Вспомнить всё

В один миг Раф и Сульфуса по рукам и ногам стянули мощные щупальца Рейны, которая уже не была в обличии человека. Сейчас она, скорее, напоминала кровожадного осьминога с искажённым от ярости лицом и сверкающими радостью глазами от исполнения мести. Именно этого момента нейтрал ждала так долго. — Раф! — крикнул брюнет сквозь пелену адской, поистине адской боли. Глаза уже ничего не различали, всё было размыто, а тело напрочь отказывалось сопротивляться. Но не это сейчас беспокоило сердце Канетти. Он был готов на всё, лишь бы его ангел не испытывал той же боли, что и он. Можно лгать кому угодно. Можно лгать окружающим, друзьям, родителям, всем…, но себе лгать никогда нельзя. Да и не получится. Например, лгать самому себе о том, что ты ничего не испытываешь к любимому существу, глупо и бессмысленно. Как говорят, от себя не убежишь. Да и стоит ли оно того? Девушка услышала, что Сульфус зовёт её по имени, но ничего не могла ответить, ибо её рот был заткнут, а все попытки вырваться были тщетными. Создавалось впечатление, что Рейна хочет раздавить Раф в руке, сломать, как фарфоровую куклу, сломить не только тело, но и волю, как когда-то пытались это сделать Почётные Стражи. — Да! Кричите! Кричите громче! Молите меня о пощаде! — садистка, чёрт бы её. Голоса у наших героев сели от таких оглушительных криков, а тела были практически сломлены, раскрошены на тысячи кусочков. Сейчас фраза «жили долго и счастливо и умерли в один день» не кажется такой уж и бессмысленной. Конечно, нельзя сказать, что Раф и Сульфус прожили долго и счастливо, но умирают они прямо сейчас в один день и одно мгновение. Если Рейна сожмёт щупальца ещё пару-тройку раз, то от первых, кто прошёл через все испытания и смогли изменить свои сущности, останутся лишь воспоминания. — Нет. Это слишком легко, — в мгновение ока Раф и Сульфус оказались на земле, не подавая никаких признаков жизни. — И зачем вы стали людьми? Теперь вас так просто сломать… — мечтательно протянула Нейтрал, мысленно четвертуя не только избранных бывших ангела и дьявола, но и их друзей. Ни у кого из наших героев не было сил что-либо сказать в ответ Рейне, не было сил даже для того, чтобы элементарно открыть глаза или пошевелиться. Несмотря на то, что стальная хватка щупальцев перестала раздавливать эту парочку, боль никак не проходила. Но самым ужасным было, пожалуй, не это. Пускай их тела были сломлены, но морально Нейтралу их никогда не сломить. Слишком многим они пожертвовали ради тех семнадцати лет, которые прожили на Земле. Самым ужасным было то, что не находились силы, чтобы постоять за себя. Нет, как раз-таки не отомстить, а просто постоять за себя. Месть ничего не решает. Месть порождает месть. И так было всегда. Как бы мы не старались отомстить кому-то за своих близких, нам всегда отомстят в ответ. И не важно, кто начал эту войну, для всех она закончится кровью. Не будет ни победителей, ни проигравших, не останется ничего. Люди никогда не будут сосуществовать в мире друг с другом. Всегда найдутся те, кто будут открыто выказывать своё недовольство в сторону других, те — в сторону третьих. Это бесконечная чреда событий, которая всегда заканчивается одинаково. Только тогда, когда не станет людей, прекратятся войны, будет голубое небо над головой, яркие лучи солнца будут нагревать землю, зелёная трава будет произрастать везде, где благоприятны для неё условия, а где-то, наоборот, настанет вечная зима. — Вы слышали крик? — обеспокоенным голосом произнесла Ури, нервно дёргая себя за рукав и глядя на друзей. Все задумчиво кивнули и стремглав полетели к источнику звука. — Интересно, Раф, какое бы решение ты предприняла тогда, зная, что всё так обернётся? — с усмешкой спросила Рейна, обращаясь к светловолосой особе, которая кое-как сохраняла в себе остатки жизненной энергии. В ответ было молчание, которое буквально оскорбило нейтрала, она резко ударила голубоглазую одним из щупальцев, причиняя неимоверную боль девушке, но та даже звука не произнесла, хоть на её лице и отобразилась гримаса боли. — Отвечай! — садистка [2]. — Рейна! — крикнули все бессмертные, пролетая в просторный коридор пещеры, где увидели своих полу-мёртвых друзей, истекающих кровью. Что на Сульфусе, что на Раф и живого места не было — все тела были усыпаны ссадинами и ранами от лопающихся слабых сосудов внутри хрупкого человеческого тела. — Как вы выбрались?! — удивлению нейтрала не было предела, ведь она продумала всё до мелочей. — Даже в самом ужасном плане бывают просчёты. Запомни это, Рейна, — оскалилась Кабале. — Крылья призмы, — после этих слов на дьяволице вместо привычного костюмчика была фиолетовая туника каскадом и такого же цвета бриджи, волосы приобрели лиловый оттенок, а крылья стали большими насыщенно-фиолетовыми. — Крылья призмы, — поддержала подругу Кабирия, изменив свой привычный костюм на тёмно-синее платье с небольшой синей лентой, огибающей стан, которая соединяет топ с расклешённой длинной юбкой, крылья теперь ярко-синие, а длинные волосы, забранные в высокий хвост, приобрели синий оттенок. — Крылья призмы, — присоединилась к дьяволицам Мики. Сейчас на её теле вместо обычного спортивного костюма был бледно-фиолетовый комбинезон-шорты без рукавов, поверх которого накинут бирюзовый расклешённый шифон, крылья увеличились в размерах и были под цвет шифона, а на тёмной чёлке появилась бирюзовая полоса. — Крылья призмы, — с неким энтузиазмом в голосе произнесла Ури, облачившись в ярко-жёлтое платье с розовым цветком и таким же по цвету обрамлением по низу платья, на руках появились нежно-розовые минетки, а постоянно вьющиеся волосы собраны в два аккуратных хвоста. — Крылья призмы, — улыбнулась Дольче, глядя на то, как её обыденный внешний вид меняется на ярко-розовое платье с блекло-розовыми воланами, на руках появляются минетки в цвет воланов, а крылья становятся большими, но цвета своего не меняют. — Крылья призмы, — последним, как всегда, оказался Гас. Теперь на нём была чёрная футболка с рисунком в виде белого черепа, поверх которой надета ярко-оранжевая расстёгнутая жилетка с непонятными бледно-оранжевыми пятнами, и такие же брюки, а крылья и рога приобрели оранжевый цвет. Пока Рейна с некой усмешкой глядела на перевоплощения ангелов и демонов, к Сульфусу подползла ядовитая коралловая змея и устроилась возле бывшего хозяина, словно исцеляя его и одновременно радуясь тому, что он снова рядом, хоть и ненадолго. Брюнет через несколько секунд почувствовал себя гораздо лучше и смог приоткрыть глаза, а когда увидел подле себя Василиска, то сразу понял, почему его состояние внезапно улучшилось, а боль отошла на последний план. — Спасибо, — шёпотом произнёс Сульфус так, чтобы только его талисман смог услышать. Скорее всего, после ухода Сульфуса, а может и до этого Василиск перенял от хозяина способность исцелять. Возможно, не полностью, но хоть чем-то он смог помочь бывшему демону. После этого Канетти бросил взгляд на Раф, которая кое-как сохраняла остатки жизни, пытаясь сделать хоть что-то. — И что вы можете сделать против меня, мелкие букашки? — обратилась Рейна к ангелам-хранителям и демонам-искусителям. — Ты слабая, Рейна. Ты уже напала не на ангела и демона, которые были способны противостоять тебе. Ты напала на людей. И где же твоё хвалёное превосходство над нами? — с вызовом спросила Мики. Эти слова ещё больше разозлили нейтрала, поэтому она начала атаковать темноволосую ангелессу, в ответ на что та поставила вокруг себя барьер-стену, который, хоть и продержался недолго, но помог Мики избежать вполне предсказуемого удара. Тем более, эта стена помогла спастись не только ангелессе, но и её друзьям. — Ураганные крылья! — крикнула Ури, после чего в пещере образовался достаточно мощный торнадо. — Прекрати! — крикнула Кабирия. — А о смертных ты не подумала? Торнадо утих, а в этот момент: — Резиновые крылья, — вокруг Раф и Сульфуса, который уже успел приблизиться к девушке, образовался резиновый шар, от которого отлетают все удары, но, даже попадая в воронку урагана, смертные будут в безопасности. — Крылья ветра! — после этих слов Рейна была на некоторое время обездвижена, но дар речи не потеряла, хоть и не могла говорить, опешив от силы и решимости бывших учеников Аркана и Темптель. — Дольче, не поможешь? — Стоп-крылья! — присоединилась к Кабирии розоволосая ангелесса, помогая сдерживать движения нейтрала. — Метео-крылья, — после этого в Рейну начали попадать разряды молний, созданные Ури. — Двойные крылья! — Кабале клонировала себя, создав около трёх десятков копий себя. — Психо-крылья! — использование двух заклинаний одновременно уже не является сложностью для хранителей и искусителей. — Токсические крылья, — вокруг Рейны появилось облако ядовитого пара, который наносил вред только ей. Наплевав на то, что его друзья сейчас сражаются, Сульфус попытался привести Раф в чувство, хоть это и не получалось. Шестое чувство подавало сигналы о том, что, если сейчас ничего не предпринять, то потом будет уже поздно. Притянув бездыханное тело белокурой к себе и уткнувшись лицом в её шею, Канетти попытался использовать силы исцеления, что получил когда-то на Турнире Света и Тьмы. Конечно, не было никаких гарантий на то, что это сработает, но, на удивление, всё получилось. Тела Раф и Сульфуса были охвачены единым свечением с переливами различных светлых цветов, а брюнет чувствовал, что девушка постепенно приходит в сознание. Он помнил, что, если не контролировать и злоупотреблять силой исцеления, то она начнет высасывать силы из самого Сульфуса, но сейчас ему было всё равно. В какой-то степени, он поступил так же, как на последнем испытании Пути Метаморфоз, когда нужно было спасти Раф ценой своей жизни. И это вновь была не злость на то, что кто-то попытался убить его ангела, а желание спасти любимого человека. К сожалению, предупреждение сбылось. После того, как Раф очнулась и приоткрыла глаза, в которых картинка постепенно складывалась в чёткий образ Канетти, который до сих пор прижимал её к себе. — Сульфус, — шёпотом произнесла голубоглазая. — Раф, — поднял голову и, улыбнувшись, поцеловал Флориано в лоб. — Ты жива. — Что произошло? — у девушки состояние оставляло желать лучшего, но всё же она пришла в себя, и с течением времени её состояние улучшалось, а вот янтароглазый угасал на глазах, хоть и пытался скрыть это от глаз девушки. — Всё хорошо. Теперь всё хорошо. Тут Раф заметила, почему пришла в себя, ибо вокруг себя и Сульфуса её глаза наконец-то заметили яркое свечение. — Дурак, идиот, кретин, тебе же сказали не использовать силу исцеления!!! — ярости блондинки не было предела, она слегка ударила бывшего дьявола по голове, потому что понимала, что, если ударит его со всей силы, что бушевала в ней, то вряд ли он выживет. — Ну и зачем? — минутный гнев моментально сменился слезами, которые скатывались по щекам девушки, а она сама прятала голову на плече Сульфуса. — Я действительно должен отвечать на этот вопрос? — Перестань, — умоляющим голосом обратилась к нему Раф. — Сульфус, хватит. Мне уже лучше. Зачем ты меня спасаешь, зная, что можешь погибнуть, и зная, что мир без тебя мне не нужен? — Успокойся, — он ещё сильнее обнял белокурую, но послушал, и свет исчез. — Я всегда буду рядом. — А вы стали сильнее с нашей последней встречи. Неужели для того, чтобы выпустить ваши истинные силы, вам нужна мотивация? — оскалилась Рейна, хоть и понимала, что близится финал. — Мы просто не хотели тратить на тебя слишком много энергии. Но сейчас практически убийство на наших друзей — это была последняя капля, — заявила Дольче. — Раз… — Два… — Три… Сила Света, Крылья призма! — шесть голосов в унисон произнесли эти слова и направили всю оставшуюся энергию на Рейну. — Нет! — это было последнее, что они услышали от нейтрала, прах которой обратился в пыль, а Ури разнесла его по ветру. После совместной атаки все ангелы и демоны опустились на землю в обычных одеждах, пытаясь прийти в себя. Шар, который ограждал Раф и Сульфуса ото всех возможных напастей, исчез, а наши герои ринулись к друзьям, чтобы убедиться в том, что они живы. — Ури, Дольче, Мики, — подбежала к ангелессам Раф. — Дьяволы, вы в порядке? — с неким волнением в голосе спросил Сульфус, подходя к друзьям. — Раф, ты жива, — кинулась обнимать подругу Ури, а потом присоединились и Дольче с Мики. — Девочки, как я рада, что всё закончилось. И я очень рада, что вы стали хранителями, — с улыбкой на лице произнесла белокурая, и только после этого до ангелесс дошло, что их подруга всё вспомнила. — Как можно в такой ситуации спрашивать, в порядке ли мы? — огрызнулась Кабале, но потом сменила гнев на милость. — А ты как? — Как видишь, живой, — привычно ухмыльнулся Сульфус. — Кстати, я не ожидал, что вы ещё когда-нибудь пойдёте на соглашение с ангелами. Все демоны были ошарашены сказанным только что, но быстро поняли, что друг всё вспомнил. Ещё некоторое время ангелы, дьяволы и смертные провели вместе, но вскоре пришло время расставаться: — А что делать с нашими воспоминаниями? — вдруг задала вопрос Раф, которая всё время разговора нервно сжимала руку Сульфуса, сама того не осознавая. — А что вы хотите с ними сделать? — ответила вопросом на вопрос Кабирия. Раф и Сульфус переглянулись, дав друг другу понять, что забывать этого они не хотят. Их друзья — это часть их жизни. И, видимо, как бы они не пытались прервать эту связь (например, Путь Метаморфоз или нежелание хранителей и искусителей сообщать смертным друзьям правду) во благо друг друга, судьба всё равно свела их вместе. — Мы вас перенесём обратно в то время, откуда вас вытащила Рейна, — грозный голос профессора Темптель отозвался эхом в пещере. — Профессор Темптель?! — удивились все, но потом, когда в пещеру заявился седовласый ангел, удивились ещё больше. — Профессор Аркан?! — Мы рады, что вы выжили, — мило улыбнулся Аркан, но затем перевёл взгляд на Раф и Сульфуса, которые всё ещё держались за руки, даже не думая о том, чтобы разомкнуть объятия. — А ещё мы очень рады видеть вас, Раф и Сульфус. — Нам жаль, что вы оказались втянуты в эту историю… — профессору Темптель не дали закончить речь: — Мы изначально были втянуты в эту историю, — укоризненно произнёс Сульфус. — А твой характер всё такой же, — усмехнулась профессор. — Но теперь всё закончилось. Вы можете вернуться в свои жизни, а воспоминания мы вам сотрём. — Нет, — резко воскликнула белокурая. — Мы отказываемся. — Это ваше право, — снисходительно добавил Аркан. — Главное, сохраните всё в тайне. И знайте, мы гордимся вами всеми. Ангелы-хранители… — И демоны-искусители. Вы победили Рейну, бессмертный мир очень вам благодарен. А так же вам свою благодарность выражают Низшие… — И Высшие Сферы. Вам пора прощаться. Ангелы обняли Раф, а демоны — Сульфуса. Тяжело вновь прощаться, но это необходимо. У них разные жизни. Возможно, они ещё увидятся, но когда это случится неизвестно. Яркая вспышка света. — А ты думаешь, фиктивная свадьба нам подарком Судьбы обойдётся? — огрызнулся зеленоглазый, после чего был вновь одарён яростным взглядом брюнета. Раф и Сульфус вновь оказались в той комнате Дворца Бракосочетания, откуда исчезли несколько дней-недель-месяцев назад. Удивившись, они заметили, что их одежда вновь чистая и ухоженная, желудки не требуют пищи, а головы раскалываются на части от резкого перемещения не только в пространстве, но и во времени. — Эй, — щёлкал пальцами перед лицами Раф и Сульфуса Райль, пытаясь вывести их из транса. — Вы чего? — Райль, прости, пока не время. Мы скроемся в твоём загородном доме и свяжемся с тобой завтра. Насчёт родителей Раф что-нибудь придумаем, — после этих слов Канетти утащил блондинку за собой, а на выходе из здания их ожидало такси. Райль долго смотрел вслед убегающей парочке и пытался понять, какого чёрта они так себя ведут, но потом решил, что надо бы последовать их примеру и тоже свалить, пока Канетти старший не разнёс всё это здание к чертям, когда узнает, что его сын и его псевдо-жена сбежали. Грессо, конечно, станет его целью, т.к. Неро знает, что Райль всегда в курсе всего, что происходит вокруг Сульфуса. Путь был неблизкий, да и после всего навалившегося, усталость брала верх над разумом, но всё-таки больная голова не давала покоя. Каждому надо было прийти в себя. — Раф, — тихо позвал он белокурую по имени, а когда ответа не последовало, заметил, что она мирно спит по правую сторону от него, уткнувшись лицом в его грудь. Сульфус невольно улыбнулся и приобнял Флориано правой рукой, а сам уставился в окно, разглядывая серые и унылые улицы, омытые дождём, потому что понимал, что это ещё не конец…