Реквием

Ну что? Я бы вдохнул ночной воздух, так быстро заполняющий легкие, досчитал бы до пяти и потом приступил к взлому замка. Но у меня нет легких. Да и считать нет времени, вдруг тут окажется кто-то из сотрудников и засечет меня? Аккуратно…отмычкой… — Голди, что ты тут делаешь? Стук железячки об холодный кафель. — Спрингбонни, я же просил тебя, не называй меня так. И это было слишком громко, знаешь ли. Однако, у моего коллеги был весьма раздражающий дар: пропускать замечания мимо ушей. И это часто действовало на нервы. — Ты пытался открыть дверь этим…эээ…крючком? — он вертел в руках мою самодельную отмычку, явно не веря в мои вполне серьезные намерения. — А что? — негодуя, спросил я. — Можно просто выломать замок. — Во-первых это будет слишком шумно. Во-вторых, даже аниматронику не удастся раскрошить за… Оглушительный треск, и дверь слетела с петель. — Я не умею крушить замки, я не знаю как это работает, но двери это другое дело! — Надеюсь, этого никто не слышал. А если слышал, то мы попадем на металлолом. Эх, ладно, я захожу. — Стой. А как же я? — Ладно, теперь ты соучастник! Впервые вижу, как кто-то радуется из-за обвинении в соучастничестве с преступником. Значит так, Уилл бывший фермер, Джон с Канады, у всех тысячи страниц неинтересной биографии… А у Джейкоба только пару слов о успеваемости и семье. «Учился нормально, отец погиб в несчастном случае, мать скончалась в психиатрической больнице» — Что-то мало. Будто он что-то скрывает. — Голди, нельзя так судить о людях. Может у него жизнь тяжелая! И вряд ли он убийца, при всей своей вредности. — Ладно, значит не из сотрудников? Твою ж галактику… — А вы тут что делаете?! Убирайтесь, вон отсюда, пока я вас не разобрал на поганые запчасти! Я обернулся. Хоть во тьме было сложно разглядеть лицо, фиолетовая униформа бросалась в глаза. Я еще никогда не видел Джейкоба таким. Было такое ощущение, что он сейчас начнет крушить комнату. — Да, да, мы уже идем! — Спрингбонни со всей своей невероятной силой против моей воли вытянул меня из архива. Чудо, что рука цела!

***

Что же искали эти гадкие роботы? Что им нужно в архиве? Джейкоб увидел страницу со своим личным делом, и сразу обо всем догадался. — Значит, ищут маньяка? Ну, я им покажу… Однако, до чего же мало тут написано! Борясь с танцующими перед глазами хаотичными алыми красками, он прислонил голову к стене, вызывая в себе воспоминания о прошлом.

***

Он всегда был вспыльчивым и импульсивным ребенком. В школе нередко дрался, чаще всего по пустякам. При всех своих недостатках, хорошо разбирался в точных науках. Пытался общаться с окружающими, старался чаще улыбаться, вызвать уважение. Маленький Джейкоб старался как можно позже приходить домой. Потому что дома жил монстр, накинувший на себя личину его отца. Он избивал жену, избивал сына. Мать Джейкоба, Виктория, не говорила. Нет, немой она не была, но не говорила. Ей со временем начало казаться, что если она не откроет окно, то не сможет говорить. А окна в этом доме всегда были закрыты, да еще и завешаны занавесками, чтобы никто не заметил что там происходит. Они с мамой собирали компромат, делали фотографии, чтобы при нужном количестве обратиться в суд. Хранились они в папке, которая была подписана фломастером «Для суда» Когда мальчику исполнилось тринадцать лет, они насобирали достаточно доказательств. А потом отец нашел папку… Когда Джейкоб пришел домой, мама визжала, отец бранился. Раздавались страшные звуки. А потом, его одолела злость. Если нужно выжить, то он готов и убить. Дрожащими руками, Джейкоб схватил нож. Как раз в этот момент его отец услышал шорохи на кухне. И он начал спускаться вниз, со словами: «Джейкоб, иди сюда, вшивый щенок! Поговорим с тобой, как мужчина с мужчиной!» А потом была длительная борьба, пока нож не проткнул шею родителя. После этого, он сжег его тело на холме поздней ночью. После этого все должно было быть хорошо. Матери после смерти отца стало хуже, она начала различать везде запахи крови, ей казалось что ее мысли слышны, она думала что ее действиями управляют, а еще ей слышались голоса. Джейкоб подозревал, что его мать сходит с ума. Но он не хотел вести ее к психиатру, из страха что его отправят в детский дом, из-за неработоспособности Виктории. Пока денег из сбережений отца хватало на пропитание, однако вскоре они закончатся, а Джейкоб должен будет зарабатывать. Он устраивался на подработки для подростков, был репетитором для детей (которых он терпеть не мог), и даже крал. Один раз он убил одного своего воспитанника, ему нравилось слушать его крики и надрывной плач, мольбы о пощаде. Хоть Джейкобу и было все легче сдерживать себя, ему было страшно от того что с ним происходит. Когда он поступил в институт, то отвел маму к психиатру. Ей поставили диагноз «параноидная шизофрения». К тому времени она постоянно пускалась в монологи, даже если ее спрашивали сколько ей лет. Позже она погибла от сердечного приступа, во время галлюцинаций. Когда Джейкоб оканчивал второй курс, он пошел на вечеринку. В принципе, сокурсникам он нравился, так что шел он с надеждой повеселиться. На празднике он вступил в конфликт с каким-то парнем, он сказал что Джейкоб убил своего любящего отца, и довел мать до помешательства. Парень не помнил когда еще у него была такая сильная вспышка ярости. Он начал дрожать, все стало ярко-алым. А потом, когда обидчик лишь слабо дергался, Джейкобу вдруг стало плевать на все вокруг. Мозг будто окутала пелена. А потом, когда ему назначили срок по статье "Покушение на убийство" , его выперли с института, а сам он несколько лет сидел в тюрьме. После этого он устроился на работу в скромную забегаловку «Fredbear's Family Diner» ( Бета: И понеслось...)