Всё, что мне нужно

Дин никогда не заморачивался своим местом на рождественской ёлке. Сэм год от года вешал одни и те же игрушки на одни и те же ветки. Такой консерватизм был вполне в его духе, и Дин обычно висел всего в паре сантиметров от пола — под снеговиком Чарли и рядом с ворчливой погремушкой Бобби. Да, Дин никогда не переживал по поводу нижних веток. Его друзья были рядом, а чего ещё желать? Он был доволен своей жизнью и местом в ней. Доволен — пока не встретил Кастиэля. Кастиэль был войлочным ангелом, которого купила Джесс на первое Рождество, что они с Сэмом встречали вместе. Он висел у верхушки, так что Дин не видел его, и только когда игрушки стали снимать, они оказались рядом на полу и лежали так, пока Сэм выносил ёлку. — Так ты новенький? — спросил Дин. — Да, — сказал Кастиэль. — Меня зовут Кастиэль. Я ангел Господень. — А я Дин, — ответил Дин, кивая. Его зелёный колпак накренился. — Я рождественский эльф. Кастиэль торжественно кивнул. — Здравствуй, Дин. Продолжить разговор они не успели: Сэм вернулся и уложил их в разные коробки. Дин и не вспомнил бы о новеньком, но было что-то в том, как серьёзно произнёс Кастиэль его имя. Дин чувствовал себя почти… важным. Он не привык к этому ощущению. Он был расштампованной маленькой игрушкой, и по всей стране продавались тысячи таких эльфов, как он. Но в то краткое мгновение, что Кастиэль произносил его имя, он чувствовал себя особенным. Никогда ещё год не тянулся так медленно; Дин ждал и ждал возможности поговорить с Кастиэлем снова. Ему нужно было знать, было ли это чувство случайным или в Кастиэле и правда было что-то необычное. Что-то настолько особенное, что особенным становился и тот, с кем он говорил. Наконец настал декабрь. Дина повесили на его обычное место, а Кастиэля — ближе к верхушке. Дин едва различал его сквозь иголки, да и то если сильно выворачивал шею. Это никуда не годилось. Он ждал целый год не ради того, чтобы сдаться из-за пары метров. Забираться наверх, конечно, было бы глупо. Дин это понимал: упади он на пол, собака разодрала бы его прежде, чем это обнаружили бы Сэм и Джесс. Но что за жизнь без риска? Первые сантиметры оказались несложными. Дин подтянулся на своей петельке, уцепился за ближайшую ветку и вскарабкался на неё. Несколько таких же манёвров — и он добрался до середины, откуда можно было уже хорошо разглядеть Кастиэля. — Эй, — позвал он, привлекая его внимание. — …Здравствуй, — отозвался Кастиэль, не сразу поняв, что Дин говорит с ним. — Что ты делаешь? — К тебе лезу, — честно признался Дин. Он слышал бормотание других игрушек, но ему было плевать. Даже с расстояния он видел изумление на лице Кастиэля, и ему захотелось добраться до него ещё быстрее. Он потянулся к следующей ветке, не убедившись в том, что она расположена удобно. Она не была, и Дин ухватился за пустой воздух, а потом его окутала паника, и он потерял равновесие и завалился назад. Начав падать, он резко зажмурился, видя образы мелькающих клыков. Вдруг его падение резко прекратилось — гораздо раньше, чем он ожидал. Встревоженно открыв один глаз, он увидел перед собой суровое лицо Кастиэля. — Тебе следует быть осторожнее, — с укором сказал он, и только тут Дин осознал, что Кастиэль поймал его. Больше того: они зависли в воздухе. Чёрные крылья Кастиэля хлопали у него за спиной. — Что… ты умеешь летать? — Я ангел, — напомнил Кастиэль. Дин моргнул. — О. Что тут ещё можно было сказать? — Почему ты хотел подняться ко мне? Дин чуть не погиб, и собственные побуждения казались ему глупыми и скучными. Что нужно было сказать? Что он хотел снова почувствовать себя особенным, пусть и на мгновение? Что его терзало любопытство насчёт особенности Кастиэля? — Не знаю, — пробормотал он наконец. Кастиэль не стал давить. Лишь вернул Дина на его место на нижней ветке. Только когда петелька Дина снова была надёжно закреплена, он вдруг осознал, что у него может и не быть другой возможности. — Подожди, — вырвалось у него. — Моё имя. Рука Кастиэля замерла на петельке. — Что? — Дело в том, как ты произнёс моё имя, — сказал Дин. — Как-то по-особенному. Как будто я сам был особенным. Не знаю, подумал ли ты так на самом деле и почему ты мог так подумать, и ты, наверное, даже уже и не помнишь, как меня и зовут… — Дин, — перебил его Кастиэль. — Верно? Это прозвучало так же, как и год назад. Была какая-то серьёзность в голосе Кастиэля, значимость, уместившаяся в один слог. Дина переполнило тепло, какого он не знал прежде. — Ты можешь расслабиться, — добавил Кастиэль. — Я никуда не уйду. Дин выдохнул, только сейчас поняв, что задержал дыхание. — Нет? — Нет. И Кастиэль накинул свою петельку на ближайшую ветку. Теперь они висели так, что при желании могли бы коснуться друг друга. И у Дина было такое желание, пусть он и сам не мог осознать его причин. Не задаваясь лишними вопросами по поводу своих побуждений, Дин протянул руку, приглашающе раскрыв ладонь. Кастиэль принял её без колебаний. --- Джесс сощурилась. Она готова была поклясться, что за ночь в дереве что-то изменилось. — Сэм? — Что? — Сэм заглянул в дверь. — Ты вчера перевешивал игрушки? — Неа. Хочешь вафель на завтрак? Джесс бросила на дерево последний взгляд; вроде ничего не пропало. — Ага. Вафли — самое то. Наверное, просто мерещилось.