Заветный подарок для Акаши Сейджуро.

Нужные учебники собраны. Школьная форма сидит идеально. Волосы причесаны. Часы на руке. Ботинки чистые и туго зашнурованные. Привычный запах парфюма уже при себе. На лице спокойствие. А в душе… Какого чёрта в душе происходит какой-то непонятный, смешанный пиздец? Это всё Мурасакибара с его колдовскими штуками. Встреча с ним, кажется, всё только ухудшила. Если до этого я жил в непонятках и вечных вопросах о том, что же мне делать дальше, то сейчас я вообще не понимаю, что происходит. Он сказал, что Куроко точно жив, но он не может понять «по какой-то ёбнутой магической причине», где тот находится. Ахуенная помощь, Атсуши. Спасибо, блин. Для успокоения или же просто на отъебись Мурасакибара утверждал, что почувствовал душевное состояние Куроко, поэтому был уверен, что его жизни точно ничего не угрожает. Тецу беззаботно бегает в каком-то уголке этого проклятого мира и радуется жизни. Тогда почему он не может как-то дать о себе знать? Написать письмо, позвонить, зайти на чашечку чая и объяснить, что за хуйня происходит? Моя голова сейчас бомбанет от кучи налетевших вопросов, серьёзно. Акаши тяжело вздохнул и, повесив рюкзак на правое плечо, покинул дом. Всю дорогу он мысленно повторял домашнее задание, но потом понял, что это бессмысленно, когда в голове раз за разом проносился разговор с Мурасакибарой и всё те же вопросы, которые настигли его после этого разговора. Ещё он прекрасно понимал, что в таком состоянии учёба — бесполезное дело, поэтому пройдя мимо учебного кабинета, он целеустремлённо направился в школьный баскетбольный зал. Сняв мешающийся тесный пиджак, Акаши остался в одной рубашке и решил просто покидать мяч в корзину. Но даже это не помогло ему избавиться от надоедливых раздумий. Что отец с ним сделал? Зная Куроко, он бы давно нашел меня. Ведь по словам Мурасакибары ему ничего не мешает это сделать. Тогда почему? Почему ему так плевать? Может, ему стерли память? Вполне возможно. Для магов и колдунов, которые имеются в списке знакомых моего отца, это как раз плюнуть. Но тут мысли Акаши нарушил стук мяча. Не его мяча. — Ай-яй-яй, как отец преподавать перестал, ты решил уроки прогуливать? — насмешливо заговорил голос за спиной. Акаши не нужно было видеть, кто нарушил его одиночество, он быстро узнал этого человека по голосу. — Отвали, Хаизаки, — сурово ответил Акаши и забросил очередной мяч в корзину. — Какие мы неприветливые, — с иронией произнес светло-русый парень и уселся на скамейку, внимательно разглядывая Акаши. — Но чертовски сексуальные. После этих слов в Хаизаки стремительно и с огромной силой полетел мяч, тот не ожидал такой реакции и не успел увернуться. Мяч ударил прямо в лицо. — Отъебись, — грозно прошипел Акаши. — Прямо в яблочко, — насмешливо продолжал Хаизаки, даже не думая замолкать. — Да успокойся, Акаши, я же шучу. Но тут Хаизаки невероятно быстро оказался рядом с Акаши и резко повалил его на рядом лежащий мат. Оказавшись сверху, он одной рукой перехватил обе руки Акаши, а второй зажал его рот. — Или не шучу, — с диким оскалом произнёс Хаизаки, заглядывая в красные в миг освирепевшие глаза. — Тихо, малыш Акаши, ты бесишься, потому что давно не трахался, верно? — Сссдофхни, — послышалось из-под руки Хаизаки. После этого Шого засмеялся на весь зал. Когда приступ дикого ора прекратился, он, облизнувшись, стал медленно нашёптывать Акаши на ухо: «А ты не такой и сильный, Акаши, если уж и прогуливаешь уроки, то делай это в тренажерном зале. Хотя, ты мне и таким нравишься. Да-даа, ты мне нравишься, Акаши Сейджуро, и уже давненько, я бы сказал. Но всё портил этот мерзкий Куроко…» — Что ты с ним сделал?! — злобно прорычал Акаши, на несколько секунд освободившись из плена одной руки и заставив Хаизаки вернуться в сидячее положение. — Я? — снова засмеялся Хаизаки и вернул свою руку ко рту Акаши. — Я ничего не делал, глупышка, но я могу кое-что рассказать, если ты… Хаизаки еще крепче сжал руку Акаши и, наклонившись к его шее, медленно облизнул кадык. — Ну, ты понял. Акаши не успел на это отреагировать очередной попыткой вырваться из цепких рук. Кто-то вошел в зал, и Шого сразу перекинул своё внимание с Акаши на того, кто нарушил все его планы. — Эй, ты, седоволосая башка, а ну свали с него, иначе я… Иначе я позову Шин-чана, и он тебе так наваляет! — смело завопил спаситель Акаши. — Шииииин-чааааан! — Да всё-всё, сваливаю я, шутокувская коротышка, — недовольно ответил Хаизаки и слез с Акаши, делая вид, что вовсе его не замечает. — И чё вы вообще здесь забыли. Тут он как будто неожиданно вспомнил про свою жертву и, повернувшись в сторону разъярённого Акаши, сказал: «В общем, если надумаешь, то знаешь, где меня искать». После, под многочисленные «иди нахуй» от Акаши Хаизаки покинул зал. Если бы не Такао, то здесь бы завязалась драка, но Казунари крепко удерживал Сейджуро до тех пор, пока Шого не скроется из виду. Вскоре Акаши пришел в себя, но как бы Такао его не уговаривал рассказать, что произошло, тот только отнекивался. — Спасибо, конечно, но это не твоё дело, — вот так одной фразой Акаши закончил надоедливые уговоры со стороны Такао. — Мидорима где? — Ааа, его здесь вообще-то нет, — виновато улыбнувшись, произнес Такао. — А у меня здесь сестра учится, я за ней пришел, но рановато, решил в зале мяч покидать, и вот покидал. — Понятно, — ответил Акаши и направился к выходу. — Шинтаро ни слова об этом. — Хорошо, конечно, — любезно протороторил Такао. — Это была не просьба, а приказ, — уже с привычным спокойствием в голосе произнёс Акаши и громко захлопнул за собой дверь спортзала, оставляя там изумлённого Такао одного.