Новое начало.

      Я бегу по лесу. Нет, даже не по лесу, по чаще. У меня определенно есть цель и маршрут, вот только какой? Вот! Крик! Я бегу на крики людей!       Через некоторое время оказываюсь на поляне. Ох, лучше бы не оказывалась… Вся поляна в крови, трупах… трупах стригоев, мороев, дампиров и… моего народа?! Нельзя сказать, что я не видела смерть. На моих глазах умирало много людей и, зачастую, дорогих мне. Просто, когда это происходило, я была ребенком. Мне еще долгое время потом снились кошмары. Старые раны заживают, но шрамы остаются… Но самое странное, что посередине поляны стоит другая я, а напротив мой отец! — Отец, хватит! Разве тебе недостаточно всех этих смертей?! Посмотри, в кого ты превратился?! Ты чудовище! А тебе ведь это нравится, ты наслаждаешься чужой болью и страданиями! — кричала другая я, а у меня просто не было слов, чтобы описать цензурными словами происходящее, но не согласиться с моим двойником было нельзя: отец просто чудовище. — Особенно моими, — прошептали мы одновременно. — Дочурка, неужели для тебя это новость? Я думал, ты усвоила ещё в детстве, кто я. А насчет всего этого, — он обвел пальцем поляну, всю красную, но отнюдь не от солнечных лучей или огня. — Их жизнь ничего не стоит, мы высшая раса! Самая сильная! Самая древняя! Ты — моя дочь и должна взойти на трон! — тоже переходил на крик «заботливый папаша». — Не смей меня так называть! Мы оба прекрасно знаем, что я тебе никакая не дочь! Но это уже отходит на второй план! Я никогда не стану королевой! Тем более такого народа, во что ты их превратил своими методами! Слышишь?! Никогда! — а вот и одна из причин моего побега — корона. — Я понимаю, что тебе это не нравится, но в глубине души ты знаешь, я прав. Ты отнюдь не против стать королевой. Ты вбила себе в голову бредовую мысль, что я их всех испортил, но это не так! Я сделал их сильнее! Посмотри на тех же мороев. Они и шагу не могут ступить без своих защитников. А когда те спасают их задницы, даже спасибо не говорят, ведь по их мнению это само собой разумеющееся! — Да, они слабы, но это не причина для их убийства. Тебе плевать на судьбу мороев! Ты просто хочешь добиться своего господства по всему миру! Любыми методами! Будь это смерть собственных детей или ни в чем не повинных людей!       На мгновение мы с двойником замерли. И вдруг поняла одну очень важную вещь. Я чувствую здесь присутствие очень сильной связи между людьми. Вот только кто это? И между кем эта связь проходит? Ответ пришел почти сразу… Сразу, после следующих слов отца. — Но в этот раз у тебя не будет выбора, — с хищным оскалом, совершенно мне не понравившимся, прошамкал собеседник. — Ведите его! — приказной тон, как все серьезно. Вот только у него уже нет способов воздействия на меня. Всех дорогих мне людей он уже убил, больше не осталось… Мои мысли вслух высказала моя копия. — О нет, девочка моя, я всегда говорил тебе, что любовь или дружба это есть слабости твои. Теперь плати за свои ошибки! — хищный смех разнесся над поляной.       И вот теперь рядом с отцом стоит молодой парень. На вид лет девятнадцать. Хорошее телосложение, рыжие всклоченные волосы, веснушки, рассыпанные по всему лицу. Голубые глаза, смотрящие на меня и, казалось, прожигающие дыру. Мне этот парень был смутно знаком, я его уже видела и не раз. Вот только где? Мои размышления прервал противный голос отца: — Ну, что теперь скажешь, а, Элис? — чуть ли не пропел старик.       Я… нет, мы, я и мой двойник, не могли оторвать глаз от юноши. Меня как током ударило. Вот! Вот откуда эта связь! Она между второй мной и парнем. Неужели он поцелованный тьмой? И судя по взгляду девушки, она знала его. — Мейсон… — сорвалось с ее губ его имя. Отец ухмыльнулся. Ох, как же мне хочется стереть эту вечную ухмылку с его лица. Видимо, он решил, что этим одним словом я отказалась от короны и, печально вздохнув, сломал ему шею…       Я проснулась в момент душераздирающего крика, пронесшегося над поляной. Моего крика. Я вскочила с кровати слишком резко, у меня закружилась голова и я осела обратно. Руки тряслись. Ноги, руки, голова, казалось, все тело объявило мне бойкот и не хочет слушаться. Уж лучше бы все было именно так… Мне пришло четкое осознание того, что я видела. Отец, резня, поляна, Мейсон, его смерть… Я никак не могла вспомнить этого парнишку с глубокими голубыми глазами, так резко отпечатавшимися в моей памяти.       Никогда в моей памяти не было таких реалистичных кошмаров. Но самое страшное то, что зачастую мои сны вещие…