***
Когда дым рассеялся, а дрожащий Сергей повис у меня на шее, я с удивлением увидел, что ничего не случилось. Взорвалась колба. Но ничего кроме осколков на полу не было. Впрочем, это могло значить, что в колбе был газ. Но факт оставался фактом - газ, если он и был, вырвался, но все остальное осталось стоять. Ничто больше не испортилось и неясно... - Нам нужно уйти, - отрезал я. Пока что отчитывать Сергея было явно рано, хотя и стоило бы. - И позвонить профессору. Парень только кивал, видимо, не имея сил даже на то, чтобы просто говорить. Пришлось мне его вытаскивать из лаборатории. Да и вообще, понятно, что и дальше все действия оказались на мне. Позвонить, объяснить - хотя я сам понятия не имел, как именно разбилась колба и что в ней было - потом еще и показать. Ну, а еще позже, убрать осколки, потому что, на удивление, оказалось, что ничего из колбы не вырвалось. Она была пуста. Никаких следов. То есть, тревога была напрасной (а ведь приезжали люди, готовые обезвреживать все). Ну, как бы то ни было, нам запретили возвращаться в лабораторию, и теперь мы могли спокойно отправиться кататься на коньках. Правда, Сергей до сих пор был не в себе, но меня это не сильно волновало. - Так что, - держа друга за локоть спросил я, - что случилось? Что ты сделал? - Эл, я... - он пошатнулся, но все-таки устоял. - Я встал и п-просто на к-колбу посмотрел. В ней б-было роз-зовое что-то... А... а она... - Сергей, ты что, теперь заикаться будешь? - обеспокоенно перебил его я. Парень поспешно замотал головой. - Ну тогда лучше успокойся, а потом говори. - Эл, да не могу я успокоиться! Я хотел... - он поник, - я хотел весело провести время. С тобой. Потому что это ведь твой первый Новый год. А в итоге... - Ну, Сергей, у нас еще есть время, - ободряюще улыбнулся я. - А желания нет, - возразил он. - Не хочу я теперь ни кататься, ничего. У меня колени дрожат до сих пор, - пожаловался он, взглянув мне прямо в глаза. Тут уже и я почувствовал некоторую слабость и снова вспомнил о своих опасениях. Но нет, я-то знаю, что дома и он глубже уйдет в свои переживания, и я сам... Потому что мы будем вдвоем - профессора куда-то утащила Мария Петровна. - Появится, - пообещал я, - обязательно, - мы подъехали к елке. Огромная, она мерцала в темноте, кажется, тысячей огней. Четыре цвета, но все они отчего-то так много значат. Хочется смотреть и смотреть, и этого будто бы даже достаточно... - О! О, смотри, там клоуны! - вдруг воскликнул Сережа. Рядом с клоунами, кстати, была еще и толпа детей, да еще и Дед Мороз со Снегурочкой, но для Сергея это все не играло роли. Как и для меня, потому что важнее всего было то, что вскоре я снова слышал веселый, беззаботный смех друга...***
Домой мы отправились уже после одиннадцати. Так что до праздника оставалось всего ничего. Скоро, да, так скоро, что просто странно. Для меня это в первый раз. И потому интересно. Хотя, и не только поэтому. Может еще и потому, что Сергей так горит энтузиазмом. Надо же, а он еще боялся, что не сможет теперь веселиться. Видимо, вполне напрасно. И это хорошо. Даже больше, чем хорошо. - И так, - парень встал на диване, держа в руках кружку со своим любимым томатным соком и уже хотел что-то сказать, как передумал. - А хотя, это скучно. - Скучно? - поднял брови я. - Тогда что же нескучно? Признаться, я не очень умею развлекать и развлекаться. Чего ты хочешь? - Вариантов, конечно, море, - со смешком заметил Сережа, - но, можешь себе представить, я элементарно хочу поговорить с тобой кое о чем, - в глазах его на миг промелькнул озорной огонек, - это может показаться не сильно-то интересным, но все-таки. Так что, пойдем, - и Сергей прямиком направился к небольшой елочке. Она стояла тут еще с середины декабря, но только теперь гирлянда на ней была зажжена. Правда, здесь фонарики все были одного цвета. И тем не менее, даже на них было приятно смотреть. Собственно, сесть у елки тоже было почему-то приятно. - Так вот, Эл, я тебе хочу сказать кое-что важное. Только ты обещай, что не подумаешь, будто я шучу или что-то еще подобное. Нет, я серьезно. - Обещаю. Говори. - Так вот... - и вдруг лицо его переменилось, парень поморщился, - у меня голова болит. Хотя я и понял, что это не то, о чем он собирался сказать, я невольно фыркнул. - Дать тебе таблетку? - Нет... Не надо. Лучше попить... И подушку. - У тебя ведь есть сок, - напомнил я, пораженно. Как так вдруг? - И зачем подушка? - Лечь хочу... Спать... - теперь уже совершенно разнесчастным голосом пояснил Сережа. - Сок не хочу, унеси... - Хорошо, - не стал спорить я. Подушку тут же взял и положил к нему (потом надо будет его уложить на кровать всё-таки), склонился за кружкой. Но выпрямиться и уйти не смог сразу. Потому что, повинуясь странному порыву, коротко поцеловал Сергея в висок. Парень крупно вздрогнул, грустно посмотрел на меня. - Все, уже несу, - улыбнулся я и скрылся в кухне.