О войне

Больше всего Эдмунда бесит, что они почти не общаются друг с другом. Сьюзен все чаще запирается в ванной, Питер постоянно читает свои дурацкие книжки, даже Люси не сильно хочет разговаривать. Эдмунд слоняется по дому бледной тенью и ищет хоть чьей-нибудь поддержки. Письма с фронта от отца приходят слишком редко; Эдмунд читает их последним – он должен знать, что все в порядке, прежде чем начнет читать первые строки. Однажды он возвращается домой первым, и находит письмо с фронта под дверью. У него дрожат пальцы. Люси должна прийти через полчаса, но Эдмунд не может заставить себя ждать. Он разрывает конверт. Когда Люси приходит, Эд сидит на полу и тихо плачет. Письмо лежит у его ног. Наполненными болью глазами он смотрит на сестру, и она все понимает. Папы больше нет. *** Теперь все с ним хотят поговорить, но Эдмунд отдал бы все, лишь бы не слышать их голосов. Он лежит у себя в комнате и, кажется, плачет. Прошло уже два дня с того чертового письма, и он еще ни разу не вставал с постели. Он не может даже заставить себя съесть что-нибудь – его начинает тошнить каждый раз, стоит ему подумать о еде. Питер сначала пытается быть заботливым, потом начинает злиться. Он кричит: «Ты не один потерял отца!» и «Подумай о матери и Люси!». Но ведь он прав – если не только Эдмунд потерял отца, то какая им всем разница до самого Эдмунда? *** На третью ночь его всего скручивает от боли, и он плачет, плачет, плачет, и еще кричит что-то, совершенно не контролируя себя. Когда испуганный Питер просыпается и пытается успокоить его, Эдмунд начинает смеяться так, как не смеялся никогда прежде. - Он умер, Питер! Он умер! Умер, Питер!!! Голос срывается. Питер торопливо обнимает его, шепчет какие-то слова, гладит по голове. Эдмунда бьет дрожь. Отец умер, а он жив. Отец умер, а он лежит здесь, в своей теплой кроватке, рядом с братом, и рыдает. Слабак! Какой же он слабак… *** Теперь Эдмунда обижают в школе еще чаще. Он честно учится не обращать внимания, но плохо получается. Они зовут его трусом – но ведь это он сражался за Нарнию дважды, будучи ребенком, и много раз, будучи взрослым. Они зовут его дураком – но ведь он прочел столько книг, сколько они не прочтут за всю свою жизнь. Они зовут его слабаком – а ведь он сражается на мечах так, как они не смели бы и мечтать. Когда они говорят что-то про его отца, у него просто срывает крышу. *** Когда Эдмунд после очередной драки возвращается домой, он застает уставшего и злого Питера. Тот молча бросает ему бинты и спирт и уходит, не говоря ни слова. Питер разочарован. И Эдмунд разочарован тоже. Он промывает царапины, морщась от боли, и аккуратно перевязывает сбитые в кровь коленки. Он вспоминает, как вправлял Питеру руку и ни разу не жаловался, когда тот ввязывался в драки. Виновато смотрящий Питер, вернувшийся из комнаты, вспоминает это тоже. *** Когда Люси начинает петь, Эдмунд честно говорит, что у нее нет голоса. Сьюзен недовольно хмурится, Питер пытается отчитывать младшего брата, Люси чуть ли не плачет. - А у тебя не получается рисовать! – не выдерживает она и, разрыдавшись, выбегает из комнаты. Эдмунд еще несколько часов не может забыть этого. У него все тетрадки изрисованы, и это, кажется, единственное, что получается у него неплохо. Но ведь Люси не умеет врать… Эдмунд рвет листы и плачет, сжигая их. Через несколько часов его, всего продрогшего на морозе, находит Люси и извиняется, говоря, что ей на самом деле очень нравятся его рисунки. Эд хрипло смеется, говорит «Ничего» и возвращается домой. На следующий день у него поднимается температура. Больше он не рисует. *** Когда Сьюзен знакомит их с ее первым кавалером, и тот оказывается главным обидчиком Эдмунда, он бьет, не раздумывая. Сьюзен плачет; Люси неодобрительно смотрит; Питер снова пытается учить его жить. - Лучше это сделаю я сейчас, чем потом это сделает Питер, когда он тебя обидит, - коротко бросает Эд и уходит в свою комнату. Он не расскажет им, как к нему относятся в школе, но защищать старшую сестру – его долг. *** Питер находит себе работу – теперь по выходным и после учебы он помогает разгружать вагоны. Сьюзен сидит с соседскими детьми за небольшую плату. Люси умеет так завораживать продавцов, что они часто делают им скидки. Эдмунд мечтает попасть на фронт. Он хочет быть летчиком, как и его отец, но ему всего пятнадцать, и ему ничего не светит. Ему нужно доучиться всего три класса – и он пойдет в летное училище, только дайте ему время, немного времени. У него уже большой опыт борьбы за свою страну, побольше, чем у многих новобранцев. Но ему всего пятнадцать – и ему приходится зарабатывать по-другому. Он делает домашние задания своим одноклассникам за жалкие гроши, на которые иногда покупает своим сестрам и матери милые вещицы, которые им так хотелось бы иметь, но так жаль тратить на них деньги. Когда Питер узнает об этом, первое, что он думает – младший брат ворует. Сначала Эд, конечно, бьет его со всей силы, а потом начинает рыдать. У Питера сжимается сердце, стоит ему посмотреть на понурого младшего брата, которому он почему-то не поверил. - Извини, - выдавливает из себя Питер, и Эдмунд резко поднимает голову. - Иди ты к черту со своими извинениями. Они никогда так не ссорились со времен первого попадания в Нарнию. Но здесь не Нарния, здесь идет война – и Эдмунд должен быть к ней готов. *** Когда умирает мать, это Эдмунд переживает спокойнее всех. Он хлопочет о похоронах, успокаивает рыдающую взахлеб Люси, заставляет спать совершенно истощенную от переживаний Сьюзен, не позволяет брату винить себя в случившемся. Они живут в военном Лондоне, у них еда по карточкам и непрекращающиеся обстрелы. Неудивительно, что у миссис Певенси не выдерживает сердце. Эдмунд почти не чувствует боли. Но когда все заканчивается, и Люси со Сьюзен понемногу приходят в себя, а Питер отказывается от учебы и находит себе полноценную работу, чтобы прокормить семью, Эдмунд все никак не может осознать. У них больше никого нет. Отец погиб. Умерла мать. Они одни. Он – один. И он ломается. Молча, без слез и истерик. Он все чаще и чаще задерживается после школы, не решаясь приходить домой. Он все реже и реже бьет своих обидчиков, и те почти отстают от него. Его называют «этим сумасшедшим Певенси», а он мечтает рисовать и чтобы кончилась эта чертова война. А еще он больше не верит в Аслана. Потому что если бы Аслан был на самом деле, он бы никогда не допустил войны.