Бессмертные продолжали испепелять друг друга взглядами. - Это не риторический вопрос. Вы. Хорошо. Меня. Поняли? Обе стороны неохотно выразили согласие сердитым ворчанием. - Ну, так вот. У меня забот полно, я не могу проводить дни, гоняясь за вами по всему Парижу, чтобы вести счет, сколько раз вы друг друга укокошили! И выкапывать из могил ваши трупы посреди ночи мне, знаете ли, тоже не слишком весело. Так что это должно прекратиться прямо сейчас, потому что лично с меня хватит! - Что-то я не припоминаю, чтобы вообще обращался к вам за помощью, мистер Доусон. Джо молча огрел Митоса тростью по голове. - Ай! - Как ты думаешь, если самый здравомыслящий человек в комнате младше тебя раз в сто, о чем это говорит? Дункан фыркнул, и Джо развернулся к нему. - А ты меня разочаровал! МакЛауд съежился под взглядом Наблюдателя. - Этот вот идиот топчет землю пять тысяч лет, что, хоть и не оправдывает его поведения ни в одну из эпох, но дает ему небольшую поблажку, потому что нам никогда не понять его странностей. В конце концов, он тысячу лет болтался рядом с Каспианом, тут любой бы слетел с катушек. Но ты! Коннор прекратил бы вашу идиотскую игру немедленно, если бы только узнал. То, что вы делаете, - безответственно, и я ни в жизни не поверю, что, проведя четыреста лет на планете, ты можешь этого не понимать! Джо положил трость на стол и, вытащив из внутреннего кармана куртки беретту, потряс оружием в воздухе. - Мое условие. Когда один из вас, шутов, надерет задницу другому, я – следующий в очереди! Оба бессмертных воззрились на него с ужасом. - Что? Думаете, игры больших мальчиков не по мне? – Джо помрачнел.- Чтоб вы знали, в свое время я перебил кучу людей, большинство из которых оживать не умели. Я чертовски хороший стрелок, могу и наградной документ показать. Так что лучше одумайтесь, иначе эта война закончится не в вашу пользу! - Ты блефуешь, - первым обрел дар речи Митос. - Уверен? Не целясь, Джо навел пистолет на Дункана и выстрелил. Перед тем как свалиться замертво, шотландец бросил на предателя полный укоризны взгляд. - Знаешь, боюсь, он очнется злым на весь свет. - Что ж, приму в компанию. Я зол уже несколько месяцев. Сколько раз ты его убил? Митос пожал плечами. - Да брось! Я знаю, что вы ведете счет. Сколько? На этот раз бессмертному хватило совести притвориться смущенным: - Двадцать семь. Плюс-минус… - Двадцать семь, - Джо помахал пистолетом. - А сколько раз он убил тебя? - Двадцать два. - Митос, четверо Наблюдателей доложили о пятнадцати различных инцидентах, в которых один из вас убил другого! В организации уже решили, что вы оба чокнулись и, честно говоря, я начинаю разделять их мнение. Так почему бы тебе не объявить себя победителем, благородно удалившись с поля боя? - И ты думаешь, это его остановит? - Да, я думаю, остановишься ты, остановится и он. Дункан со стоном втянул в себя воздух, оповещая всех, что он снова в мире живых. Джо оперся рукой о стол для устойчивости и на всякий случай направил на шотландца пистолет. - С возвращением на вечеринку, солнышко. - Какого черта? За что, Доусон? - Чтобы продемонстрировать серьезность моих намерений. Дункан поднялся с пола и ткнул пальцем в Митоса: - А ты не мог пристрелить его? - Нет, нам надо было кое-что обсудить. К тому же, ну что такое мелкое убийство для нашей дружбы, да, Мак? В ответ Дункан лишь фыркнул. - Ну, так что? Объявляем мораторий на убийство и членовредительство или мне грохнуть вас обоих на публике и отправить на какой-нибудь необитаемый остров? Повесив на лицо невинное выражение, Митос поднял одну руку, прижал вторую к сердцу и произнес: - Обещаю остановиться, если он тоже перестанет. Дункан нахмурился и положил руку на сердце, но, скорее, для того, чтобы потереть едва зажившую рану, чем для произнесения клятвы. - Не могу поверить, что ты пристрелил меня, Джо. Доусон опустил пистолет на стол: - Прости, Мак. Мне действительно жаль. Но это должно прекратиться, и ты знаешь, что я прав. Так ты с нами или как? - С вами. - Слава тебе, господи! – с глубоким вздохом Джо плюхнулся обратно на стул. – Может быть, теперь мне кто-нибудь объяснит, каким образом все так далеко зашло? Митос пожал плечами. - Видишь ли, Джо, это все равно что есть картофельные чипсы: стоит начать и остановиться уже невозможно… - Картофельные чипсы?! Ты уподобляешь убийства поеданию чипсов? - Ну, не то, чтобы он мог помереть окончательно... Джо наклонился и несколько раз треснулся лбом о поверхность стола. -Убирайтесь! Убирайтесь оба, пока я не пристрелил вас чисто из принципа! Вот так. То, что началось с выстрела или после него, или задолго до него – в зависимости от точки зрения – закончилось тихим шуршанием закрываемой двери. Не было больше ни пальбы, ни арбалетных болтов, ни взрывов, ни ударов исподтишка, ни случайно упавших на голову наковален. Двое друзей продолжили жить дальше как ни в чем не бывало, и никто больше не заговаривал о произошедшем. В конце концов, Джо оказался прав: ну что такое мелкое убийство для большой дружбы? 1Хитрый Койот (англ. Wile E. Coyote) и Дорожный бегун -калифорнийская кукушка-подорожник (The Road Runner) — два персонажа одноимённой серии короткометражных мультсериалов Looney Tunes и Merrie Melodies. Сюжет каждого мультфильма строится вокруг того, что койот пытается догнать, поймать и съесть Дорожного бегуна, который без остановок бегает по дорогам с такой скоростью, что его ноги внешне образуют подобие «колеса». С этой целью койот в каждой серии приобретает материалы в вымышленной компании Acme Corporation (Название расшифровывается как «A Company that Makes Everything», то есть «Фирма, делающая всё, что угодно»), с помощью которых создаёт хитрые ловушки для ловли птиц. В конце каждого мультфильма Дорожный бегун, который никогда не бывает пойман или ранен , издаёт характерный звук «бип-бип» и убегает.