Иллюзия

Стук капель о проржавевший железный подоконник с наружной стороны окна. Он дребезжит, а капли словно наперегонки врезаются в него, заполняя погруженную в синий сумрак комнату шумом разбиваемой о металл воды. Непрекращающийся мерный, успокаивающий шум дождя и шелест парного дыхания - это все, что существует для Гермионы сейчас. Этот холодный осенний дождь, от которого тепло, потому что в соседней комнате зажжён камин. Всего одна стена и открытая дверь, сквозь которую просачивается тёплый воздух. Но мир по ту сторону полон треска горящих поленьев, ярких всполохов играющего огня и живого дрожащего света, а этот наполнен шёпотом дождя и холодной темнотой, которая изредка прячется по углам преследуемая светом фар проезжающих по мостовой машин. И всё равно этот мир лучше. Гермиона прижимается носом к плечу парня, вдыхает запах тела, горьковатый, но привычный запах пота, смешанный с парфюмом. Она не открывает глаза, она не может увидеть, того кто лежит рядом с ней. Точнее, не хочет. В голове образовывается чёткая иллюзия, что этот призрак растворится, стоит ей взглянуть на него. Но, право, зачем ей видеть его, если она знает каждый изгиб его тела, каждую черту лица. Если в её голове уже давно сложился точный образ, слепленный из переплетённых страстью тел, исчерченных дорожками поцелуев? Горячих, тающих, как свеча мыслей и полной отдачи себя другому? Да, тот человек, что лежит рядом с ней, живёт и существует только в её голове. Там есть точный образ, точная копия. А тёплый, спящий под боком парень всего лишь мираж, который растворится, стоит раскрыть глаза. – Грейнджер, – шепчет Драко, когда она крепко обнимает его руку. Её говорящая иллюзия. Он лежит на спине и не пытается её обнять. Будь он тем, кто живёт в её голове, он бы обнял, а фантазия, что лежит рядом, не может. Зато она может к нему прикоснуться, и Гермиона трётся носом о его нежную кожу. Самое главное – не открывать глаза. В соседней комнате, нарушая тишину, начинают петь часы. Гермиона считала – это уже пятый раз, а значит, сейчас час ночи. Драко вздрагивает: он уйдёт через шесть часов. Он не спит и тоже считает время. Он уйдёт, а образ останется с ней. Девушка не хочет терять ни минуты, её руки гладящими движениями скользят вниз по плечу парня, вновь впитывая изгибы и неровности. Образ в её голове должен быть совершенен, выточен вплоть до мельчайших углублений. Она тщательно ощупывает каждый мускул, маленькие пальчики ловко повторяют рельеф его кожи. Гермиона чувствует, как расслабляется мужчина: ему нравится, когда она гладит его руки, он получает от этого удовольствие. Драко открыл для неё этот секрет, до него она и не знала, сколько блаженства могут доставить руки, даже если их просто поглаживать. Она притягивает кисть парня ближе к лицу и трётся о неё щекой, затем целует подушечку каждого пальца, ощущая чуть солоноватый привкус кожи и лёгкую дрожь в теле парня. Она любит его руки... Каждый палец, каждую жилку, каждое нежное, ласковое или требовательное прикосновение его ладоней. Безграничное удовольствие, которое может доставить только он своими руками... Часы вновь проснулись, заставляя Гермиону осознать, как быстро летит время. Она кладёт руку парня ему на грудь и опускает поверх неё свою, сплетая пальцы. Девушка отчётливо слышит быстрый бой сердца Драко, её голова удобней устраивается на его плече. Ей хочется так много сказать и так много услышать. Но иллюзия рядом не может говорить желанные вещи, а Гермиона боится нарушить шум дождя своим голосом. Образ в голове тем хорош, что ему можно приписать желаемые черты. Его так просто любить… Только он – фантом, холодный, бестелесный, к нему нельзя прикоснутся и… Малфой поворачивает голову к ней, и девушка покрепче зажмуривает глаза, ведь их нельзя раскрывать, иначе он исчезнет. … фантазия не прикоснётся к тебе. Не приласкает. Тёплое дыхание шевелит волосы на голове, она трётся носом о плечо и целует тёплую кожу. – Посмотри на меня, – шепчет Драко. Гермиона не хочет: пока её глаза закрыты, она лежит с тем идеальным образом, фантомом, который не уйдёт и скажет правильные вещи, но стоит их раскрыть и иллюзия развеется. Однако, она покорно распахивает веки, пару секунд взгляд её мечется по сторонам, привыкая к темноте, а затем она поднимает голову и смотрит в глаза Драко. Он не исчез. Но исчез мираж. Часы вновь запели. Три часа. Но у них ещё есть эта ночь. Её единственная ночь.