Огненная осень

      Я вышел в коридор и увидел Гарри, Найла, Зейна и двух Джо, стоящих у лестницы. Они что-то бурно обсуждали и смеялись. Вдруг я услышал как кто-то ругается за дверью комнаты Рейсана и Зейна. Через пару секунд вышел Рейсан и сказал мне, что он не сможет пойти с нами, потому что плохо себя чувствует. По нему было видно, что он сейчас находится в самом разгаре ругани с кем-то. Я кивнул и проследил, как он зашел обратно в комнату и закрыл за собой дверь.       Я подошел к ребятам. — Рейсан не пойдет с нами, ему плохо. Что-то не то съел видимо, - прикрыл его я. — Вот черт, жалко, конечно, - проныл Найл. — А где Эмма? - заметил я. — Она уже ждет нас на улице с Лиамом, - сказал Гарри. — Ладно, тогда нам пора, пойдем?       Выйдя на улицу, мы увидели нашу пару на лестнице. И мы двинулись на стадион. На подходе мы издалека увидели Гидеона, который шел нам навстречу. Джо посмотрели друг на друга и продолжили идти. Я почувствовал себя ужасно из-за того, что позволил им загнать его в клетку для их наблюдений. А когда они докажут, что он точно не виноват, они найдут другого и заставят меня опять создавать им условия для слежки? Нет, мне это не нравится. Я больше не буду просить Гидеона о чем-то подобном. Мне почему-то его жалко. Тем более эти двое ищеек используют меня. — Привет, ребята. Если вы не против, я подготовился чуть-чуть и выбрал довольно интересный маршрут для первого раза, - подошел к нам Гидеон. — Здравствуйте, мистер, это очень здорово, спасибо вам за помощь, - сказал Найл. — Да, мы сами этого никак бы не сделали, - согласился я. — Ну что же, я рад помочь. Тогда пойдем, нам вон в ту сторону, - он показал рукой в правую от нас сторону. - Но сначала выйдем через ворота наружу.       Вокруг Академии стоял забор, который отделял нас от леса. Вейн вывел нас через ворота и мы пошли вдоль забора в ту сторону, куда он изначально нам показывал.       Зейн мягко догнал Найла, поравнялся с ним и предложил понести его рюкзак. Тот смущенно согласился. Всю дорогу через лес Найл собирал красивые цветы и травы в одну большую охапку. Куда он их потом денет, даже сложно представить. Зейн шел рядом с ним с двумя рюкзаками и довольно наблюдал за первым. Недалеко от них шли Эмма и Лиам, которые время от времени срывали какие-то травы и обговаривали их между собой, а потом складывали аккуратно в разные мешочки. В самом начале шел Вейн, возле которого терся Гарри и два близнеца. Гарри о чем- то спрашивал и записывал, а близнецы принюхивались, вдыхая запах чистого леса и не забывая при этом пристально следить за профессором. Сначала я записывал то, что видел на подобии дневника, затем дополнял то, что увидел ранее, а потом решил присоединиться к Гидеону и Гарри. — Вау, вы правда три года жили в лесах темных эльфов? Там же почти вся растительность ядовитая. — Вообще, мне по большей части приходилось там жить, пока моя тогда еще девушка решала дипломатические вопросы. Она в то время работала послом Пограничья. Когда мы разошлись, ее перевели на должность губернатора, но она решила уехать обратно в леса темных эльфов. Как ни странно ей там очень понравилось. В отличии от меня, - засмеялся Вейн. - Там и правда, сплошная ядовитая растительность, не то, что тут. Тут мне больше нравится. Хотя везде можно найти свои прелести. — Мне тоже, - резко сбоку подошел Зейн, - хотя домой все же тянет. Привык как ни как. — Зато какие там водопады. Самые высокие и сильные, - продолжил Гидеон, посмотрев на Зейна, но тот промолчал. — Луи, представляешь, мистер Вейн когда-то занимался исследовательскими работами в горах, а потом завязал и решил уехать служить на границе, там он познакомился с послом и уехал с ней в темные леса, - подбежал ко мне Гарри и мы отстали от Гидеона и Зейна на пару шагов. — Насыщенная жизнь у него, - я выразил на своем лице восторг, стараясь не показывать того, что уже давно знаю из его личного дела. — Давай, мы закончим Академию и уедем вместе путешествовать, только обязательно через темные леса. Я таааак люблю водопады, а заодно мы можем зайти к Зейну в гости.       Гарри прижался ко мне еще сильнее и обнял за талию, а я удивился неожиданному проявлению чувств, спустя достаточное время. Главное, предложить мне встречаться он смог. А потом продолжил вести себя со мной как друг, не проявляя каких-либо близких чувств. Я решил промолчать, так как не знал, что отвечать, благо Гидеон остановился и позвал всех нас к себе.       Мы подошли и увидели небольшую ямку, заросшую мхом, который переливался желтоватым оттенком. Внутри этого углубления лежало два камня: один побольше, другой поменьше, но оба темно-серого обычного цвета. Все собрались рядом с Гидеоном. Найл еле удерживал свой огромный букет, который уже закрывал ему весь обзор. Профессор присел на корточки и взял один камень в руки. — Ну что, хотите фокус, - засмеялся Гидеон и подозрительно легко разделил камень поменьше на две части, будто это был бумажный макет.       Внутри камень оказался темно-темно фиолетовым, местами темно-синим и блестящим. — Это очень хрупкий камень, поэтому его легко разломать. И выглядит невзрачно, в отличии от внутреннего содержания. Эту красавицу зовут Аметистовая жеóда, но некоторые называют ее Императрицей.       Все с любопытством уставились на профессора. — Вообще-то она образуется в вулканических породах и бывает довольно больших размеров, но тут никаких гор нет, и никто понятия не имеет, как она здесь оказывается. Ее просто находят временами небольшого размера и всегда не одну, а несколько. Признаться, мы как-то говорили об этом с профессором темных искусств и его лучшим другом – профессором естествознаний. Я могу предложить им присоединиться к нам в следующий поход.       Все восторженно и согласно закивали, а я напрягся, потому что мы, во-первых, еще этот "выход в свет" не закончили, во-вторых, еще не обговаривали второй, и наконец, в-третьих, я не могу разрешить близнецам следить за ним. Теперь я думаю, что они знали, что он вольется во все это по собственному желанию, так как знали, чем он раньше занимался. Хитрые псины, не нравятся мне все больше и больше. И зачем они тогда поддержали вступление Рейсана в клуб? Разве сами не говорили, чтобы я никого пока не принимал. — Ладно, нам осталось дойти совсем чуть-чуть, - сказал Гидеон, вручил две половинки камня Лиаму и Эмме и пошел вперед.       Второй камень взял Зейн и вручил его со смущенным видом Найлу, говоря, что это для исследований. Польщенный и такой же смущенный Найл, у которого все руки были заняты, удерживая огромный самодельный букет, попросил Зейна положить камень в его портфель и двинулся вперед за остальными. Вот почему у этих двоих больше романтики, чем у меня с Гарри. А мы так то пара! Я вдруг вспомнил наш утренний поцелуй и то, как он мило улыбнулся тогда. Мне стало грустно. Кажется, это было первое и последнее проявление романтики.       Спустя пару минут, мы вышли на просторный участок леса, где было не так много деревьев. — Ну все, привал. Давайте поедим и вы начнете свои работы, - сказал Гидеон.       Все облегченно остановились и стали вытаскивать свои вещи. По времени шли мы час с небольшим. Зейн сразу стал аккуратно расстилать несколько пледов и складывать остальные вещи в стороне, чтобы они не мешались. Эмма с Лиамом развели огонь и подвесили на нем кипятиться на чай воду. Близнецы тем временем ускакали вынюхивать съедобные ягоды. Гарри взялся доставать еду и раскладывать ее для всех. Найл пересобрал красиво свой букет и попросил Вейна помочь перевязать его лентой, чтобы он не развалился. Я остался подготавливать тетради и журналы для записей. Сначала подписал, для чего каждый нужен, потом отсортировал, для кого что отдать, и определил, в каком формате будет работать каждый.       Мы все перекусили, выпили горячего чая, к которому Эмма, оказывается, еще и нажарила на огне зефирок, отложив немного Рейсану, и наелись ягод. Я рассказал всем план работы и отправил разойтись на небольшой радиус от стоянки, а сам остался убирать наши вещи, так как уже записывал кое-что по дороге сюда. На часах было без пятнадцати шесть, так что я дал всем ровно час. Для первого выхода и на такое большое расстояние - нормально. Убрав все за пять минут, я тоже присоединился к общему труду.       Эмма ушла с Лиамом исследовать деревья на внешние признаки. Зейн заверил Найла, что кустарники и травы очень-очень близки, так что им нужно пойти вдвоем. Близнецы сами вызвались находить и выслеживать живность, после того как удостоверились, что Гидеон будет медитировать все это время и не сдвинется ни на шаг со своего места. А Гарри упросил меня изучать эти несчастные камни в попытке найти еще Аметистовую жеóду, а может и что-то еще. Сам я просто решил записывать все, что привлечет мое внимание.       Ровно через час все стояли рядом со своими вещами и отдавали мне сделанные записи и заметки. Собрав полностью вещи, ровно в семь мы выдвинулись обратно в Академию. Найл со своим огромным букетом все волновался туда ли мы идем, так как внушил себе в какой-то момент, что мы потерялись, и я подумал, что хорошо, что он работал все это время с Зейном, а то потерялся бы в самом деле.       Пока мы шли вдоль забора к воротам, я понял, что смертельно хочу спать и, кажется не смогу даже в душ сходить. — Не раскисай, Луи, - растормошил меня профессор, - чем глубже в лес, тем сильнее изменяется содержание воздуха. Ты надышался слишком свежим воздухом, поэтому тебя клонит в сон. И Гарри тоже.       Дойдя до общежития, мы попрощались с профессором и отправились по комнатам. Я заставил себя сходить в душ и переодеться. Гарри сделал то же самое. А пока он купался, я разобрал наши вещи, и пошел относить все записи в комнату нашего клуба.       Дойдя до здания отдыха, я поднялся на нужный мне этаж и на подходе к нашему штабу увидел принца, изучающего надпись на двери. Сколько времени нужно чтобы прочитать два слова: "Огненная осень".       У меня резко потемнело в глазах. Я почувствовал, как журналы в моих руках стали тяжелее в двадцать раз и потянули меня вправо. Я начал падать. Последнее, что я увидел, это глаза, мерцающие ярким сине-голубым цветом. Зеркало…