Come on let me feel you

      Начнем, пожалуй, с того момента, когда я впервые его увидел. Он был в баре с моим лучшим другом Марком, такой светловолосый мужчина, с обаятельной улыбкой. Впервые с тех пор, как у нас с Хоппусом начались разногласия, которые, как мне кажется, из-за него и начались. Сидели, и мило беседовали о чем-то, смеялись. Я даже не уверен, хочу я знать о чем шел разговор или нет. Меня посетила мысль, что вдруг они обсуждают меня. Но что такого смешного во мне? Да, я странный и возможно, мои увлечения тоже, слегка. Я могу это признать. Но не хочу верить в то, что Марк, который знает меня как никто другой, стал бы высмеивать меня с кем-то другим. Хотя Мэтта нельзя назвать кем-то другим, ведь в последнее время, пускай и у нас стали напряжённые отношения с Марком, мы чаще ругаемся, Марк все больше сближается со Скибой. Боюсь, как бы он не выжил меня из жизни моего дорогого Марка.       Эти размышления у меня заняли не больше нескольких секунд. Моя голова часто наполнена противоречивыми чувствами и это нормально для меня. Стараясь держать себя в руках, я пошел к ребятам, мысленно напоминая себе не огрызаться и не дерзить новому другу Марка, пока что.       ― Привет, ребята. Марк! ― Я потянулся к нему, что бы обнять, ведь я так люблю его обнимать. Чувства спокойствия и защищенности на мгновение захлестнули меня. Я улыбнулся. ― Мэтт! ― Ему же я просто протянул руку, все еще счастливый из-за объятий с Марком. Скиба пожал мою руку, пробубнил приветствие, но все же улыбался. Интересно, он рад меня видеть, или все еще не отошел от разговора, не исключено, что обо мне, который я прервал. Я жестом дал понять бармену что бы тот принес мне тоже пиво, что и у ребят.       ― А где Трэвис? ― Поинтересовался я, оглядывая помещение в поисках коллеги по группе.       ― Не пришел, сказал, что личные дела. ― Поведал Марк, потягивая свое пиво. ― Правда, на самом деле, мне кажется, он просто не захотел.       ― Как у вас дела, ребята? ― Я посмотрел на Мэтта, открывая свою бутылку.       Тот мило улыбнулся и стал оживленно рассказывать что-то о своей собаке и о том, как его успешную группу позвали куда-то выступить. Да, я не вслушиваюсь сильно в его рассказы, я лишь киваю и делаю заинтересованный вид, но по истине, я нахожу любой повод, что бы посмотреть на Марка. Повернуться к нему и сказать: «Ну надо же?!». Вообще-то можно заметить, как он внимательно слушает Мэтта, хотя вряд ли Марк не слышал этих историй, пока они сидели здесь.       Каждый раз, когда я бросаю взгляд на Марка, в голове моментально всплывает какое-то воспоминание из того времени, когда мы были поистине неразлучны. И наша популярность только сближала нас до невероятности. Как мы делали и говорили безумные вещи вместе. На душе становится так тепло от этих воспоминаний.       Я не сразу заметил, что Мэтт уже закончил свой рассказ, я просто засмотрелся в стену думая.       ― Это здорово, Мэтт. ― Я резко повернулся к нему и поднял бутылку, мол, за тебя, и сделал пару глотков. Я просто чувствую, как выгляжу полным придурком, и почти краснею, но надеюсь, что никто этого не замечает.       Нет, не могу. Просто никак не могу держать себя в руках. Я не могу позволить Мэтту занять мое место в жизни Марка. Он мой друг, черт возьми. Прости Мэтт, ты замечательный парень, но ты в пролёте. Даже не думай подбивать клинья к нему, иначе я за себя не ручаюсь.       Конечно, вслух я это все вряд ли когда-то скажу, но, надеюсь, мне и не придется.       Мы еще около получаса просто болтаем. Хотя Марк не особо разговорчив сегодня. Нет, он в прекрасном настроении, смеется, внимательно слушает, лишь иногда что-то поддакивая или переспрашивая. Не характерно для него.       Но любые посиделки рано или поздно заканчиваются, эта не исключение. Выходя из бара первым, я через плечо замечаю, что Марк и Мэтт обнимаются, похлопывают друг друга по спине. Интересно, что Марк сейчас чувствует с ним? Тоже тепло и умиротворение? Ох, мне этого не узнать. Это все просто мысли, от которых нужно избавиться. Я отчего-то все больше и больше тону в ревности, и не могу контролировать это. Я всегда был уверен, что Марк только мой друг, иногда даже не просто друг, но главное даже не это. Нам обоим принадлежал весь мир, но сейчас появился Мэтт.       Эй, Мэтт, я ничего не имею против тебя, но будь добр, убери свои длинные руки от моего Марка. Да, это очень по собственническому, но в глубине души я такой, откуда всем это знать.       Постояв недолго в стороне облокотившись на дерево, я слышу, как они выходят из бара. Они даже не смеялись, что показалось мне странным. Когда я стал таким параноидным ревнивцем? Понятия не имею.       ― Эй, Том, до встречи! ― Мэтт обаятельно улыбается, махает мне рукой и уходит в противоположную сторону от нас с Марком.       Тот же подошел ко мне и положил руку на мои плечи. Очевидно, ему было не так легко передвигаться, как обычно, но он в порядке.       ― Эй, дружище, почему ты тут еще? ― Спрашивает Марк. Он не смотрит на меня, смотрит на землю и я ему почти благодарен, потому что если бы он мог что-то разглядеть в темноте, я бы не хотел, что бы это было мое покрасневшее лицо.       Почему я еще здесь? Интересный вопрос, Марк. Я здесь из-за тебя. Мы так редко видимся, что я решил пользоваться любой возможностью.       ― Я проведу тебя до дома. ― Я не спросил, я поставил перед фактом. ― Ты выглядишь не важно. Беспокоюсь за тебя.       Что ж, Хоппус не стал противиться. В общем, мы идем в тишине, Марк выглядит задумчивым. Не знаю, пьян он или действительно о чем-то думает, но в любом случае лучше не говорить ничего, что бы не сделать хуже.       ― Почему ты молчишь? ― ровным голосом спрашивает Марк, все так же смотрит то вперед, то вниз.       Я ошибся, черт возьми. Он хочет поговорить. Что ему сказать? Что ответить? Может отмолчаться и он отстанет?       Нет, это совсем не вариант. Я же хочу с ним поговорить. Мы шли по практически пустому тротуару, беспросветно темному, лишь изредка ориентируясь по легкому освещению из проползающих мимо нас витрин.       ― А ты сдружился с Мэттом. ― Говорю я ровным тоном, стараясь не палиться со своим волнением.       Марк не стал отвечать на мое замечание, быстро переведя тему.       ― Мне нужно срочно отлить. ― Прошипел он и плавно скрылся за углом. Я остался на месте, он ведь сейчас вернется. ― Иди сюда.       ― Это смешно. Ты сам не справишься? Нужно поддержать? ― я на мгновение снова вспоминаю те веселые дни.       ― Можешь и поддержать, и если очень хочешь, подержать.       Понятия не имею, что меня заставило пойти туда, в темноту, к Марку. Возможно, осознание того, что с ним я буду в безопасности в любом случае. Мои руки в карманах штанов, потому что уже достаточно прохладно. Поэтому, когда меня за плечи что-то потянуло вперед с большей силой, чем я хотел, я не смог сопротивляться. Я только слышу шепот Марка: «Ну что ты так долго копаешься?», после которого влетаю в стену. Не сильно, мне не больно, нет, но стало ужасно страшно из-за того, что я не вижу, кто это делает. Я моментально вытаскиваю руки, в надежде отмахнуться, но через секунду я чувствую чьи-то горячие руки на своем лице. Я узнаю эти руки, руки Марка. Мой страх исчез, будто бы его и не было. Я вообще забываю что это такое, когда Хоппус касается меня. Его длинные тонкие пальцы скользят мне по затылку, а губы ищут мои, и вполне успешно, ведь я не сопротивляюсь. Зачем мне это? Он сам проявил инициативу, к тому же здесь темно и никого нет. Я точно не буду сопротивляться. Я чувствую, как мое лицо начинает краснеть, мне просто нечем дышать и становится невыносимо жарко. Я обхватываю Марка за талию и прижимаю к себе. Он другой рукой сжимает мою ягодицу.Я тихо простонал, чем прервал наш страстный поцелуй, но Марк сразу переходит к моей шее, что заводит меня сильнее. Но, буквально спустя пару поцелуев, он останавливается. Я разочаровано смотрю на него, хотя вряд ли он видит мое выражение лица сейчас.       ― Отлить мне правда нужно. ― Он тихо смеется и отпускает меня.       ― Ты идиот.