С Новым Годом! С новым сч... Сережей!

Так что всю, так называемую, волшебную ночь я просидел рядом со спящим другом. Да, впрочем, мне было это приятно. Почему бы и нет? Все равно бы сидеть пришлось без особых дел. А с Сережей хотя бы не просто так. Да и проснулся он рано - в семь утра. И тут же вскочил. Носился по дому, хохоча во все горло (ну еще бы, его же уже пришедшая Мария Петровна пыталась поймать), будто совершенно забыв, что он только попал в детское тело, а не стал ребенком. Потом он и вообще забрался на диван и принялся на нем скакать, правда уж этому я скоро помешал. На серьезный вопрос о том, что это на него нашло, он обиженно заявил, что имеет право, раз стал ребенком. Тогда я его предупредил, что кормить его буду тоже как ребенка, и он тут же передумал, как он выразился, играть в детство. - Электьёсь... - он вдруг как-то очень грустно и смущенно на меня посмотрел. - Ты знаесь... - Что такое? Сережа совсем уже как-то непонятно скривился, а потом скороговоркой сообщил: - Я в туалет хочу. - А?.. - поднял брови я, и тут вспомнил, что во-первых, выключатель высоко, во-вторых, сам Серёжа маловат теперь. - А, хорошо, сейчас. - Не-не-не, только светь вклюци, а дальше я сам, - поспешно запротестовал мальчик, а я невольно улыбнулся. Он казался смущенным и сердитым. Ну вот и что мне делать, если меня все это приводит в какое-то странное умиление, а? Впрочем, думаю, ничего. Просто помогать ему и все. - Хорошо, как скажешь. Но скоро оказалось, что это ему только хотелось, чтобы все было так просто. А быть так не могло. Проще говоря, роста ему явно не хватало. - И чего тут все такое высокое? - проворчал он, уже когда я помог ему забраться. - Ну, точно не знаю, но, возможно, потому что профессор высокий, ему было бы неудобно наоборот, - со всей серьёзностью предположил я, хотя мне снова же было весело. С другой стороны, почему должно быть иначе? Это же первый день в году, теперь и надо радоваться! Знать бы ещё, чему именно, но да ладно, неважно. - Ну, иди. - Упадешь же. - Да уж лучше упасть, - вспыхнул он. - Почему? Не переживай, я не смотрю. - Все равно. Как это противно, быть ребёнком, когда сознанием взрослый. И уже тут я не смог сдержаться и рассмеялся. В общем-то, я догадывался, что Серёжу это обидит, но успокоиться было нелегко. Ну вот всё-таки какой же этот человек!.. - Ну вот что смешного? Но я только чуть крепче обнял его - уходить я совершенно не собирался - и заставил себя забыть о смехе. Ну не говорить же ему, что он сознанием не намного-то и старше. То есть, конечно, он умнее ребёнка, и, иногда, серьёзнее, но всё-таки взрослым его назвать было бы странно.

***

Да, если бы меня спросили, я бы сказал, что, хотя он и очень мил, с Серёжей ребёнком много сложнее, чем с обычным. Но и интереснее тоже. Он даже иногда сообщал мне такие вещи, о которых постоянно молчал. Всё-таки отчасти его сознание стало детским, как и речь. Но только отчасти, и контраст между неуверенным "Электьёся" и твёрдым "перестаньте со мной нянчиться", казался, порой, слишком ярким. Вот и теперь было что-то такое, потому что он только передумал дергать шторы и неожиданно хмуро заметил: - Эл, я все понял. Ты боялся полюбить парня не потому, что тебе кто-то нравится, а потому, что у тебя девчачьи замашки. - Что? Какие ещё? - Какие?! Друг стал ребёнком, а ты и рад! Нет бы носиться, искать противоядие, требовать с учёных, звонить матери, чтобы забрала, чтобы не мешал - нет, сам возишься, как будто у тебя нет других дел! Вывод - тебе вполне даже нравится... дети, короче, нравятся. - Ну вообще-то, дети не только девчонкам нравятся, - возразил я, удивлённо, - и потом, лично мне, нравишься именно ты. - Но именно мелким. - Да нет, всяким, - не согласился я, и тут почему-то мне стало немного стыдно, как будто я что-то плохое сказал. Правда, судя по Сережиному взгляду, его эта новость обрадовала. - Да? А тогда давай попробуем чудо. - Какое? - растерялся я. - Ну, поцелуй меня, я превращусь обратно, - пояснил он. Мне показалось, что он пошутил, но Серёжа быстро переубедил меня. И долго упрямо требовал, чтобы я его поцеловал. Ну, не мог же я согласиться. Нехорошо... Только вот Сергей все настаивал, аж мне на колени забрался... И неизвестно, чем бы все кончилось, если бы как раз тут нам не позвонили и не сообщили, что противоядие найдено.

***

Был уже вечер, и я успел решить, что Серёжу можно не ждать. Ему, конечно, домой надо. Туда он и поедет, как только вернётся в нормальное состояние. А жаль, мне бы хотелось с ним поговорить. И вообще, я даже чувствую себя каким-то осиротевшим теперь. Хорошо, что все длилось только день, а то я бы так привык... Представляю, как сложно настоящим родителям отвыкнуть, когда дети вырастают... В дверь позвонили, я пошёл открывать. - Ну что, Электьёся, - фыркнул Серёжа, сияя глазами. Пришёл! - Иди ко мне. Теперь-то можно! - Что можно? - шагнул к нему я и скоро ощутил, что ответ совершенно прост. Теперь можно... теперь можно друг друга поцеловать.