а м и н ц и н

- Я сделал это для него! Если эта красная башка влюбиться в него, то точно его жизнь хорошим не закончится! Пусть будет благодарен! А Хино не нужен такой человек! Для него слишком опасно сближаться с таким мужиком! Неужели этого не видно? Пусть вспомнит тогда, как тот вел себя до их знакомства! Где гарантия, что это не игра?! Я пережил всё это! Я на своей шкуре испытал всё это дерьмо! Я знаю, как лучше!!! Черноволосый мужчина сидел на крыше, а в его руке находилась бутылка алкоголя. Он смотрел на ночное небо и кричал в пустоту. Глоток. По щеке скатилась чуть заметная слеза, которую хирург сразу вытер рукавом. Такие срывы у него бывали часто, особенно в последнее время, когда нервы жутко шалили. Срываться ему нельзя, поэтому оставалось выплескивать свои эмоции лишь такими методами. - Позволь мне рассказать немного об этом господине, малыш. - Начал Ривай. - Этот человек не тот, за кого он себя выдаёт. Ты слышал, что он гей? Так вот. Были случаи, когда он насиловал таких же слабых юношей, как ты. Сначала втирался в доверие, потом соблазнял. Далее... Ну ты понимаешь. Так же он часто воровал какие-либо деньги или вещи у своих жертв, а на последок... Распускал сплетни. Поверь, вскоре и по этой больнице будут ходить слухи, что ты ещё та шлюха, которая под кого угодно ляжет. Ты точно этого хочешь? - Н-но... Но это... Как такое может быть?! Не обманывай меня! - Юноша выглядел очень напуганным от получения такой информации. - Я понимаю, но скажи... Что лучше? Доверять тому, с кем ты знаком долгое время и не влипнуть в неприятности или же доверится незнакомцу и пострадать? Разве не ты желаешь насладится последними моментами жизни? Долгое молчание. Руки впечатлительного паренька задрожали, он получше закутался в одеяло и сжал свои белые зубки. В голове белокурого творился хаос. Все перемешалось. Дюле хоть и не был с ним добр в начале, но в последнее время они так хорошо общались. Впервые у Хино появился такой близкий и хороший друг, впервые за долгое время кто-то оказал ему подобную заботу. Он так волновался об Акуме, но в то же время не сюсюкался с ним. Этот человек был таким... Тёплым? Неужели Фернан и вправду мог оказаться... Август долго и внимательно выслушивал проблемы красноволосого, после чего тяжело вздохнул, пытаясь немного приободрить Ферна. - Хей, может тебе попытаться поговорить с ним? Ну, понимаю, что он тебя к себе не подпускает, но всё же. Можешь попросить кого-нибудь из его близкого круга помочь тебе. Сказать, чтобы они спросили в чём дело, помогли решить проблему. Конечно хорошим вариантом является сделать так, чтобы они убедили этого... Эм... - Парень пытался вспомнить имя белокурого. - Хино побеседовать с тобой. - Я даже не знаю. Не люблю просить чью-либо помощь, а тем более придётся идти на контакт с Неко. - Мужчина издал тяжелый выдох. - О-о-о-о. Ясно. Ну тогда ты вообще в огромной заднице, как я понимаю. - Спасибо, что приободрил. - Ладно-ладно. В любом случае... Попытайся хотя-бы. Ты хочешь потерять друга по глупой причине или нет? - Улыбнувшись, юный фотограф направился прочь. Значит поход к Неко неизбежен, какая досада. Блондинка конечно хотела, чтобы эти двое хорошо общались, но будет ли она помогать в подобных ситуациях - находилось под вопросом. Ночью Акума не мог уснуть. Юноша смотрел в потолок, раздумывая обо всём, что произошло за это время. Хорошие моменты, что они оба пережили, а потом появился вот этот вот факт, который просто рвал на части. Тебе страшно. Просто задаешься вопросом, на который ты вряд ли найдешь ответ. Что ты делаешь не так, Акума? Что? Ты всего лишь хочешь наконец-то стать счастливым, быть с тем, с кем желаешь. На твоём пути две дороги - "Подумать о себе" и "Подумать о других". Ты слишком много пережил, ты желаешь быть счастливым. У тебя появилось столько надежд зажить с тем человеком замечательно, ты думал, что он сможет помочь тебе, поэтому делал всё, что в твоих силах. Ты делал всё, чтобы ему было комфортно, а теперь... Теперь... Как давно он уже не сбегал из больницы, аж приятное чувство свободы накатывает. Свежий холодный воздух, тьма, что прятала от чужих глаз... Прекрасно. Белокурое чудо направлялось по знакомой дороге к старому другу, с которым на самом деле был знаком практически с детства. Август открыл дверь Акуме, смотря на него грустным взглядом. - Слышал у тебя там есть проблемы с неким другом? Я притворился, что не знаю тебя и разузнал много нового... - Давай вот только не будем об этом? - Перебил Хино, снимая куртку и, вешая одежду на крючок. Тепло квартиры Августа, да и сама доброта друга слегка успокаивала. Получив от брюнета ставшие родными тёмно-синие тапочки, они прошли в гостиную и сели на диван. Положив свою голову на колени фотографа, юноша поглаживал его по щеке. - Что опять не так? - Ты всегда был таким добрым. - Лёгкая усмешка на лице Хиномори. - Мне это уже не нравится. - Тихо ответил парень, но не отталкивал это создание. Акума притянул Августа к себе, заключая того в поцелуй, а затем смотря на него слегка затуманенными глазами. Словно что-то поняв, Август взял его на руки, неся в спальню. Они были одинакового роста, да и телосложение было схожим, но фотограф был сильнее белокурого, а сам Акума лёгким. Аккуратно положив его на кровать, брюнет начал оценивать ситуацию, поглаживая голубоглазого по голове. - Утешь меня... - Тихо прошептал Хино, скрепляя свои руки на шее друга. Вновь прильнув своими сухими и теплыми губами к губам своего малыша, брюнет заметил, как Акума инстинктивно чуть приоткрыл рот, отвечая на поцелуй. Возможно где-то в глубине души белокурого и крутилось то, что делать этого не стоит, но... Слишком глубоко. Расслабиться и получить удовольствие хотелось гораздо больше. Скользнув рукой по шее фотографа, он зарылся ею в его волосы, прижимая к себе сильнее. По телу бежали мурашки, а сам ушастый потихоньку расстегивал пуговицы на рубашке своего партнера на эту ночь. Тем временем брюнет, лишь на секунду отрываясь от сладких губ, снял футболку с этого милого существа, которое сегодня будет принадлежать ему. Припав губами к нежной и бледной коже, Август слегка втягивал и посасывал её, что доставляло удовольствие Акуме. Звонок. Ещё один. Стук в дверь. - Похоже это за тобой, приятель. - Грустно усмехнулся Август, направляясь к двери. Тем временем Хино закрыл своими губами рот, словно хотел, чтобы его не слышали, а потом тихо заплакал. Он не знал почему. Не понимал. Слезы продолжали литься, скатываться по щекам, а потом разбиваться об одеяло. Неко надавала ему хороших пощечин, а Ривай лишь молчал, отводя взгляд. Можно сказать, что хирург был разочарован, что-ли. Как только Акума вернулся в свою палату, то он ещё минут тридцать выслушивал лекции своей сестры. Она сказала так же, что на самом деле Ферн не представляет для юноши угрозы, а Ривай просто соврал ему, так как волновался, что Дюле и вправду является не самым хорошим человеком. Ложь. Переживания были напрасны. Он натворил столько хлопот. Чёрт... Поздно ночью Хино вновь совершил побег, но на этот раз это была палата Дюле. Ворвавшись в помещение, этим разбудив великана, он бросился к нему в кровать, крепко обнимая, а затем вновь начиная плакать. Красноволосый в данный момент просто тихо офигевал, да и то это ещё мягко говоря, но всё-таки прижал белоснежного котёнка покрепче и тихо прошептал: - Спи давай, глупыш.