Школьные заморочки

      Вот уже как неделю Бэм живет с мыслью о том, что его друг детства, сосед, и по совместительству лучший друг, возможно, не традиционной ориентации. Да, к такому жизнь его явно не готовила. Разговор семидневной давности на крыше так и не выходил из раскалывающейся головы парня.       «Это не она… Млять, пусть это будет «оно», господи, пожалуйста» – сидел в своей комнате Бэм и заново вспоминал подробности того дня. Тогда, после этой фразы, Бэм потерялся, и это заметил Югем. Поэтому разговор был резко переведен на другую тему. Но это не вывело парня из транса. И вот уже неделя… Неделя насилования собственного разума над этой дилеммой: гей или не гей – вот в чем вопрос.       Пока Бэм рвал волосы на голове, в окно постучали. Он резко дернулся, отодвинувшись от стола. Это Югем. Ну а какой идиот постучит в окно на пятом этаже? Делать нечего, Бэм неуверенными шагами подходит к окну и открывает его, попутно вспоминая, что уже давно избегает общения с соседом. В комнату врывается пронзающий холодом ветер и сам гость. Да. Неждан. Такой большой, а в оконную раму пролез как нефиг делать. - Ну, здравствуй, что ли.       Бэм закрыл окно, подошел к кровати, натянул на себя одеяло, сел и тупо смотрел на пришельца с улицы. - Привет. Каким ветром?       Югем явно ожидал не такой реакции. Ему вообще было очень больно видеть и чувствовать, как его избегают, да еще и тот самый человек, к которому F=mg. Он сделал виноватый вид, чуток помялся на месте, а затем плюхнулся на кровать Бэма, вызвав у того полные недоумения глаза. Оба сидели в напряжении. -Послушай, - сказал Ким после долгого молчания и приблизился к лицу Бэм-Бэма, нежно прикасаясь к его волосам на затылке. – ты мне нравишься.       Последовало неловкое короткое касание чужих губ своими, как если бы вы ехали в маршрутке, она резко притормозила, и вы нечаянно врезались в пассажира, примерно так. У обоих глаза по пять рублей. - Фух, я то думал что ты гей! Так ты тоже мне нравишься, мы ж не просто так дружим, баран! Не пугай меня так.       Совершенно очевидно, что у кого-то в этом мире поехала крыша. Вопрос: у кого из этих двоих? Бэм походу не понял либо понял, но не то, что надо было понять. Теперь он с дурацкой лыбой бил по плечу друга, пытаясь того растормошить. Югем выпал в осадок. - Эй, парень, ты чего, ты обиделся на то, что я назвал тебя геем? Ну, ссорян, просто тогда на крыше ты сказал, цитирую: «это не она», ну вот я и… Нет, конечно, если это гермафродит, и ты не знал, тада без вопросов, любовь , она такая… – успокаивал Бэм, поглаживая широкую спину шатена. Но вдруг тот встрепенулся, как от холода, прошелся руками по карманам джинс что-то нащупывая, достал маленькую коробочку зеленого цвета, положил на коленку Бэму, встал, открыл окно и вышел, не проронив ни слова. «Ехет мне в рот, вот это поворот» - подумал Бэм-Бэмка, потупив глаза на форточку. Делать нечего, он аккуратно взял коробочку, поставил её на стол и закрыл окно. В голове ни одной мысли, как будто посмотрел арт-хаус на большом экране. Он сел перед загадкой всего света и принялся открывать её. Коробка была обычной, ничем не приметной, разве что зеленого цвета. Открывалась легко: у неё была крышка. - Э…       Бэм выпучил глаза, чуть не проглотив язык. Внутри лежала сережка в виде звезды с кристалликом посередине. Почему эта простая вещь вызвала потрясение? Да потому что такая же серьга была на парне, что вышел в окно десять минут назад! Попадос. Но это мы с вами всё понимаем. Бэм же нет. Он поставил перед собой зеркальце, которое всегда находилось в первом ящике под столом, вдел сережечку в мочку и любовался красотой. - Странно… В честь чего вдруг он мне подарки дарит… День рождения еще не скоро… Может он хочет показать, что я для него самый лучший друг? Круто, надо бы ему тоже как-нибудь это доказать...