.you are my space

Гарри с детства мечтал быть космонавтом. Он просто хотел потрогать звезду. Это всегда было чем-то огромным и таким нужным. Знать, что он не сошел с ума, и то, что он видит каждую ночь, те звезды, что они есть на самом деле. Мечтал узнавать что-то новое о том месте, где по его мнению хранятся все секреты. По-детски, наивно и глупо. Но он так думал. И шёл с этой мечтой сквозь года. Всегда, когда мир отворачивался от него, когда предавали близкие люди, когда хотелось просто выйти в окно, космос всегда был с ним. Вот у всех был в детстве вымышленный друг? Так вот, таким другом Гарри можно было назвать Космос. Гарри мог выйти ночью из дома и просто просидеть несколько часов на заднем дворе, вглядываясь в черно-синюю Бездну или рассказывать самое важное. И даже с годами эта любовь не уменьшилась. А наоборот. Он еще не знал, что плата за мечту будет слишком огромной. ~ Луи было глубоко плевать на то, кем он будет работать, будет ли у него семья, и что вообще будет с ним через пару лет. Единственный, кто имел над ним контроль, был его отец. Марк. Именно поэтому, он вообще пошел в университет. На медика. На самом деле, Луи было не всё равно. Он просто не хотел, точнее не видел смысла во всём этом. Какой смысл заправлять постель, если вечером ты снова ляжешь в неё? Какой смысл учится несколько лет, если потом не хочешь работать? Какой смысл любить, если после останется адская ноющая боль. Какой смысл жить? Он всегда хотел найти ответы на эти вопросы. Но найдя ответы, он потеряет жизнь. Спокойную жизнь. ~ Легкий ветерок развивал слегка кудрявые волосы, мягкие лучи летнего солнышка согревали, а еле слышное пение птиц разливало тепло по всему телу. Гарри оглянулся ещё раз и направился к огромному зданию. Год назад он проходил здесь практику, а месяц назад по конкурсу прошёл для собеседования. Здание было и вправду огромным, словно бросающее вызов. Вспомнив, какой кабинет был указан в личном письме, он направился на третий этаж. И вот стоя перед дверью Чарльза Болдена, он сказал себе, что если его примут, то он напьётся в баре, что напротив его дома, а если нет, то он выбросит всё что связано с космосом на свалку. Чуть позже вечером он был пьян в дерьмо. ~ Луи не сильно удивился, когда отец предоставил ему несколько мест работы на выбор. Первое была обычная городская поликлиника. Ну уж нет. Он не для этого столько времени потратил на учёбу, чтоб всю жизнь проторчать в жалкой больничке. Второе – врач на судне дальнего плаванье. Тоже не то. У него морская болезнь. Даже не обсуждается. Но вот третье. Его зацепило. И нет, не потому что это был последний вариант. Требовался медик на Космическую станцию. Что-то в этом было. Что-то, что тянуло его. Или же он прост хотел быть частью чего-то по истине не земного. Он не знал, но остановился на этом. Отец одобрил и пожелал удачи в этом. Конечно, для того чтоб работать в такой важной области нужны не малые знания, чего у Луи не занимать. А без проблем попасть туда помог отец. И вот Томлинсон стоял перед огромным зданием, которое немного вселяло страх. Он казался себе таким крохотным на фоне массивной постройки. И ему нравилось это. Сегодня его первый рабочий день, и я совру если скажу, что он не нервничает. С сегодняшнего дня его жизнь изменится. И я даже не знаю в какую сторону. ~ Гарри сидел в своей комнате, в общежитии при станции. Он просто сидел и смотрел в противоположную стену, осмысливая свою жизнь. Всё, чего он так сильно желал, всё, ради чего он жил сейчас есть у него. Он, определённо, самый счастливый. Теперь он будет ближе к своему другу. Он сможет потрогать звезду. Сегодня у него первый полёт. Он нервничает. Нет, не потому что что-то может пойти не так или что-то в этом роде. Всё потому что это то, ради чего он жил последние двадцать лет. И ещё. Его мысли вот уже пятый день были заняты одним изумительным, прекрасным, очаровательным человеком. Пять дней назад он проходил диспансеризацию. Обычная процедура перед полётом. И все хорошо, но врач... Обычный парень, с очаровательными голубыми глазами, прекрасным голосом и обворожительной улыбкой. Но в его глазах было столько... одиночества? Нет, он не достоин этого. В таких глазах должно быть счастье. Он как-будто притягивал к себе, словно он чёртов магнит, а Гарри всё железо мира. И каждый раз, когда Стайлс закрывает глаза, перед ним всплывает картинка тех глаз. Взгляд этих глаз ломает что-то внутри Гарри. Почему-то он не хочет больше видеть это, не в этих глазах. ~ Вот уже несколько дней из рук Луи валилось всё, что тот не возьмёт. И причиной такого его поведения был просто парень. Нет, он на самом деле не просто парень. Они общались двадцать минут или около того. Но от него веяло необъяснимой радостью и жизненным счастьем. За это короткое время, в Луи всё перевернулось. Он захотел стать таким же. Беззаботным, счастливым, весёлым. Когда Стайлс прошёл диспансеризацию и вернулся к силовым упражнениям, он изучил его личное дело. Нет, не то чтобы он хотел убедится в чем-то, просто мало ли что. И вот сегодня у него первый полёт. И Луи нервничает совсем не от того, что Гарри в экипаже. Нет, что вы. ~ И вот они уже месяц дружат. И теперь Гарри знает, что любимый цвет Луи синий, любимый фильм "Хорошо быть тихоней", любимый сериал "Друзья". Луи не любит, когда ему лгут и запах гари дома. Но так же, Луи любит запах Гарри. Но об этом он скромно умолчал. – Почему космос? - спросил однажды Луи, сидя на кровати Гарри и попевая горячий чай с бергамотом. – Почему? Разве нужна причина любить что-то? Хотеть чего-то? Жить чем-то? - ответил Гарри, присаживаясь рядом с Луи и заглядывая в эти прекрасные океаны, именуемые его глазами и он неосознанно тонул в них. – Ох, ну раз так... – Просто в детстве я хотел прикоснутся к звезде. И видимо это стало своеобразным толчком. И вот сейчас я здесь. – Странная мечта, но всё же ты здесь. После этого им требуется не мало времени, чтоб понять, что они влюбленны друг в друга. Год. Целый год потребовался, чтоб они поняли что это не совсем дружба и то, что между ними происходит имеет другое название. И вот снова прошёл год. Но уже год с того момента как Луи обрёл свой смысл. Год с того, как он в маленьком и малолюдном кафе, за чашкой дешевого кофе и парочкой не вкусных эклеров, предложил Гарри стать его парнем. Просто вот так вот без лишних слов, напрямую. Конечно, Гарри согласился. И они как-будто начали жить заново. Вместе. Луи просто однажды приехал к Гарри со своими вещами и больше не уехал домой. Не требовалось никаких объяснений или чего-то ещё. Всё было предельно ясно. Они так сильно любили друг друга, что порой слёзы счастья стекали по их щекам. Они не расставались ни на минуту. Словно не умеют жить друг без друга. На работе все знали и были только рады за своих коллег. Но однажды, 16 января, перед очередным полётом, который должен был продлится 16 дней, ночью Луи плохо спал, ужасный кошмар терзал его сознание. Он как-будто чувствовал. Поэтому, перед тем, как отправится на работу, Луи остановился у двери и развернулся к Гарри. – Пообещай, что вернешься. – Лу, ты в порядке? – Чёрт, Гарри, просто пообещай. И вечером, когда ты вернёшься, мы пойдём в ресторан и отметим твой день Рождения. – Малыш, это не первый полёт. Я вернусь, слышишь меня. Я вернусь к тебе. Обещаю. И мы обязательно сходим. – Я люблю тебя, Гарри Стайлс. – А я люблю тебя, Луи Томлинсон. Гарри плавно накрыл губы Луи своими, и с жадностью целовал их каждый миллиметр. В комнате резко стало жарко, и поэтому, что всё же не опоздать на работу они с огромной неохотой отстранились друг от друга и вышли из их дома, который больше не будет их домом. Последний полёт челнока STS-107 «Колумбия» начался 16 января 2003 года. Утром 1 февраля 2003 года после 16-суточного полета шаттл возвращался на Землю. НАСА потеряла связь с кораблём примерно в 14:00, за 16 минут до предполагаемой посадки на ВПП № 33 Космического центра им. Джона Кеннеди во Флориде — она должна была состояться в 14:16 GMT. Очевидцами были засняты горящие обломки шаттла, летящие на высоте около 63 км при скорости 5,6 км/с. Все семь членов экипажа погибли. Это был обычный полёт. За время работы парней в NASA, таких было много. Это их работа и они привыкли к этому. И вот Луи уже которую неделю не выходил из рубки связи, всё потому что где-то там высоко-высоко над ним, в открытом пространстве находился самый важный человек в его жизни. 02:30 — Начинает работу посадочная смена центра управления полетами под руководством руководителя полетами Лероя Кейна. Центр выполнял стандартные операции для подготовки челнока ко входу в атмосферу. Специфические проблемы, связанные с данной посадкой, не рассматривались. В частности, в ЦУПе не придали значения куску пены, отвалившемуся от кислородного бака во время старта. Вход в атмосферу должен был пройти в штатном режиме. Синоптики исследовали погодные условия в районе Космического центра им. Джона Кеннеди, где должна была приземлиться «Колумбия». Луи сидит в рубке и смотрит в маленький монитор, где видно самую прекрасную кудрявую голову. 08:00 — Руководитель посадочной смены ЦУПа Лерой Кейн проводит опрос операторов смены. Все дают добро на сход с орбиты. Прогноз погоды в точке посадки в пределах нормы, все системы работали нормально. В руках он вертит маленькую чёрную бархатную коробочку. Это его подарок на сегодняшний день Рождения Гарри. Он больше не хочет называть его своим парнем. 08:10 — Оператор связи астронавт Чарльз Хобо передает экипажу корабля разрешение на сход с орбиты. Он хочет называть его своим мужем. Иметь общих детей. Заплетать дочери косички. У неё должен быть характер Луи, но волосы и глаза Гарри. Должен быть... 08:15:30 — Командир экипажа Хасбанд и второй пилот МакКул приступили к отводу корабля с орбиты, произведя запуск двух двигателей орбитальной манёвровой системы «Колумбии». В момент запуска двигателей челнок находился в положении «вниз головой и хвостом вперёд» над Индийским океаном на высоте около 280 км. Манёвр по уходу с орбиты был произведён на 255-м витке и за 2 минуты 38 секунд замедлил корабль с первой космической скорости (7,8 км/с) до начала входа в плотные слои атмосферы. Во время работы двигателей экипаж испытывал ускорение приблизительно в 1/10 g. Не испытав проблем при выполнении манёвра, Хасбанд перевёл затем «Колумбию» в нормальное положение. А сына он 100% должен отдать на футбол. Должен... 08:44:09 — Условная точка входа в плотные слои атмосферы. Условно считается, что вход происходит по достижении высоты 120 км. Вход в атмосферу произошёл над Тихим океаном. Когда «Колумбия» входит в плотные слои атмосферы, трение о воздух начинает нагревать переднюю кромку крыла. Температура возрастает постепенно, в типичном случае возрастая до 1400 °C за последующие 6 минут. Он хочет завести собаку и поочерёдно выгуливать её каждый день. Хочет... 08:48:39 — Датчик температуры на передней кромке левой плоскости крыла показывает значения, превышающие те, что были зафиксированы во время предыдущих входов «Колумбии» в атмосферу. Эта информация не была передана на Землю или показана экипажу, она была лишь зафиксирована бортовым самописцем. Но что-то идёт не так. 08:49:32 — «Колумбия» совершает запланированный разворот направо, скорость 24,5 Маха. «Колумбия» начинает выполнять манёвры для точного управления подъёмной силой, что требуется для ограничения скорости спуска и регулирования нагрева корпуса. Сейчас на связь выходит Гарри, и всё что он делает – это подходит к монитору и пытается сказать хоть что-то, но не может. 08:50:53 — «Колумбия» входит в десятиминутный период, во время которого корпус корабля подвергается наиболее тяжёлым тепловым нагрузкам. Скорость 24,1 Маха, высота 74 км. Поэтому Гарри начинает говорить сам. Его голос слегка ломается на некоторых словах и это заставляет Луи умирать. 08:52:00 — «Колумбия» примерно в 500 км западнее береговой линии Калифорнии. Температура на передней кромке крыла в этот момент обычно достигает 1450 °C. – Хей, малыш, ты слышишь меня? - мягко спрашивает Стайлс и видя ответный кивок, продолжает. – Прости... 08:53:26 — «Колумбия» пролетает над береговой линией Калифорнии западнее Сакраменто. Скорость 23 Маха, высота 70,6 км. В этот момент передняя кромка крыла челнока обычно нагревается до температуры, превышающей 1540 °C. Луи начинает активно махать головой. Он не поверить в это. Никогда. Ни за что. Нет. 08:53:46 — Обнаружены следы отваливающихся обломков. Скорость 22.8 Маха, высота 70,2 км. Окружающая челнок плазма внезапно увеличивает яркость своего свечения, в ярком газовом шлейфе корабля происходит сильный электрический разряд. В последующие 23 секунды подобное явление произойдёт ещё четырежды, что отметят наблюдатели. – За что? - тихо спросил Томлинсон. 08:54:24 — Оператор по механическим системам и жизнеобеспечению орбитера Джеф Клинг сообщил руководителю полёта, что четыре датчика гидравлической системы в левой плоскости крыла стали показывать значения ниже предела чувствительности (зашкалили за минимум). По данным ЦУП, до этого момента всё проходило совершенно нормально. Посадочная смена ЦУПа продолжает обсуждать, что именно произошло с четырьмя датчиками. - За то, что не вернусь, - сдавлено отвечает Гарри. 08:54:25 — Пройдя воздушное пространство Калифорнии, «Колумбия» летит над Невадой. Скорость 22.5 Маха, высота 69,3 км. В этот момент наблюдатели отмечают яркую вспышку. В последующие 4 минуты это явление будет отмечено ещё 18 раз. – Ты вернешься, даже не смей думать об этом, - начал плакать Луи. 08:55:00 — Спустя примерно 11 минут после входа корабля в плотные слои атмосферы кромка крыла обычно нагревается до 1650 °C. - Мы оба знаем, что это не так, - Гарри не отстаёт от Луи и на его щеках остаются мокрые следы. 08:55:32 — «Колумбия» пересекает границу штатов Невада и Юта. Скорость 21,8 Мах, высота 68 км. – Смотри? - Луи показывает коробочку с кольцом. – Ты должен надеть его. Ты должен сказать мне "да". 08:55:52 — «Колумбия» пересекает границу штатов Юта и Аризона. – У нас должны быть дети. Двое, а может и трое. Не так важно, главное, что с тобой, - продолжал Луи. 08:56:30 — Находясь над Аризоной, «Колумбия» начинает левый поворот. Связь прерывается и у Луи уходит земля из под ног. 08:59:32 — Записан обрывок ответа командира корабля: «Roger, uh, bu — [оборвалось на полуслове]…». В этот же момент Центр управления полётом получил последние данные телеметрии. Офицер связи (INCO) Лаура Хоппе сообщает руководителю полетом, что данный перерыв связи ожидаем и связан с тем, что хвост шаттла заслонил антенну корабля от спутника связи. Гарри снова появляется на экране. И теперь начинает говорить он. 09:00:18 — Любительская видеосъёмка, сделанная наземными наблюдателями, показывает, что в этот момент челнок разваливается на части. Хотя пропажа сигнала явилась причиной некоторой озабоченности в Центре управления полётом, там не было замечено никаких признаков серьёзных проблем. – Луи, у нас мало времени. Помнишь, я хотел прикоснуться к звездам? Помнишь я хотел быть ближе к космосу? Луи лишь коротко кивнул. 09:05 — Жители северной части центрального Техаса сообщили о сильном звуке взрыва и слабой ударной волне. Кроме того, они сообщили о дымных следах и летящих обломках в ясном небе над районами, лежащими к юго-востоку от Далласа. – Так вот. Мне для этого не нужно было летать куда-то. Всё время и космос и звезды были рядом. Всем этим был ты. Мне жаль, что всё так закончилось. Сейчас меня не станет и я прошу тебя не идти за мной. Живи. Это то, чего я хочу. Найди меня. Хорошо? И ты знаешь, я бы сказал тебе "да". Серьёзно. И дети... Это всё так здорово. Мне жаль. Прости. Я не вернусь... И мы не сходим в ресторан... Ты был всем миром для меня. Знаешь, если бы мне предложили выбрать обычную жизнь, долгую и беззаботную, но без тебя и эту жизнь, которую я прожил: короткую, но с тобой. Я бы всё равно выбрал эту. Потому что в ней есть ты. Не забывай меня. Я люблю тебя. Прощай. Гарри приложил руку к монитору. 09:12:39 — Информация о том, что один из телеканалов в Хьюстоне демонстрирует в прямом эфире кадры разрушения шаттла, доходит до ЦУПа. В зал управления она поступает по телефону и тут же становится известной Лерою Кейну. Он объявляет тревогу (угроза потери корабля) и направляет спасательные команды в район падения обломков. Для сотрудников посадочной смены начинается аварийная процедура — Кейн передал наземному оператору команду «запереть двери», что является кодовой фразой, указывающей на наступление нештатной ситуации. При этом никому не разрешается покидать или входить в помещение пультовой, и операторы обязаны сохранить всю имеющуюся информацию для последующего расследования. - Я найду тебя. Я не забуду тебя. Я люблю тебя. Прощай, любовь моя. Луи в последний раз посмотрел на того, кто сейчас забирает сердце с собой. А после так же приложил руку к изображению руки Гарри. 09:16 — «Колумбия» должна была приземлиться на ВПП № 33 Космического центра им. Джона Кеннеди. ~ В течение нескольких месяцев после трагедии учёные НАСА искали причины катастрофы. Они пришли к выводу, что к ней привело разрушение наружного теплозащитного слоя на левой плоскости крыла челнока, вызванное падением на него куска теплоизоляции кислородного бака при старте корабля. Горячие газы, также называемые плазмой в некоторых источниках, проникли внутрь, что привело к перегреву пневматика левой стойки шасси, его взрыву, дальнейшему разрушению конструкции крыла и гибели шаттла. Спустя некоторое время трупы всего экипажа были обнаружены. Похороны были слишком болезненными. Их хоронили, как героев. Перед церемонией, Луи был один на один с холодным и не дышащим телом любимого. Он ничего не говорил, не прощался. Просто одел на такой бледный палец то, что должен был. И после этого он смог удочерить прекрасную малышку с тёмными волосами и ярко-зелёными глазами, и маленького мальчика, у которого была явная тяга к футболу. Он рассказал им о их втором отце, который был героем. И малыши с гордостью говорили об этом. Их отец - герой.