Неидеальный герой

- Альбус! Это ни в какие ворота не лезет! - Минерва, а это была именно она, разъяренной фурией влетела в кабинет директора. - Минни... - Начал было он, но его перебили. - Минни! Этот... прохвост самым наглым образом запудрил мозги младшему Поттеру. Я поняла еще, когда увидела заключение Гринготса об ученичестве, но... но... но... ЭТО! - Что именно произошло, ведь сегодня только начались занятия. - Не выспавшийся директор с трудом смог сосредоточиться на словах своего заместителя. - В конце урока когда ученики сдали письменные работы, при пересмотре обратила внимание на подпись в работе Поттера - Гарри Снейп-Поттер. На свою старую в коридоре он не откликнулся, а называть его Снейпом я отказываюсь! И еще, на беседу ко мне он пришел с Северусом и ничего не объясняя, молча сидел во время разговора. -ЧТО! - Сон слетел в считанные минуты. - Как Снейп? -А вот так. Твой карманный зельевар увел у тебя из под носа избранного. Интересно, что бы сказал Джеймс и Сириус на это. - Презрительно фыркнув ведьма так же стремительно вышла, оставляя растерянного старца позади. *** После ухода Минервы Альбус потянулся к ставшей традиционной вазочке с дольками и задумался: "Опять, Мордред вас подери, опять (!) этот ... сорвал все мои планы. И Том как назло затих и не появляется. Питер пропал, будто сквозь землю провалился, благо хоть Блэк додумался сообщить мне о том, что ошивается теперь в Лондоне. Как же все не вовремя! Ну вот как Снейпу удалось провернуть это в тайне от меня, как? Люциус? Хм, вполне возможно, но... у него не так много связей, чтобы замолвить словечко и без шума провести такое дело. Гоблины? Они точно не могли, слишком уж принципиальные сволочи. Кто же тогда? Да-а, Блэк точно мне кабинет разнесет по камушку, когда до него долетит эта новость. А если.... Только если оспорить опекунство в суде, но для этого надо оправдать чертова Блэка. Интересно, почему не сработали чары, когда Гарри открыл подарки? Или не открывал? Надо поинтересоваться осторожно..." *** Спустя два дня. Завтрак в Большом зале выдался бы спокойно если бы не одно крайне досадное но с точки зрения зрения Снейпа: кричащие о невиновности Блэка заголовки "Ежедневного пророка". Когда маньяк-Блэк, убивший чертову дюжину магглов и "бедняжку" Питера, превратился в невинно-осужденного непонятно. Оставалось надеяться, что "невинная овечка" Блэк не заявится в школу, чтобы выразить "нерастраченные родственные чувства". Тролль бы покусал эту шавку! Как пить дать он попытается отобрать у него Гарри, к Трелони не ходи. Уроки прошли как в тумане. Когда он вернулся в апартаменты, то увидел как его сын глотает слезы, сжимая в руках кусок пергамента и серебристую ткань, валяющуюся рядом с ним. -Гарри, солнышко, что случилось? Гарри. Гарри!- Только после третьего оклика, сын отмер и повернулся к нему. Покрасневшие от слез глаза, распухший нос, сбитые до крови костяшки - печальное зрелище. Прижимая к себе всхлипывающего подростка и укачивая его, он вновь повторил прозвучавший вопрос: - Что тебя расстроило, мой хороший? Или кто? - В-вот. - Протянул он клочок пергамента, замеченный ранее зельеваром. "Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне. Пришло время вернуть её его сыну. Используй её с умом. Желаю тебе счастливого рождества." Ничего не понимая, он подхватил искрящуюся ткань, обмотав вокруг свободной руки - кисть исчезла из поля зрения, а подросток заплакал с новой силой. Плащ-невидимка. Осознание, мучительно острое, будто острие ножа опалило сознание: Лили можно было спасти, будь у нее в тот момент вещь, лежащая около него на полу. Осторожно, чтобы не напугать напряженного ребенка он поднялся, пересаживаясь в кресло и устраивая его на коленях. -Гарри, ты ведь можешь мне показать, что случилось? Я аккуратно посмотрю, хорошо? Судорожный кивок, прямой взгляд заплаканных изумрудных глаз в непроницаемые черные и зельевар оказывается в знакомой ему гостиной в сознании сына. А дальше.... Вот шестой Уизли подходит к Гарри, говоря что-то про неблагодарных зажравшихся героев. Дальше... Дамблдор в коридорах подземелья провожает задумчивого мальчика, спрашивая про отцовское наследство, напомнивший про позабытые подарки. Вот, сын разносящий вручную гостиную, опускающийся на пол сломанной куклой.... Осторожно вынырнув из сознания сына, он прижал мелко дрожащее тело к себе, шепча на ухо незначительные глупости, пытаясь вызвать у того, хоть тень улыбки и... преуспел. Нелепо, неправильно, по-своему утешая его. Уголки губ ребенка приподнялись, а в глазах засияли искорки смеха. - Ты как? Успокоился немного? - Угу. Па-аап. - Что? - Помоги с заданием для Маккошки. -Профессора Макгонагал, Гарри. Я помогу. Много задала? - Нет. Я не пойму для чего изучать трансфигурацию как таковую. То мое эссе она забраковала. - Интересно почему? - Ну-у... - Понятно. Ты помнишь закон элементарной трансфигурации Гэмпа? - Пять исключений которые нельзя создать из ничего: еда, деньги, любовь, жизнь и информация. - Верно, хоть и кратко. Так вот. Все, что изучается в школе так или иначе необходимо. Сложные пассы, которые вы заучиваете на уроках у Минервы, так же необходимы, как и перья на уроках. Благодаря им разрабатывается кисть, а точнее точность движений. Скажи мне, что будет, если плохо обученный маг поднимет в воздух что-нибудь тяжелое или зельевар, варя противопростудное, будет готовить ингредиенты как для кроветворного или не дай Мерлин сыворотки правды? Последствия будут непредсказуемы. Именно по этому точным наукам уделяется много времени. Еще вопросы? - Закончил зельевар с улыбкой. -Да, только один. Почему в учебнике этого нет? -Подразумевается, что поступая в школу маленький волшебник заранее знает непреложные истины. Когда-то это так и было, но не сейчас. А теперь. Перо, чернила и пергамент на столе. Пока ты пишешь я проверю работы и пойдем пить чай. Хорошо. -Угу. На полтора часа в помещении тишину нарушал только скрип перьев. Увлеченный работой Северус не услышал, как отворилась дверь в его комнаты, зато услышал это Гарри. - Пап! Там кто-то вошел. Паааап. Болезненный тычок в бок оторвал мужчину от проверки работ и он направился к двери, разделяющей его рабочий кабинет и гостинную. - Побудь здесь, я позову тебя, если все будет в порядке. Перехватив по-удобнее палочку, он вышел, чтобы увидеть, что нарушителем его спокойствия стал Альбус в компании шавки Блэка. - Северус, я надеялся увидеть тебя и Гарри на ужине, но так как вас не было на нем, а Сириус хотел увидеть крестника, то подумал, что ты у себя в комнатах. А где Гарри? Кстати, а почему ты не предупредил меня о том, что.... - Договорить директору не дали. - О том, что ты, нюниус, стал папочкой.- Едко процедил Блэк. - Неужели не нашлось другого ученика? -Сириус, замолчи. - Заткнул брызжущего злобой Блэка. - Северус просто хотел сделать мальчика счастливым. - Видимо удача отвернулась от старого директора, не давая закончить патетично-обличительную речь, оборвав ее в самом начале скрипом двери, из которой вышел Гарри, с измазанными чернилами пальцами. -Пап, что происходит? Пап! - Все хорошо, Гарри, пришел твой крестный. - Произнес он взглянув в глаза сыну, передавая ментально: "Подыграй мне немного." - Крестный? Пап, а чай? - Подныривая под руку зельевара, который приобнял его, прижимая к своему боку. -Альбус, надеюсь вы оставите нас троих наедине? - С намеком произнес зельевар, поглядывая то на механические часы над дверью, то на саму дверь. - Да-да, мальчик мой. Я вас оставлю. Сириус, если захочешь потом поговорить, то я просто обожаю сахарные перья. Едва директор вышел, Сириус не обращая внимания на хозяина комнат спросил: - Гарри, а почему ты зовешь нюниуса отцом? Ведь твой отец Джеймс. Он бы не одобрил твоих действий. Да и ты бы смог жить со мной. - Мистер Блэк. - Голос ребенка звенел в тишине. - Мой биологический отец погиб когда мне было полтора года. Я ценю память о нем, но что мне делать и кого как называть я решу сам. Вас не было двенадцать лет, которые я провел ЗА пределами магического мира, хотя мог воспитываться вами, если бы не одно обстоятельство: почему-то мой крестный помчался искать предателя вместо того, чтобы позаботиться о осиротевшем младенце и попал в Азкабан за убийство. Все это время я сам решал что мне делать и ничего, жив и здоров. Слова Гарри били по самому больному и Северус видел это, предпочитая не вмешиваться. Блэк с отчаянной злобой смотрел на стоящих перед ним и не знал какому чувству отдаться - злобе или отчаянию. Эмоции били через край, крестник, его маленький крестник, который так любил кататься на спине у анимага казалось был ледышкой, такой же как стоящий рядом с ним слизеринец. Он же, Сириус, не виноват, что не смог поймать крысу, что лишила его товарища по шалостям, не виноват в том, что просидел в Азкабане, ведь не виноват же? - Гарри, я не.... -Вы не виноваты, в том, что со мной произошло, но вы и не сделали ничего для того, чтобы хоть как то помочь мне за те годы, что прошли. Вашей вины нет, но теперь у меня все хорошо. Я не буду бросать папу Северуса, только потому что кому-то это не понравилось бы, я слишком люблю его, чтобы обидеть. Если для того, чтобы меня не попрекали памятью мамы и отца Джеймса при.... - договорить фразу не дал Северус, догадавшийся о том, что скажет мальчик. -Тихо, Гарри. Не продолжай. Сейчас ты можешь наговорить лишнего. Может я его и недолюбливаю, но он твой крестный, не надо его отталкивать, хорошо? - Да пап. - На грани слышимости ответил мальчик. В душе у зельевара все пело, глядя на растерянного шавку, что портил ему жизнь все школьные годы, хотя он как никто другой понимал к чему приведет законченное сыном предложение. -Исчезни пока, не попадайся на глаза. Нам всем надо успокоиться. - Блэк соляным столбом замер посреди гостиной. - Исчезни, псина. Если тебе дорого его здоровье!

***

Ошарашенный Сириус вышел из комнат, пытаясь понять, почему именно сейчас он увидел в школьном сопернике не хорошо известного по школе Нюниуса, а... обычного человека. Периодически переходя на бег, за рекордно-короткое время он добрался до горгульи и назвав пароль, оказался в кабинете Альбуса в состоянии полного раздрая, где его встретил хозяин кабинета. - Мальчик мой, все хорошо? Надеюсь Гарри согласился с тобой жить, как ты хотел? -Нет. Он... Почему, ну почему именно этот... Снейп? Сначала Джеймс, пот-том Гарри. Г-Гар-ри даже не выслушал меня толком. Он... сказал, что... "слишком любит папу-Северуса, чтобы бросить его". Что мне делать, Альбус, что? - Я поговорю с Северусом. Думаю он будет не против, если Гарри погостит на Гриммо пару месяцев. - Я не знаю Альбус, я уже ни в чем не уверен.... Я пойду, мне надо подумать.

***

Едва за Блэком захлопнулась дверь, Гарри скатился в истерику, уже вторую по счету за этот вечер. Мягкое кресло приняло их в свои объятья. Мужчина был готов убить любого, кто войдет сейчас в комнату. Подросток в его объятьях всхлипывал, пока уставший от бурных эмоций организм ребенка не отключился. Уснувший чуть беспокойным сном, мальчик во сне свернулся на его коленях, положив голову на плечо, а тот... не решался нарушить его покой, устроившись поудобнее. Разбудило его посреди ночи копошение на коленях. В поисках удобной позы сын немыслимо извернулся не отпуская его руку. Перехватив крепко спящего сына, он перенес его в кровать, надеясь, что сможет выспаться за оставшиеся 4 часа.

***

Утром, проверяя почту, поверенный Поттеров, найдет письмо от опекуна и с недавних пор приемного отца его клиента, с единственным вопросом: "Уважаемый Крюкохват. Надеюсь на вашу помощь. Может ли Блэк, крестный отец, чья связь с крестником оборвана оспорить мое опекунство? И как избежать этого?" Ехидная ухмылка не сходила с лица довольного гоблина, который в свойственной ему, исключительно язвительной, манере доходчиво объяснил в ответном письме, что после фактически усыновления уже никто не сможет отобрать у него ребенка, до тех пор, пока тот обеспечен всем необходимым и находится в безопасности, даже если сам зельевар вдруг окажется неблагонадежным опекуном с точки зрения государства. Уже запечатывая конверт он знал, кому поручить азкабанского сидельца, чтобы тот надолго забыл о бывшем крестнике, ведь нет ничего важнее денег, обеспечивающих благополучие Рода.