Последствия лжи во благо

      Как только погасла голубая вспышка, перенесшая Поттера обратно в Хогвартс, пусть и без сознания, Волан-де-Морт прислонился к надгробию, почти не ощущая влажного холода и пытаясь привести мысли и чувства в порядок, успокоить вернувшуюся на место часть своей души.       — Хвост, приберись тут и не тревожь меня до завтра. Передай Снейпу и Малфою, что я не на континенте. И быстрее! — Не меняя позы, Том аппарировал в замок.       Не желая тратить свое время в пустую, Темный Лорд направился в свои покои. Комната, с высоким потолком и лепниной на стенах, была покрыта темнотой. У кровати, свернувшись тяжелыми кольцами, дремала Нагайна. При виде хозяина она подняла голову, и в сумраке комнаты блеснули её круглые глаза. Раздвоенный язык змеи трепетал, вырываясь из узкой пасти. Лорд прошёл через комнату и упал на постель поверх покрывал.       — Нагайна…       Змея, изогнувшись, подняла свою изящную шею и скользнула на постель, задевая тёплым боком ледяную руку Воландеморта.       В состоянии всегда сильного, непоколебимого волшебника чувствовалась брешь, его голова кружилась и не хватало воздуха. И если раньше он думал, что до желанного всемогущества осталось не так уж и много, то сейчас он чувствовал себя слабым и беспомощным, словно судьба насмехалась над ним.       Часть души, которую Том искал на протяжении четырнадцати лет, вдруг заполнила, затопила собой все щели. Эмоции хлынули на него, словно из прорванной дамбы, и мир вокруг стал полным, объемным. Лорд чувствовал себя почти счастливым. Был ли он когда-нибудь добрым, великодушным? Или это только временное помешательство? Так или иначе, перед глазами неистово плыло, сердце было готово выпрыгнуть из груди.       — Девочка моя, Нагайна. Я так близок к завершению ритуала, осталась только ты. Ты помнишь, о чем мы договаривались? Отдай мне часть моей души, и я не буду насильно держать тебя рядом с собой, — на языке змей все это звучало зловеще, и даже ласковые слова капали, словно яд.       — Хозяин, фамильяры не уходят, когда им захочется. До смерти своего волшебника мы рядом… Я буду с вами до конца. — Прошипев это, змея устроилась на его груди и опустилась тяжелую голову на его плечо. — Будет больно, хозяин. — Острые клыки змеи вспороли кожу на молочно-белой шее волшебника. Боль эхом прокатилась по телу, плечо онемело. Бархатный балдахин перед глазами мужчины качнулся и поплыл, мир потускнел, и Темный Лорд потерял сознание.       В этот же момент в больничном крыле проснулся Гарри Поттер.       Том пролежал без сознания без малого сутки, обмен кусками души проходил более медлительно, чем он рассчитывал. Причиной тому могла быть неполная луна или его собственная слабость. Но что бы ни послужило причиной, темный волшебник испытывал в добровольном сне агонию. С виду неподвижное тело, которое, кажется, даже не дышит, в обмороке чувствовало, как его разрывает на мелкие кусочки, как несуществующие языки пламени обжигают кожу до огромных ожогов. Волшебник хотел кричать, чтобы как-то выразить все что, он испытывает, но безмолвие стало его карой на эти сутки.       Хвост, как и было ему приказано, передал слова своего Хозяина и отправился гулять по лесу в анимагической форме. Люциус, получив ответ, отправился в свое поместье, где занялся делами рода, надеясь, что за время отсутствия Лорда он успеет обезопасить родовые реликвии и артефакты от грабежа, который происходил, стоило внешнему кругу собраться в его меноре. Он, как и все аристократы, чтящие традиции, не любил, когда в его доме, в его родовом замке собирались волшебники, которых оными и назвать сложно. Что всегда уважал Люциус — гостей, которые чувствовали, рады им или нет, и не надоедали своим обществом. Которые не приходят, если их не приглашают, и уж тем более не трогают то, что не имеет к ним никакого отношения. Нарцисса однажды очень категорично высказалась по поводу поведения стаи оборотней, гостивших у них несколько суток. Женщина, которую воспитывали по всем традициям хорошего тона, не могла не видеть, как ее ваз или мягкой обивки диванов касались грязные, испачканные в грязи лапы. Женщина не один час выговаривала своему мужу и настоятельно просила что-то сделать, как-то повлиять на сложившиеся обстоятельства.       Казалось бы, все настолько просто у аристократов, полный сейф, а иногда и не один, денег, свобода действий и мысли, но всегда есть одного но: с кем поведёшься, от того и проблемы. Знала ли семья Малфоев, в какие тиски они будут загнаны? Определённо нет, ещё отец Люциуса стал замечать откровенные минусы поклонения одаренному и харизматичному молодому человеку. Но сделать ничего не смог. То ли одурманенный состоянием опьянения, то ли устрашенный неизвестностью, глава рода не мог решить все проблемы одним движением палочки.       Закончив дела рода, занявшие без малого часов пять, старший Малфой отправился в гостевые комнаты, стоило проверить, чем занимается наследник, которого в спешке забрали из школы, после случая на последнем испытании Тремудрого турнира. Отводя за спину развевающуюся мантию, Люциус постучал по двери и, не дожидаясь ответа, отворил её. Зрелище, которое предстало перед ним, могло бы шокировать его ещё месяц назад, если бы не случай в Хогсмиде, о котором ему донёс Лжегрюм. Раскрасневшийся блондин с кем-то самозабвенно целовался, прижатый к стене неприметного здания. Чем этот случай закончился, недоаврор так и не сказал, лишь сверкнув хитро взглядом.       — Драко, ты не предложил своему гостю чаю, — с достоинством проговорил глава рода и с нескрываемой смешинкой во взгляде проследил взглядом, как упомянутый выше юноша упал с чьих-то колен. Спинка кресла скрывала гостя, да и потом, Люциус не осмелился предположить его личность. Драко, поняв, что выглядит слишком растрепанным, с вороньим гнездом на голове и мятой рубашке, которая выбилась из брюк, вскочил с пола и, пригладив волосы, ответил:       — Отец, домовик только что отнёс поднос с пустыми чашками, — наследник постарался выглядишь достойно в глазах отца, но получалось лишь забавно и немного жалко.       — Я очень надеюсь, что ты не забыл правила хорошего тона, — твёрдо поставил точку Малфой. — Мистер, как вас там, я надеюсь, что вы почувствовали все гостеприимство нашего дома. Ужин через час, мальчики, не опаздывайте, мать будет очень расстроена, Драко. — Так и не узнав имени незнакомца, Люциус закрыл дверь и направился к жене; стоило обсудить с ней поведение сына.

***

      Пролежав сутки с тяжелой ношей на груди, Том при пробуждении почувствовал, как все тело затекло. Конечности нагло требовали, чтобы их хозяин поднялся и начал разминаться. Сам же Лорд отреагировал на этот факт слегка банально: по комнате распространился жалобный стон, от которого и проснулась змея.       — Нагайна, девочка, сколько я был без сознания? — прохрипел на парселтанге самый грозный волшебник столетия, пытаясь хотя бы приподняться, но попытки были тщетны, и с тяжелым вздохом Том вновь упал на спину.       — Почти сутки, Хозяин, я чувствовала вас, но все прошло как надо, Повелитель. Вы изменились. — Змея скользнула на пол, освобождая своего хозяина из плена своего тела.       — Что? Что изменилось? — Новость змеи разбудила Тома окончательно, и, невзирая на слабость, он встал с кровати и подошел к зеркалу. Она была права, теперь в зеркале отражался помолодевший мужчина, похожий на того, каким он был до своего исчезновения со светлого Олимпа. Изучая себя, Лорд коснулся своих волос, которые теперь касались плеч, мягкие и живые, что несказанно радовало мужчину. Скинув с себя мантию, он обнаружил, что многочисленные шрамы, которые украшали тело еще вчера, теперь были смутно заметны, и то лишь в том случае, если целенаправленно приглядываться или заранее знать, где оные находятся. Глаза, что раньше сверкали красным, теперь приятно радовали своей редкой синевой, а крючковые пальцы, некогда похожие на гоблинские, теперь выглядели ухоженными. Том смотрел на себя и не узнавал, словно это не он касается своего торса, шеи, лица, а его двойник, не переживший предательство, войну. Теперь не было противно смотреть на своего отражение, потому оскал сменился харизматической улыбкой, от которой, уверен он, случится обморок не только у фанатичных Беллы и Крауча, но и холодного Северуса.       — Вы красивы, Хозяин, вам нужно спариться. Я чувствую вашего змея, его запах, — шепчет змея, поднимаясь во весь свой рост к Лорду.       — Не сейчас, Нагайна, сначала нужно решить ряд проблем. Собрание, нужно собрание, — с трудом оторвав от своего отражения взгляд, Том стремительно подошел к шкафу, взял стопку одежды и скрылся в ванной, из которой позже раздался его голос. — Тебе нужно поохотиться, ты устала, обмен был сложным, — шум воды перебивал мысли. Лорд пытался решить, стоит ли вот так сразу открывать свою новую внешность Пожирателям. Северусу, Люциусу? Нагайну никто больше не понимает, и каково бы ни было его решение, она не сможет его раскрыть.       Растирая мышцы, волшебник чувствовал, что усталость отходит на задний план, сонливость и слабость заменяются бодростью. В такие моменты он благодарен своему штатному зельевару за его таланты. Придуманная Снейпом формула соли для ванн творила чудеса, и уже не в первый раз. Расслабившись в воде, Том глубоко задумался над тем, что ему делать со всей ситуацией. Пойдут ли за ним Пожиратели, когда узнают новые планы своего повелителя. Все свято верят, что он стремится убить Мальчика-Который-Выжил, а тут несостыковка, страшное совпадение. Рита Скитер бы с ума сошла от такой сенсации.       Выбравшись из воды, темный волшебник оделся и для перестраховки навел на лицо маскирующие чары — теперь он снова похож на змея. Спустившись в зал, в котором всегда встречается со своими подданными, и сев в любимый трон, коснулся метки палочкой, вызывая своих товарищей и слуг. Один за одним в комнате стали появляться фигуры в черных мантиях. Последними появились Крауч и Снейп, но, зная причину, Том лишь отмахнулся от извинений и, окинув взглядом всех пожирателей, произнес:       — Добрый вечер, мои дорогие, — легкая улыбка, не сулящая ничего приятного тем, кто успел провиниться за часы отсутствия их Хозяина. — Давайте сядем, разговор предстоит долгий и неприятный.       Пока Пожиратели занимали свои места, Лорд не отводил взгляда от Малфоя, который если и был тут физически, то мысленно явно отсутствовал.       — Люциус, что-то более интересное занимает твои мысли? — вопрошает Лорд виновника тишины, которая образовалась, стоило Пожирателям заметить, что их Хозяин смотрит на одного из них и не получает ответа.       — Прощу прощения, мой Лорд. — Малфой-старший кивает в попытке извинения. Люциус как никто другой знал, что злой Лорд — это хуже, чем взрыв в Азкабане.       — Очень надеюсь, Люциус, я не хочу отвлекаться на мелочи. — Том снова посмотрел на Пожирателей и уверенно сказал: — Мы не будем убивать Гарри Поттера…