Превратности судьбы

      С появлением Хотару Сакуре стало намного легче и спокойней, больше она не ожидала нападения, хотя в глубине души и понимала, что это плохо, ведь это может помешать Мадаре задержать преступника. И всё-таки она была рада помочь новой знакомой, которая без умолку рассказывала о том, как ей было страшно идти в темноте одной. В некотором роде Хотару даже была раздражающей, но терпеть её было намного лучше, чем идти в одиночестве.       — Я живу в этом доме, — Харуно кивнула на многоэтажку, — а тебе далеко идти?       — Да, — помрачнела девушка, ежась, словно от холода. — Сакура… Послушай, я понимаю, что с моей стороны это наглость, но можно я немного побуду у тебя? Только пока такси не приедет? Мне вообще стоило его раньше заказать…       — Конечно, можно, идем, — взяв новую знакомую за руку, девушка потянула её к подъезду. Обычно она не пускала в дом незнакомых личностей, но оставить Хотару одну в ночном городе не могла, ведь если с ней что-то случится, она просто не сможет простить себя. — Не переживай, пока ждем — попьем чаю и поболтаем.       — Спасибо, ты меня просто спасла, — улыбнулась девушка, холодно смотря на спину Харуно.       — Да ладно, любой поступил бы так же… ну, может, и не любой, но адекватный человек точно помог бы девушке в подобной ситуации, — ответила Сакура, поднимаясь по лестнице. В глубине души она прекрасно осознавала, что помогает новой знакомой не только из-за доброты душевной, но и потому, что это поможет ей отсрочить неминуемую взбучку от Мадары за её своеволие. Поднявшись на нужный этаж, Харуно достала ключи и открыла дверь, пропуская новую знакомую вперед.       — Проходи, располагайся.       — Спасибо, скажи, какой здесь адрес, чтобы я могла вызвать такси, — попросила девушка, скидывая с ног неудобную обувь на каблуках.       — Цветочная 53, — мимоходом ответила Сакура, проходя на кухню, чтобы включить чайник и достать из шкафа что-нибудь вкусненькое для новой знакомой. Будучи врачом, она точно знала, что сладкое помогает снять стресс и страхи, благодаря тому, что способствует выработке эндорфинов в организме.       — Такси приедет только через двадцать минут, — печально вздохнула Хотару, входя на кухню.       — Ничего страшного, попьем чаю, поболтаем, — беззаботно улыбнулась Харуно, продолжая накрывать на стол.       — Да… просто я не люблю терять время, — девушка начала медленно подходить к отвернувшейся от нее хозяйке квартиры. Взгляд Хотару помутнел, да и выражение лица стало безучастным и пустым, она даже дышала через раз. Шаг за шагом она приближалась к Сакуре, занимающейся своими делами. — Это так неприятно, когда ты приложил столько усилий для достижения цели, а потом выясняется, что все это было зря… что кто-то другой получит то, что принадлежит тебе по праву… Это нужно исправить, ты со мной согласна?       — Да, конечно, — на автомате ответила Харуно, даже не вслушиваясь в слова новой знакомой.       — Я знала, что ты меня поймешь, — заулыбалась Хотару, подходя к Сакуре практически вплотную. — Знаешь, из всех… Ты единственная мне понравилась, но в любви, как на войне, все средства хороши.         — Что? О чем ты? — Сакура повернулась, непонимающе смотря на девушку. Но стоило ей увидеть лицо Хотару, как все внутри нее похолодело от ужаса. Казалось, что милая девушка, которую она пригласила в дом, просто исчезла, а вместо нее появился демон, в глазах которого застыло безумие. Сердце пропустило удар, и Харуно нервно сглотнула, отступая назад. Ей хотелось закричать, позвать на помощь, но слова застревали в горле. Она словно рыба, выброшенная на берег, шевелила губами, но ни одного звука издать не могла.       — Боишься? Правильно… Но я всё сделаю быстро и даже не стану сильно портить твое личико, — Хотару метнулась к Сакуре, с грохотом повалив её на пол и начала душить, сжимая тонкое горло.       Харуно хрипела, брыкалась, пыталась сделать хотя бы один вдох, но все было тщетно. Даже не верилось, что такая хрупкая особа может обладать такой огромной силой.       — Не сопротивляйся, и всё закончится быстро… Пойми, Утаката мой и только мой, сколько бы он ни смотрел на других девушек, каждый раз после их исчезновения он возвращается ко мне… Он сам мне сказал, что я его муза! Я! Только я и никто больше! — кричала Хотару, все сильнее сжимая горло задыхающейся жертвы.       Сакура чувствовала, что силы оставляют её, перед глазами уже появились черные круги, а в теле неприятная слабость и покалывание. Её организм отчаянно нуждался в кислороде, но дышать было нечем. Девушка пыталась сопротивляться, но с каждым мгновением сил оставалось все меньше, кажется, у нее даже начались галлюцинации, потому что она начала видеть яркий свет и слышать голоса, а вот образ её убийцы начал расплываться. Глаза медленно закрылись — сопротивляться больше не было никаких сил.       — Сакура!!! — раздался смутный голос где-то вдалеке, но Харуно уже не могла вспомнить, кому он принадлежит. И почему в нем столько беспокойства и боли?       Внезапно давление исчезло, и девушка смогла сделать глубокий вдох. Как же хорошо! И не важно, что она ощущает болезненное покалывание в легких! Главное, что она снова может дышать, она жива, пусть и пока туго соображает. Сакура закашлялась и попыталась повернуться на бок, но сил не хватило даже на это. Её трясло от пережитого стресса, а из груди до сих пор доносились хрипы вместо слов.       — Сакура, всё хорошо! Теперь всё будет хорошо! — девушка ощутила, что её подняли на руки и куда-то понесли. Как же приятно прижиматься к широкой мужской груди и вдыхать терпкий запах одеколона.       — Мадара…       — Тише, не говори ничего, — полицейский уложил дрожащую девушку на диван и накрыл своим пиджаком. — Скоро приедет скорая.       — Всё в порядке, — с трудом произнесла Харуно, упрямо пытаясь принять сидячее положение. — Я сама врач, так что никого не надо.       — Это не обсуждается! — рыкнул брюнет, прижимая к себе девушку и нежно поглаживая её по волосам. Мадара не мог перестать винить себя за то, что не сразу понял, что происходит. Когда появилась Хотару, он даже не сразу осознал, что она может быть убийцей. И только когда она начала нести бред про то, что принадлежит ей по праву, бросился на помощь Сакуре. И то, чуть не опоздал.       — Я, правда, в порядке… просто побудь со мной… не хочу оставаться одна.       — Не бойся, я теперь никуда не денусь, всё время будешь у меня под присмотром, — полицейский сильнее прижал к себе девушку, находящуюся в шоковом состоянии. — И не думай, что я забыл о том, что ты меня ослушалась!       — Капитан? Мы закончили, — Обито с удивлением смотрел на своего босса, который, судя по всему, испытывал к их подсадной утке что-то большее, чем просто профессиональный интерес.       — Отлично. Заприте её в камере, вызовите на завтра психиатра… А утром я возьму ордер на обыск в её квартире…       — Будет исполнено…       — Обито… постой, — Мадара нахмурился. Его все еще не покидало ощущение, что он что-то упустил. Да и в невиновности Утакаты брюнет все ещё сомневался.       — Что?       — Установи наблюдение за её домом. Если кто-то попытается уничтожить улики, мы должны этому помешать.       — Всё ещё думаешь, что наш писатель замешан в этом?       — Просто сделай то, о чем я прошу.