Я загадал на Новый год - тебя

Иван ласково коснулся ее губ, сразу же приоткрывшихся навстречу, скользнул между ними языком, с восторгом чувствуя ответное движение, обхватил руками ее лицо, жадно сминая податливые губы, прикусывая, дразня и терзая ее рот, пока не услышал сдавленный стон. Разорвав поцелуй, Иван заглянул в ее потемневшие от желания глаза: - Чудо... Ты и есть - настоящее чудо... - прошептал восторженно, и снова припал к ее губам. Галя обняла его и прижалась к твердому худощавому телу Ивана. Чудо?.. Пусть будет чудо... Одна ночь, только одна... Как хочется почувствовать себя иначе, чем обычно. Не строгой и беспристрастной начальницей, а любимой женщиной. И ничего не решать, и ни о чем не думать... Она решила, что не будет больше сопротивляться, позволит Ивану зайти настолько далеко, насколько он захочет. Пусть примет решение за них обоих. В конце концов, ей самой так отчаянно хотелось тепла... - Я не могу поверить, - прошептал он между поцелуями, - неужели это происходит на самом деле?.. Она только улыбнулась и притянула его к себе. Из колонок лилась нежная мелодия, и совершенно не хотелось вспоминать о том, что за пределами этой комнаты есть еще какие-то обязательства, обстоятельства и вообще - люди. Иван, совершенно одурев от собственной смелости, обнимал ее за талию, целуя ее открытую шею и второй рукой осторожно исследуя ее грудь, потирая напряженные соски прямо через кружево белья, и Галя чувствовала, как дрожат его пальцы, как он прерывисто дышит, стараясь справиться с возбуждением, о котором явственно свидетельствовал горячий твердый бугор на его джинсах. Она положила на него руку, чуть сжимая грубую ткань, и Иван не смог сдержать тихого стона. - Что ты делаешь?.. - прошептал он, когда ее рука переместилась чуть выше и, забравшись под футболку, погладила кожу на его животе, под которой немедленно напряглись мышцы. - Любимая... я... мне... - Ш-ш... - она приложила палец к его губам. Если бы ее попросили описать все чувства, которые сейчас отражались в огромных карих глазах напротив, зрачок в которых полностью затопил радужку, она бы, пожалуй, в первую очередь назвала восхищение. И откуда только может быть столько восхищения в глазах молодого мужчины при взгляде на нее?.. И не просто кого-то, а именно Тихонова... Ох, Ваня... Ее гордость, радость, счастье и несчастье... Иван поднес к губам ее руку, продолжая молча смотреть прямо ей в глаза, Галя буквально кожей чувствовала его желание и неуверенность. Вот же... создала себе образ, молодец, ничего не скажешь. И ведь сейчас она совершенно не против того, чтобы он вел себя более напористо. Но Иван, видимо, никак не мог переступить через себя, забыть, с кем он... Точнее... Нет, сформулировать это было еще сложнее, чем просто почувствовать. Поэтому Галя обняла его и прошептала на ухо: - Ваня, делай, что хочется, не думай... Он отстранился и очень серьезно сказал: - Я боюсь оскорбить тебя, ты... особенная, понимаешь?.. - Анатомически все женщины устроены одинаково, - улыбнулась Рогозина. - Анатомически?.. Что?.. - Иван словно выпал из какого-то забытья, посмотрел на нее с испугом. - Я... не это имел в виду... - Извини, глупо было, - она выдернула свою руку из его пальцев и поднялась на ноги. - Я пойду... мороженое принесу?.. Ваня поймал ее за руку: - Стоп-стоп. Какое мороженое?.. Я... Что-то не то сказал?.. Прости, прости меня... я сам не знаю, что у меня в голове творится... Я до сих пор поверить не могу в то, что... что... это происходит... - Что происходит? Пока что, собственно, ничего и не произошло. Все, Иван. Поиграли - и довольно. Очевидно, это было ошибкой, и тебе... то есть нам. Нам не следовало... - Посмотри на меня, - Иван стоял перед ней на коленях, продолжая сжимать ее тонкую кисть в своей руке. - Я люблю тебя... Пожалуйста... я почти поверил в чудо...

***

Галина Николаевна и не подозревала, когда покупала эти кресла вместе с диваном, что они окажутся настолько удобными для того, чтобы сидеть в одном из них вдвоем. Иван снял через голову футболку, и Галя чувствовала голой кожей прикосновения его горячего торса. Иван, робея, снял с нее блузку, затем наощупь расстегнул бюстгальтер, отбросил в сторону вслед за блузкой, и долго ласкал ее обнаженную грудь, целуя и дразня языком соски, пробегаясь чуткими пальцами вдоль позвоночника, заставляя кожу Гали покрываться пупырышками. Она чувствовала его недвусмысленное возбуждение и купалась в той сумасшедшей нежности, которую Иван дарил ей, с лихвой восполняя ее недостаток в последние несколько лет. Конечно, Галина Николаевна иногда позволяла себе заводить какие-то отношения с мужчинами. Но то ли мужчины были не те, то ли в ней что-то было не так: не ладилось. И всякий раз, переживая очередной разрыв, она все больше убеждалась, что просто, по всей видимости, не создана для отношений. - Не могу представить, что к тебе кто-то прикасался до меня, - вдруг признался Иван, оторвавшись от вдумчивого выцеловывания каких-то узоров вокруг ее ключиц. - Ты такая... ты... как ангел... - Через паузу. - Я глупости говорю?.. - Да. Но мне приятно. Продолжай, - улыбнулась она. - Ты не подумай, я знаю, что у тебя были мужчины... я... Каждый раз, когда я замечал, что у тебя кто-то появился, я... в общем, не важно. Но когда я понимал, что он снова оказался уродом, не способным сделать тебя счастливой, я думал, что сойду с ума - от злости и облегчения, понимаешь?.. - Кажется, да. - Прости, я опять... - он улыбнулся смущенно и потянулся к застежке на ее брюках. - Можно?.. - Да, - повторила она. Чтобы освободиться от оставшейся одежды все же пришлось встать. Галя обхватила пальцами его полностью эрегированный член с темной блестящей от смазки головкой, и Ваня подавился воздухом. - Я... Господи, я не могу терпеть... Галя... я... - Чш-ш-ш, - она невесомо поцеловала его в кончик носа и опустилась перед ним на колени. Она прекрасно понимала, что Иван едва сдерживается: молодой организм, да еще столько времени терпел... Она обхватила губами чуть солоноватую головку его члена, и он вздрогнул всем телом. Мышцы под ее пальцами будто окаменели. Галя обвела языком головку и медленно вобрала его пенис глубже в рот, пропуская в горло. - О-ох... да-а... - только и смог выдохнуть Тихонов, и Галя почувствовала, как тугая струя спермы ударила ей в горло. - Зачем ты... я не... - Как врач, Тихонов, я скажу, что долго сдерживаться - не полезно, - усмехнулась она. - Иди сюда, - Галя поднялась с пола и потянула его в сторону спальни.