Превратности судьбы

      — Ну что, готов? — Мадара хмуро посмотрел на прокурора. Несмотря на то, что они старинные друзья и работают в смежных областях, они мало общались. А все оттого, что когда-то были влюблены в одну женщину, но, увы, Мито выбрала Хашираму, а Учихе не оставалось ничего другого, как отойти в сторону и наблюдать за счастьем друзей. Сейчас, по прошествии многих лет, мужчина понимал, что это была судьба, ведь если бы Мито выбрала его, он никогда бы не встретил Сакуру, и был рад, что все сложилось именно так.       — Да, пора начать нашу игру, — ухмыльнулся прокурор, радуясь тому, что его друг оттаял и теперь уже не смотрит на него с болью и ненавистью. Похоже, слухи о том, что Мадара нашел себе постоянную женщину, оказались правдой, более того, он действительно любит её. Это хорошо. Хаширама был убежден, что его друг как никто другой достоин счастья.       — Надеюсь, это сработает.       — Я тоже, иначе у нас большие проблемы.       Мужчины вошли в допросную комнату, где их уже ожидал арестованный. Орочимару обладал специфической наружностью: болезненно худощавый, бледный, с длинными волосами, свисающими вдоль лица, но самым жутким в нем были желтые змеиные глаза с вертикальными зрачками. Несмотря на то, что Мадара знал, что это всего лишь линзы, его каждый раз бросало в дрожь от взгляда этого мафиози. На этом странности во внешнем виде Орочимару не заканчивались, этот странный мужчина оказался любителем модификаций тела*, так что змеиными были не только его глаза, но и клыки, и раздвоенный змеиный язык. Настоящий монстр, который своим внешним видом пугал и своих партнеров, и конкурентов.       — Надо же, капитан полиции и прокурор вместе решили навестить меня, — криво усмехнулся арестованный. Весь вид Орочимару говорил о том, что он получает истинное наслаждение от происходящего и убежден, что надолго не задержится в камере. — Чем обязан? И, кстати, где мой адвокат? Или мне напомнить вам о моих правах? Как вы там говорили при аресте… хм… дайте-ка вспомнить… я имею право сохранять молчание, имею право на адвоката, а еще…       — Хватит паясничать! — рыкнул Мадара, присаживаясь напротив Орочимару. — Это не допрос, так что адвокат тебе ни к чему, но если хочешь, я могу его вызвать. Нам с господином прокурором торопиться не куда.       — Вот оно как? — арестованный насмешливо приподнял бровь. — Хотите сказать, что вытащили меня из уютной камеры, чтобы просто поговорить? Или, быть может, вы по мне успели соскучиться? Учтите сразу, я не из таких.       — Может, не стоит давать ему шанс? — скривился Учиха, с трудом сдерживаясь, чтобы не врезать по ухмыляющейся роже Орочимару.       — Я тоже начинаю так думать, — Хаширама в отличии от своего друга сохранял хладнокровие и невозмутимость.       — Шанс? О чем это вы?       — Вчера у нас был весьма плодотворный день, — надменно улыбнулся прокурор, смотря на арестованного сверху вниз. — Мы арестовали несколько твоих людей, и ты представляешь… они начали говорить… более того, у нас появились новые улики, подтверждающие твое участие в многих преступлениях.       — О… вот оно как? — Орочимару сощурился, внимательно смотря на своих «гостей». — Если это правда, тогда мне точно нужен мой адвокат.       — Согласен, но перед этим, я хочу предложить тебе сделку.       — Зачем вам это? — тихо рассмеялся брюнет, чувствуя подвох. — Если вы можете упрятать меня до конца жизни за решетку, к чему все эти сделки? Что-то здесь не так…       — Все просто… ты не единственная моя цель, — прокурор продолжать свою роль. Сейчас для него главное убедить Орочимару в том, что у них с Мадарой действительно есть улики. — Ты сдашь мне своих партнеров по «бизнесу», а я закрою глаза на часть улик, и ты сядешь не пожизненно…. А лет так на пятнадцать. Что скажешь?       — Хм… я змей, а не крыса, — рассмеялся арестованный.       — Я же говорил, нечего с ним разговаривать, такой тип, как он, не стоит нашего внимания, — презрительно бросил Мадара, которому не терпелось закончить этот разговор. — Готов спорить, у него нет нужных нам сведений.       — И что же вы готовы поставить на кон? — насмешливо поинтересовался Орочимару, не обращая внимания на слова полицейского.       — Так ты согласен на сделку? — прокурор зевнул, демонстрируя крайнюю степень скуки.       — Я подумаю над этим, — хитро сощурился арестованный, мысленно уже прорабатывая план дальнейших действий. Он избавился от части улик и без труда сделает это с другими, у него везде свои люди и в этом участке тоже.       — Только недолго, у тебя всего два дня, а после я начну дело. — Хаширама поднялся со своего места и направился к дверям. — Прими правильное решение.       — Непременно, господин прокурор, можете даже не сомневаться в этом.

***

Больница. В это же время.       Сакура сидела в своем кабинете, заполняя карточки больных, с которыми она сегодня работала. Нудная и неприятная часть работы, которую нужно выполнять ежедневно.       — Как же я устала, — девушка отложила ручку в сторону и потянулась, разминая затекшие мышцы. — Хочу домой… а еще лучше массаж.       От мечтаний об отдыхе Харуно отвлек настойчивый стук в деверь.       — Войдите! — громко крикнула врач.       — Добрый день, Сакура, надеюсь, я тебя не отвлекаю, — в кабинет вошла улыбающаяся брюнетка, в которой девушка сразу же признала Микото Учиху, мать Саске. Они были поверхностно знакомы, и Харуно всегда восхищалась элегантностью и спокойствием этой женщины.       — Немного, но не волнуйтесь, дела могут подождать, — улыбнулась Сакура. — Чем обязана? Вы заболели?       — Нет, я просто решила лично принести тебе приглашение на прием, который устраиваю через два дня. Будут все наши друзья и члены клана, так что вы с Мадарой просто обязаны быть там.       — Мы с удовольствием придем, — улыбнулась девушка. Все-таки хорошо, что семья её мужчины приняла их отношения. Она переживала, что их будут осуждать, все-таки большая разница в возрасте многих может смутить.       — Вот и замечательно, думаю, тебе будет полезно познакомиться с друзьями Мадары, — Микото хитро сощурилась, женщина не сомневалась в том, что когда Сакура познакомится с Мито и увидит, как её мужчина смотрит на первую и единственную любовь в своей жизни, её чувства к Мадаре охладеют, а Саске останется только утешить бедную девушку.       — Я тоже так думаю…       — Что ж… не буду тебе мешать, — улыбнулась брюнетка, направляясь к выходу. Она не любила больницы с характерным запахом лекарств и болезней, так что хотела как можно скорее уйти. Свое дело она сделала, убедилась, что Сакура придет, так что можно продолжить подготовку к приему. — Жду вас через два дня.       — Мы непременно будем.