Превратности судьбы

      Следующие два месяца выдались тяжелыми для семейства капитана Учиха, который целыми днями пропадал на работе, пытаясь разгрести завалы дел, отчетов и разобраться с арестами. Но все же каждый вечер, несмотря ни на что, возвращался домой, чтобы обнять жену и провести с ней как можно больше времени. Мадара ни разу не пожаловался Сакуре на усталость или занятость, напротив, он во всем стремился ей помочь, даже в домашних делах, в которых мало смыслил. Учиха окружил свою жену заботой и нежностью, стараясь облегчить её жизнь. Да и с Мебуки и Кизаши отношения у молодой семьи начали налаживаться, и новость о том, что у них скоро появится внук, поспособствовала этому, по крайней мере, Мебуки больше не говорила о том, что Учиха для её дочери не пара.       За эти месяцы полиции удалось арестовать всех, кто был связан с преступной организацией «Акацуки» и передать их многочисленные дела в суд. Мадара был абсолютно спокоен и уверен в себе и своих людях — преступникам не избежать наказания, и все они длительный срок проведут за решеткой. Вот только поймать удалось далеко не всех, Конан и несколько приближенных к Пейну людей, которые старались держаться в тени, все-таки смогли сбежать из Конохи и теперь издали наблюдали за происходящим, надеясь на то, что однажды им удастся вернуться. Да о Змее забывать не стоит, он хоть и изворотливый и хитрый, но это не значит, что поймать его невозможно. Капитан Учиха прекрасно понимал, что это противостояние будет длиться вечно, даже когда он уйдет в отставку, уже другие полицейские будут бороться с преступностью. Как ни странно, это не удручало Мадару, напротив, он понимал, что у него еще есть много дел, которые требуют его вмешательства. Все вернулось на круги своя…       Сейчас Учиха заканчивал разбирать последние отчеты перед тем, как отправится в заслуженный отпуск вместе с женой. Ему было непросто сделать это, но ради жены Мадара готов был на месяц позабыть о работе и даже не звонить своим коллегам и подчиненным, чтобы проверить.       — Не волнуйтесь, капитан. Я со всем справлюсь, к вашему возвращению все будет точно так же, как и сейчас. — Обито был доволен. Ему представилась возможность проявить себя. Молодой полицейский не собирался упускать такой момент и собирался показать все, на что способен. — Я не подведу.       — Я знаю. Ты всегда был исполнительным и серьезным, — ухмыльнулся Учиха. — Иди, завтра займешь мой кабинет, но не смей ничего здесь менять. Иначе шкуру спущу, когда вернусь! И еще одно… если что-то пойдет не так и возникнут трудности, то… — Мадара на мгновение замолчал, он предпочел бы все контролировать, но семья для него важнее. Он нужен Сакуре и их ребенку, а это значит, что придется переступить через себя. — В общем, если возникнут трудности, разбирайся сам или обратись к Хашираме, мне не звони. Понял?       — Понял, можешь не волноваться, все будет хорошо, — Обито покинул кабинет начальника, который завтра временно займет на целый месяц. Но стоило капитану Учиха расслабиться, как двери его кабинета снова открылись, и на пороге появился очередной родственник и коллега.       — Привет, можно?       — Заходи уж, раз пришел, — Мадара смерил Итачи усталым взглядом. Капитан был все еще зол на племянника, но вместе с тем благодарен за то, что тот спас Сакуру. Злость за два месяца угасла, и пришло понимание того, что полицейский поступил правильно, он и сам сделал бы так же, если бы дело не касалось его жены. — Как ранение?       — Уже все затянулось, — улыбнулся Итачи, присаживаясь на свободный стул. Молодой мужчина все еще чувствовал себя виноватым, перед родственником и хотел извиниться. — Я бы и раньше из больницы сбежал, но Сакура не позволила. Ты же знаешь, что её назначили моим лечащим врачом, да еще в палату к безумному скульптору подселили. В общем, эти два месяца были для меня настоящим адом. Не представляю, как ты с ней живешь!       — Да, когда она в больнице с ней лучше не спорить, — усмехнулся Мадара, вспоминая о времени, проведенном в палате после ранения. Ему даже стало немного жаль племянника.       — Это точно… Послушай, я насчет того, что случилось… Понимаю, что ты меня сейчас ненавидишь, — замялся Итачи.       — Забудь, все уже в норме, но если попытаешься провернуть подобное второй раз, прибью! — черные глаза недобро блеснули, но в следующее мгновение злость прошла. — Давай сделаем вид, что ничего не было, к тому же ты уже достаточно наказан. Два месяца пребывал в заботливых руках моей жены… Это не каждый выдержит. Так что мы квиты. Эта борьба будет длиться вечно, мы всегда будем идти на все для того, чтобы поймать преступников. Эта наша жизнь, предназначение нашей семьи, хотя и не все пошли по этому пути.       — Спасибо, у меня прямо груз с души свалился. Я все время думал о том, что был другой путь…       — Его не было, и мы оба это понимаем, — губы Мадары тронула легкая улыбка. — Я горжусь тобой. Ты выбрал долг и непростой путь, шел по нему до конца… Это дорого стоит, и я не сомневаюсь в том, что тебя ждет прекрасное будущее, ты многого добьешься и так же, как я, наживешь себе множество врагов. Но… Спокойствие в Конохе того стоит, когда у тебя появится своя маленькая семья, ты это поймешь…       Учиха твердо верил в то, что говорил, это был его жизненный путь, его убеждения, его принципы и каждый раз, когда Мадара видел, как члены его клана искренне разделяют их, на душе становилось светлее. Да, среди них есть предатели и те, кто решил заняться бизнесом или вовсе сидеть на шее родственников, но большинство из них достойные люди, заслуживающие уважения. Их жизни никогда не будут простыми, но разве это плохо?

***

Вечером того же дня       Мадара вернулся домой пораньше. Дома было тихо, спокойно, уютно, пахло вкусным ужином, что ждал его на столе. Мужчина улыбнулся — его жизнь изменилась с появлением Сакуры. В доме появилось множество мелочей, делающих его уютным, они затеяли ремонт на кухне и подумывают уже начать оборудовать детскую комнату. Теперь полицейский стремился вернуться домой, вместо того, чтобы задерживаться на работе. Любимая жена помогала ему расслабиться, забыть о вечном противостоянии с преступниками и проблемах. Он и сам изменился, став более сдержанным, понимающим и чутким. Но таким его видеть доводилось далеко не всем, лишь избранным.       — Добрый вечер, как себя чувствуешь? — брюнет с нежностью смотрел на девушку, хлопочущую у плиты. — Кстати могла бы и не готовить, я сам бы все сделал.       — Мадара! — зеленые глаза с недовольством уставились на мужчину. — Сколько раз тебе повторять, я не больна, а беременна! Иногда мне бывает плохо, и я испытываю слабость, но это не значит, что мне вообще нельзя ничего делать! К тому же, ты готовишь просто отвратительно, дорогой!       — Знаешь, ты стала более ворчливой, — тихо рассмеялся полицейский, подходя к сердитой Сакуре и заключая её в свои объятия. — Но знаешь, мне на удивление это нравится.       — Попробовал бы ты сказать иное, — девушка уткнулась носом в широкую грудь мужа, с наслаждением вдыхая его запах. — Я скучала по тебе.       — Я тоже, — брюнет поцеловал жену в макушку. — Ну, ничего, с завтрашнего дня, я целый месяц в полном твоем распоряжении, и никто не осмелится нас потревожить. Билеты куплены, вещи собраны, отель забронирован.       — Хм… звучит невероятно заманчиво… Наконец-то для нас начнется медовый месяц, — Сакура нежно прикоснулась к губам мужа. — И поверь, дорогой, отлынивать от твоих обязанностей я тебе не дам. Знаешь… Некоторым беременным, особенно необходима мужская ласка, и, кажется, я из их числа.       — Тебе стоило сказать об этом раньше, — рассмеялся Мадара, чувствуя себя абсолютно счастливым. — И все-таки я оказался прав.       — Ты это о чем? — девушка непонимающе посмотрела на мужа.       — О том, что я лучший первый встречный из всех…       — Мадара!!! Ты когда-нибудь об этом забудешь?! — зарделась госпожа Учиха.       — Нет! Я тебе это и на старости лет припоминать буду, — продолжал смеяться полицейский. Все-таки его судьба сложилась весьма удачно и принесла ему счастье, которое он, естественно, заслужил в полной мере. — Я люблю тебя, Сакура.       — Я тебя тоже и поверь, ничто в этом мире этого не сможет изменить… А теперь живо к столу!