Бродячий кот

— Сегодня снова будем спать вместе? — улыбаясь и расстилая постель, спрашивает ЧанЁль. БэкХён отводит взгляд и с неким смущением пожимает плечами. — Всё нормально, если хочешь — ложись со мной. Завтра понедельник, ты готов к школе? — положительный кивок. — Вот и отлично, тогда проделываем водные процедуры и ложимся, — старший хлопнул в ладоши, а затем повел Бэка на первый этаж, в ванную, чтобы тот почистил зубы перед сном. Кто бы знал, как Паку надоели постоянные кивки, письменные и жестовые ответы со стороны Бэка. Об этом парнишке хотелось узнать всё: что с ним было в прошлом, кем были его родители, как проходят дни в новой школе, нравится ли ему его настоящая жизнь. ЧанЁль готов был выть от того, что хочет услышать голос Бёна, но, увы, лишь сон давал ему такие роскошества. И самое печальное то, что когда парень просыпался, помнил всё, кроме того, как звучал голос младшего. БэкХён занервничал, чистя зубы, когда ЧанЁль, о чем-то задумавшись, начал снимать с себя футболку. Через зеркало было отлично видно пресс старшего, его в меру накаченные руки, выпирающие ключицы и розовые соски. Бён покраснел и вернул взгляд на свое отражение, интенсивнее работая щеткой. «Быстрее, нужно поторопиться», — мысленно говорил себе Бэк, изредка посматривая на действия ЧанЁля. Тот уже снимал штаны, и, очевидно, дальше собирался приступать к трусам, чтобы отправиться в душ. Старшего, видимо, вообще не волновало присутствие Бёна, раз он так свободно раздевался перед ним. — Ой, Бэкки, извини, если я смутил тебя, — заметив красное лицо Бэка, вдруг проговорил ЧанЁль. — Я как-то не подумал, что тебе может стать неловко. Я подожду, пока ты закончишь, — ЧанЁль похлопал младшего по плечу и, накинув на себя халат, висящий на вешалке, вышел из ванной. БэкХён облегченно выдохнул, прикрывая глаза. Во рту всё еще оставалась мятная пена, ноги подкашивались, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Сполоснув рот и умывшись прохладной водой, БэкХён вытер лицо и вышел из ванной. ЧанЁль сидел на диване и смотрел телевизор, периодически хихикая забавным сценам из шоу. БэкХён тихо подошел сзади и положил ладонь на плечо парня, от чего тот мгновенно повернулся в его сторону, явно испугавшись. — Черт, Бэкки, у меня чуть сердце в пятки не упало, — с облегчением вздыхая, говорит Ёль и поднимается с места. — Ты всё? Тогда я пошел, — Пак потрепал волосы младшего и ушел в душ. БэкХён сел на пригретое Ёлем место, непонятно зачем прислушиваясь к копошению в ванной. Когда послышался звук льющейся воды, Бён встал с места и пошел на второй этаж. Парнишка остановился в коридорчике, смотря то на дверь своей спальни, то на дверь спальни Чана. «Ладно, последний раз», — кивнул он сам себе, решительно шагая в спальню старшего.

***

Когда ЧанЁль вернулся, БэкХён уже посапывал в его постели. «Всё-таки решил лечь со мной», — подумал старший, улыбаясь и укладываясь рядом. Он повернулся в сторону Бэка, не торопясь выключать тусклый свет от торшера, чтобы снова начать разглядывать черты лица спящего парнишки. «А может быть ты какой-нибудь сбежавший преступник? Я ведь совсем ничего не знаю о твоем прошлом... Возможно, ты действительно плохой парень, который притворяется ангелочком?» — мысленно говорил с Бёном старший, убирая прядь коротких волос с лица БэкХёна. Младший что-то пробормотал во сне и облизнул пересохшие губы, после чего перевернулся с левого бока на спину. Чан сглотнул, прокручивая в голове то, как мило и в то же время сексуально БэкХён скользнул язычком по своим устам. Привстав на локте, Чан не удержался и склонился над спящим телом, прикасаясь к его губам своими. — Мимолетная слабость, — шепнул он и вернулся на свое место, кладя голову на подушку и прикрывая глаза. Пальцы левой руки непроизвольно коснулись собственных губ, растянутых в улыбке, а сам ЧанЁль не мог поверить, что один лишь лёгкий поцелуй принес ему столько счастья. Вот так, позволяя себе тайно целовать спящего Бэкки, помогая ему с уроками, иногда кушая его собственную стряпню, смотря с ним фильмы, встречая из школы и провожая в нее, ЧанЁль прожил с этим мальчишкой чуть больше месяца. Всё было настолько тихо и мирно, что иногда Пак задумывался, а не затишье ли это перед бурей. Тем не менее, Бэкки раскрепостился и вел себя открыто, полностью доверяя старшему. — Бэ-экки, — протянул ЧанЁль, подтягиваясь на диване и как бы случайно кладя свою руку на плечо младшего, — ты ведь мне так и не рассказал, почему у тебя афазия... Улыбающийся БэкХён тут же опустил глаза и стер радостное выражение лица, беря в руки блокнот с маркером. «У меня остался последний блокнот, мне нужны еще парочка, иначе придется писать на чем попало», — читает Пак, лишь шевеля губами. — Ты каждый раз переводишь тему, — обиженно говорит Чан, легонько кидая книжку на журнальный столик. БэкХён вздыхает и снова берет её в руки, по новой тыча Чану в лицо листком, на котором написана та же фраза. — Да купим мы, купим, — закатывает глаза парень. — Завтра же купим... ЧанЁль кажется каким-то расстроенным от того, что в очередной раз не удалось вытянуть из Бэка хотя бы маленькую частичку из его прошлого, поэтому Бён переворачивает исписанный листок и на новом пишет: «Не обижайся, мне просто действительно неприятно это вспоминать... Да и в этом блокноте осталось только пара страниц. Не поместится и половины. Вот когда купишь мне еще блокнотов, обещаю, что всё узнаешь. Думаю, ты должен знать, ты не чужой, тебе я доверяю». — Пошли прямо сейчас! — дочитав, ЧанЁль вскакивает с дивана и тянет за собой БэкХёна. — Сколько времени? — старший смотрит на настенные часы, — половина шестого, канцтовары закрываются в семь, отлично! Давай, Бэкки, одевайся. Бён, нахмурившись, в упор смотрит на ЧанЁля, мысленно говоря, что проще съездить завтра. Затем он указывает на место рядом с собой, призывая того сесть. Пак вздыхает, но всё-таки плюхается на диван. — Ну, мне ведь интересно, — жалуется он, кладя голову на плечо БэкХёна. От такой близости сердце БэкХёна снова начало пропускать удары, грозясь вот-вот остановиться, а когда ЧанЁль поднял голову и поддался вперед, слабо касаясь губами щеки младшего, Бён вовсе чуть не упал в обморок. Дыхание сперло, все органы будто сжались, внезапно стало невыносимо жарко. Один детский поцелуй в щечку вызвал бурю внутри головы и тела. ЧанЁль, не говоря ни слова, прильнул ладонью к другой щеке парнишки, легонько поворачивая его голову к себе. БэкХён нервничал, но ничего не предпринял, лишь поддался и прикрыл глаза, уже зная дальнейшие действия Пака. И Бён оказался прав. ЧанЁль поцеловал его. Поцеловал настолько нежно, насколько это возможно, пытался передать через этот поцелуй все свои чувства, пытался донести до БэкХёна всю ту нежность, которую парнишка потерял после смерти родителей. Никаких резких движений, только мягкие поцелуи. Но внезапно БэкХён положил свою руку на грудь Чана, осторожно отталкивая его от себя. Когда их губы разомкнулись, а Пак пытался прийти в себя от нахлынувших чувств, БэкХён убежал на второй этаж и закрылся в своей комнате, пылая от смущения. — Напугал? — ошарашенно спрашивает себя Чан, а потом закрывает руками лицо, всеми матами проклиная свою личность. — Пак ЧанЁль, ты придурок. Какой же ты придурок! — вцепившись в свои волосы, парень просто не знал, что делать. Больше всего он боялся задеть БэкХёна, обидеть его, сделать то, что ему будет неприятно. Но он не сдержался. Не сдержался, поддался чувствам и поцеловал его. И если бы Бэк не убежал, кто знает, чем бы все закончилось. Немного посидев на диване и поразмыслив над тем, что делать дальше, ЧанЁль вздохнул и пошел на кухню, чтобы приготовить что-нибудь на ужин. — Спагетти с морепродуктами, — читает парень в интернете своего смартфона и думает, что это вполне заманчиво. — У него ведь нет аллергии на креветки? Не всю ведь жизнь есть рис и рамен. Разнообразие! — вслух рассуждает парень, помешивая в кастрюле спагетти. Примерно через час две тарелки с ужином стояли на столе, как и два стакана с водой. Самому парню понадобилось еще минут двадцать, чтобы решиться подняться на второй этаж и постучать в комнату Бэка. — Бэкки, ужин готов, — тихо и неуверенно произносит Чан. — Бэк, Бённи, пошли кушать, — подобно провинившемуся ребенку, бубнит старший, водя кончиком пальца по гладкой поверхности двери. — Извини меня, я не должен был так опрометчиво поступать. Обещаю, подобного больше не повторится, — вздыхает Пак, прикрывая глаза. В комнате парнишки слышится копошение, потом недолгое затишье, затем щелчок и поворот дверной ручки. — Извини, я не знаю, что на меня нашло. Я буду рад, если мы просто все забудем, — старший дружелюбно протягивает руку, ожидая, что тот ее пожмет, но Бэк лишь обходит парня и направляет на кухню. — Бэкки? — ЧанЁль не может понять его реакцию. Больше всего на свете парень бы хотел иметь способность читать мысли. За всё время, прожитое с БэкХёном, ЧанЁль раскрыл некоторые его качества. Во-первых, Бэк любопытен: неравнодушен ко всему новому, необычному, красивому. Во-вторых, он настойчив в просьбах, если им движет сильное желание. В-третьих, парнишка умеет подобрать момент, когда можно подойти к человеку. И он свободно обращается со своим и чужим временем, может правильно его распределить и проконтролировать. Младший, шагая впереди, что-то писал в своем блокноте, но Чан не мог разглядеть, потому что тот не позволял. Только когда они сели за стол, БэкХён, немножко замешкавшись, всё-таки передал блокнот парню. «А если я не хочу забывать?»